Чтение онлайн

— Человек, который без конца забирает всё что может, со временем гниёт и превращается в урода. Более того, он даже не может ощутить собственное гниение. Я больше… не хочу через это проходить.

— Да, я понимаю.

Вообще, Атла говорит правду. Что касается смертей, то и в прошлой, и вообще во всех предыдущих битвах погибло немало людей. Я пытался спасти как можно больше, но у меня не получилось.

Вот только её слова о гниении относятся и к её одобрению всех моих действий. Можно ведь прогнить и от того, что тебя хвалят за каждый шаг. Возникает чувство вседозволенности.

Кё тоже жил в условиях, когда его все хвалили, и превратился в конченую мразь. А ведь когда-то был признанным гением.

— Брат… Я больше не могу быть человеком, которому ты безвозмездно отдаёшь себя. Я хочу защищать других, как ты и как Наофуми-сама.

— Атла, о чём ты…

— Брат… Ты ведь согласен, чтобы другие страдали ради меня, не так ли?

— ?!

Фоур притих. Вообще, ему действительно безразличны все кроме Атлы.

— Я больше не хочу смотреть, как ты так ведёшь себя, брат. Хотя… я не вправе чего-либо требовать от тебя. Что же, мне пора.

Атла так и ушла с грустью на лице.

— Я… думаю только про Атлу? Значит, я так злюсь на её привязанность из-за того что…

— Ты чего? — я помахал рукой ошарашенному Фоуру.

Тот опомнился, надулся и тоже ушёл.

Да что с ними такое?

— Привязанность к Наофуми-саме… — о чём-то задумалась Рафталия.

Неужели эта тема так важна для них?

— Здесь, да?

Незадолго до воскрешения Фэнхуана я по наводке Рена пришёл со спутниками на склон горы, в которой запечатан зверь-защитник. Мы нашли храм, а в нём некий объект для изучения запечатанного Фэнхуана. В храме дежурит толпа людей.

— Печать точно прямо в этом храме?

— Да, она здесь.

Рен, Ицуки и люди в храме показали на статую. Она похожа на тысячерукую Каннон * , сидящую на клумбе.

— Это непростая статуя. Механизм в её нижней части открывает дорогу.

— Только сначала нужно было сделать квест и получить разрешение людей в храме.

— О… ну, у нас оно уже есть.

Ещё перед походом мы получили одобрение у мужика, похожего на монаха. По его словам, это тайна, о которой знает только религиозная верхушка.

Рен и Ицуки проворно двигали лепестки под статуей. Это какой-то пазл?

Наконец, послышался щелчок, Рен и Ицуки надавили, и статуя сдвинулась.

А что Мотоясу? А ему я приказал пока поиграть с Филориалами.

— Сюда.

— Уа-а-а-а...

Ицуки проигнорировал испуганный возглас Лисии и вместе с Реном повел нас по лестнице, ведущей под статую.

Внизу мы увидели… раскалённую докрасна стелу.

— Это и есть печать Фэнхуана?

— Потрясающе. Она так похожа на печать, которая удерживала Тиранодракона Рекса, — отозвалась Рафталия, и я с ней полностью согласен.

— Я ощущаю огромную жизненную силу… Её нельзя недооценивать, брат.

— Ага.

Хотя наш враг пока спит, Атла и Фоур уже сейчас впечатлились силой будущего врага.

— Вы его только не трогайте.

Мы тщательно и очень осторожно изучили эпитафию. Судя по всему, Фэнхуан всё-таки пробудится точно по часам.

— А если с этим камнем повозиться, он может воскреснуть раньше? А, Рен?

Конечно же, мы не будем этого делать. Чем больше времени на подготовку, тем лучше.

Однако Рен не ответил на мой вопрос. Он стоял смотрел на стелу Фэнхуана большими глазами. Как и Ицуки — он не изменился в лице, но его руки мелко дрожали.

— Что такое?

— Невозможно! Почему она уже сломана?!

— А? — озадаченно переспросил я.

Рен и Ицуки дружно показали на кучу мусора рядом со стелой. Я присмотрелся к ней и понял, что когда-то она была статуей Фэнхуана. Причём следы разрушений довольно свежие.

— Может, печать тоже растрескалась?

Если ещё и печать обветшала, то это очень неприятно.

— Нет, с ней всё должно быть в порядке… Но проблема в другом.

Что, если… Даже подумать о таком страшно…

Но дальше мысль не пошла — просто не существует людей, которые хотели бы на манер Кё захватить зверей-защитников и при этом обладали знаниями Рена и других героев. Впрочем, если сломанная статуя наводит Рена на какие-то мысли, и трещины в печати тут ни при чём, наверняка какие-то объяснения подобрать можно.

— Проблема в том, что печать будет сломана на фоне сломанной статуи! — воскликнул Рен, показывая на разрушенную статую Фэнхуана.

— Вы думаете, что это приведёт к… так сказать, битве на харде? — спросил я у Рена и Ицуки, пропитываясь нехорошим предчувствием.

В играх порой бывает такое, что сложность квестовых боссов меняется в зависимости от определённых условий. Иногда это означает, что победа над усиленным боссом приносит особые редкие предметы, но битва, конечно, будет не из простых.

Возможно, нечто похожее есть и в этом мире, но какой дурак согласится на такое по своей воле? Если победа над обычным и усиленным боссом — то есть, битва в нормале и харде — приводит к одному и тому же результату, то конечно же, лучше выбрать нормал.

Смерть в этом мире настоящая, так что я не хочу воевать с усиленным боссом ради пары редких предметов.

Рен и Ицуки кивнули.

— Ага… В игре можно было прийти к печати Фэнхуана, сразиться с ним, затем уничтожить статую и сразиться с уже усиленным Лингуем. За это даётся мощная экипировка, так что битва считалась эндгейм контентом * .

— У меня было то же самое, — прокомментировал Ицуки. — Устраивались внутриигровые события с битвами против усиленного Фэнхуана.

Хочется схватиться за голову. Мы должны были сразиться с обычным Фэнхуаном и победить его, но теперь он будет усиленным.

Это ещё один игровой компонент, не связанный с квестами — битва с боссом, который стал сильнее, чем требуется по сюжету.

— Либо статуя сама сломалась от старости, либо… Мы должны помнить, что это реальность, а не игра, — мрачно заявил Рен.

— А мы не сможем собрать статую на манер пазла? — предложил я.

— …

Рен и Ицуки нахмурились и промолчали. Видимо, не всё так просто. Ну и технологии здесь наверняка магические, так что восстановить статую уже невозможно.

— Ладно, плюс уже в том, что усиленный Фэнхуан не будет сюрпризом. Мы узнали правду, и это уже неплохо. Что касается попыток отремонтировать статую и ослабить врага…