Стань моим тритоном
Шрифт:
Странно, еще полтора месяца назад, она бы с радостью внимала всему, что делает Максим. И строила бы планы по его охмурению. А сейчас ее одолевала усталость и желание поскорее добраться до дома. Лиза устала, хотела пить, ноги болели от каблуков. Грегори бы не допустил, чтобы она ехала в такой обуви. Наорал бы, сказал обуть кроссовки, а Макс даже не предупредил, что здесь нет асфальта. Сказал, что все "будет зашибись" и усадил ее на байк. Ладно хоть шлем дал.
Послышались голоса и смех, из-за деревьев вынырнули Максим с друзьями. Все в очень приподнятом настроении.
– Котенок, поехали домой?
– парень, широко улыбаясь, помог Лизке подняться и потащил за собой. Кое-как доковыляв до байка, девушка почти с радостью забралась на кожаное сидение и уцепилась за ручку.
– Ну что, - прокричал Максим, натягивая шлем, - Погнали! Оторвемся как следует.
Следующие пятнадцать минут слились в мыслях Лизаветы в один сплошной кошмар. Если сюда Макс ехал быстро, но все же в рамках разумного, то сейчас он разошелся. В какой-то момент девушка решила, что сейчас у нее разожмутся пальцы, и она просто слетит с сиденья. Глаза она давно уже зажмурила, когда поняла, что пейзаж по обочинам дороги слился в сплошную темную полосу с проблесками фонарей.
Когда Лиза уже решила, что все, сил больше не осталось, байк снизил скорость, а затем и вовсе остановился. То ли Максим почувствовал неладное, то ли еще что. Девушка сидела, продолжая изо всех сил цепляться за ручку, и боялась открыть глаза. Вместо рева мотора вокруг снова разливались звуки города: шум машин, музыка, голоса людей. Лизавета рискнула открыть глаза.
– Ты как?
– Максим снял шлем и стоял, разглядывая спутницу.
– Ты чего такая?
Лизе пришлось два раза откашляться, прежде чем она обнаружила свой голос, почему-то слегка осипший.
– Какая?
– она огляделась.
– Ты что, ты по проспекту летел на такой скорости?!
Они остановились неподалеку от главного городского парка, чуть в стороне проходил проспект, оживленный даже ночью. Лиза посмотрела на машины, и почувствовали как ноги мелко начали подрагивать.
– Ты с ума сошел!
– Почему?
– Максим даже обиделся.
– Это круто! Я тут часто так закусываюсь с лохами. У меня байк триста километров спокойно выжимает, все сзади только умываются пылью. Я сейчас троих придурков обогнал, ты не заметила?
– Я сидела с закрытыми глазами! Я испугалась между прочим!
– Да расслабься, я с восемнадцати лет на байках езжу.
– А сколько раз переворачивался.
– На байке? Раза три вроде. Не считал. Ну что, поехали, докину до дома.
– Нет!
– Лизка взвизгнула и попыталась спрыгнуть с сиденья. Но пальцы так прилипли к ручке, что пришлось их с усилием отдирать, почти с болью.
– Боишься что ли?
– Максим выглядел искренне удивленным.
– Да все нормально, домчу в лучшем виде.
– Я не хочу ехать вот так, лучше такси вызову.
– Ну давай доедем до моего дома, там в машину пересядем? Можем подняться ко мне, кофе попить.
Лизавета тут же представила последствия захода домой к парню и замотала головой.
– Ну хорошо, - вздохнул Макс.
– Можем и не подниматься, я просто отвезу тебя на машине домой.
– Поедешь медленно?
– Ну постараюсь.
Триста километров она, конечно, не ехал, но все равно Лизке казалось, что они несутся, едва задевая колесами асфальт. Странно, на мотокросс он так не гнал. В голове что-то завертелось, что-то знакомое. Запах, который девушка уловила от Максима и его дружков. Чуть сладковатый, с терпким послевкусием.
– Ты курил травку?
– спросила она, едва мотоцикл остановился, въехав в ярко-освещенный двор высокого элитного дома.
– Дунули немного, ага, - Максим ловко подхватил шлем у девушки. Та вытаращила на него глаза.
– Ты обалдел обкуренным за руль садится?!
– Так не пьяный же, - отмахнулся Максим.
– Вот по пьяни я не сажусь, а то один раз рискнул, так машину разбил на хрен.
Он вообще нормальный? Лизка внимательно посмотрела на парня, в свете фонарей отмечая нездоровый блеск глаз и какие-то лихорадочные движения. Помоги ей небеса, они правда чудом сейчас ушли от аварии.
– Вызови мне такси.
– Да я сейчас машину из гаража выгоню, расслабься.
– Ладно, я сама вызову, - Лиза трясущимися руками начала искать в сумке телефон.
– Просто ты выглядишь усталым, а завтра рабочий день. Давай я не буду тебя напрягать, а?
– Ну ладно, - парень пожал плечами.
– Пошли поднимешься, а то пока такси приедет.
Прикинув, что на улице прохладно, а она в тонкой блузке, порядком замерзшая после езды, Лиза все же решила принять приглашение. В конце концов, за десять минут ничего не случится.
Максим вел себя как радушный хозяин. Стащил с Лизки босоножки, усадил на диван, затоптался вокруг кофеварки. А девушка пока с любопытством оглядывалась вокруг.
Из трехкомнатной квартиры Максим сделал огромную студию с витражными окнами и зимним садом на утепленной лоджии. Темный, почти черный, паркет, разноцветный тюль, приглушенные мазки "жидких" обоев. В дальнем углу, за яркой ширмой и огромным аквариумом, проглядывала кровать. Сама Лизка сидела на черном кожаном диване, рядом стояли такие же кресла, а напротив висел тонкий огромный телевизор. По стеклянному столику с подсветкой тут и там валялись диски, журналы, бумажки.
– А там что?
– поинтересовалась девушка у радушного хозяина, разливающего кофе по крохотным чашкам.
– А ты посмотри, - раздалось в ответ.
Внимание Лизаветы привлекли светлые полки, на которых стояло множество небольших и крупных террариумов. Внутри явно кто-то обитал. Сгорая от любопытства. Девушка вплотную приблизила лицо к одному из них.
Макс чуть не пролил кофе от короткого, но пронзительного взвизга. А сама девушка оказалась вдруг в доброй паре метров от полок, прижимая руки к груди и судорожно втягивая воздух открытым ртом. Еще бы! Прямо на нее из террариума посмотрели глаза кого-то крайне мерзкого.
– Макс, это т-т-тараканы?
– Ага, - парень подал ей чашку.
– Мадагаскарские, развожу для Тимофея.
– Для кого?
– Для него.
– Максим ткнул пальцем в самый крупный террариум, и Лиза разглядела среди песка и коряг нечто светлое и чешуйчатое.
– Агама это, зовут Тимофеем. Я для него развожу тараканов, червяков, вон там жуки стоят. Кстати, хочешь мадагаскарца подержать? Они так шипят забавно!
Лиза вздрогнула и чуть не разлила содержимое чашки.
– Спасибо, не надо.