Чтение онлайн

С этими словами существо покинуло лагерь Люка и утонуло в тенях болота. Луч фонаря постепенно темнел вдали. Люк стоял в нерешительности. Поначалу у него не было намерения следовать за существом, но все же, наконец, он шагнул в туман.

Направившись в джунгли, он услышал, что Р2 засвистел и забибикал так, что рисковал пережечь свои цепи. Он обернулся и увидел, что маленький робот одиноко стоит возле миниатюрной печи.

– Тебе лучше остаться здесь и присмотреть за лагерем, - сказал ему Люк.

Но Р2 в ответ усилил поток звуков, продемонстрировав полный спектр своих электронных артикуляций.

– Р2, успокойся, - сказал Люк.
– Я в состоянии о себе позаботиться. Со мной все будет в порядке.

Электронные сетования Р2 становились все слабее, по мере тот как Люк удалялся в джунгли. "Я, видимо, и впрямь спятил, - думал он, - раз иду за этим умалишенным существом бог знает куда". Но существо упомянуло имя Йоды, и Люк был готов принять любую помощь в поисках Властелина Джедаев. Он спотыкался во тьме о толстые и кривые корни, следуя за мерцающим вдали фонариком.

Существо весело болтало, шествуя по болоту.

– Хе… безопасно… хе… совершенно безопасно… да, конечно…

Затем таинственное существо разразилось странным смешком.

Имперские крейсера медленно двигались над поверхностью гигантского астероида. Где-то здесь укрывался "Тысячелетний Сокол", но где?

Скользя над астероидом, корабли роняли на его поверхность бомбы, пытаясь заставить грузовой корабль подняться.

Ударные волны сотрясали астероид, но "Сокола" не было и следа. Дрейфуя над астероидами, один из имперских крейсеров накрыл своей тенью чашеобразное углубление входа в пещеру, но обнаружить тоннель радары корабля не смогли. В этом отверстии, в расширяющемся тоннеле, незаметный для имперской аппаратуры, находился грузовой корабль. Каждый взрыв на поверхности заставлял его вздрагивать и вибрировать.

На корабле Чубакка лихорадочно ремонтировал сложнейшую силовую систему. Чтобы добраться до приводов, которые вели к гипердвигателю, ему пришлось с головой зарыться в аппаратуру. Но почувствовав первый из взрывов, он высунул голову из переплетения проводов и издал встревоженный лай.

Принцесса Лея, заваривавшая поврежденный клапан, прекратила работу и поглядела вверх. Бомбы рвались очень близко.

Си ЗПиО взглянул на Лею и нервно тряхнул головой.

– О, боже!
– сказал он.
– Они нашли нас!

Все молчали, словно боялись, что звук их голосов вырвется наружу и выдаст их местоположение. Корабль вновь тряхнуло взрывом, менее сильным, чем предыдущие.

– Они удаляются, - сказала Лея.

Хан Соло разгадал их тактику.

– Они просто смотрят, не удастся ли кого-нибудь спугнуть, - сказал он.
– Здесь нам ничего не грозит.

– Что-то подобное я уже слышала, - сказала Лея чуть раздраженно.

Не обращая внимания на ее сарказм, Хан прошел мимо нее, возвращаясь к работе. Проход в трюм был так узок, что он, поравнявшись с принцессой, не мог не прижаться к ней. Или мог?

Принцесса в замешательстве смотрела, как он работает, затем отвернулась и занялась своим делом.

ЗПиО игнорировал это странное человеческое поведение. Он был очень занят, пытаясь установить связь с гипердвигателем. Стоя у центральной панели контроля, ЗПиО издавал необычные свистящие и бибикающие звуки; мгновение спустя панель контроля засвистела в ответ.

– Куда девался Р2, когда он мне так необходим?
– вздохнул робот. Ему было трудно перевести ответ панели.
– Не знаю, где наш корабль обучался общению, - заявил он Хану, - но его диалект оставляет желать лучшего. По-моему, сэр, он говорит, что поляризовалось энергосоединение на негативных осях. Боюсь, что нам придется его восстанавливать.

– Конечно, я его восстановлю, - огрызнулся Хан, затем обратился к Чубакке.
– Восстанови его.

Он заметил, что Лея закончила сварку, но рычаг не приходит в действие. Она боролась с ним, он просто не двигался. Хан направился к ней, собираясь помочь, но она холодно повернулась к нему спиной, продолжая работу.

– Полегче, ваша светлость, - сказал он.
– Я всего лишь хочу помочь.

Продолжая сражаться с рычагом, Лея спросила:

– Не был бы ты так любезен прекратить называть меня официально?

Ровный тон принцессы удивил его. Он ожидал ответной реакции или, в лучшем случае, холодного молчания. Но в ее голосе отсутствовал язвительный тон, к которому он привык. Неужели она решила, наконец, подвести черту их безжалостному поединку воли?

– Разумеется, - вежливо сказал он.

– Иногда ты сам создаешь затруднения, - ответила она.

Он с этим согласился.

– Да, действительно, - но тут же добавил: - Но и вам следовало бы быть полюбезнее. Да что там, согласитесь, что порой вы считаете, что я - парень что надо.

Она отпустила рычаг и потерла уставшую ладонь.

– Порой, - сказала она, слегка улыбнувшись, - быть может… Особенно, когда ты перестанешь вести себя подло.

Не добавив к сказанному ни слова, он взял в свои ладони ладонь Леи и принялся массировать.

– Прекрати!
– запротестовала Лея.

– Что прекратить?
– спросил он.

Лея испытывала волнение, смущение, растерянность. Но чувство собственного достоинства взяло верх.

– Прекрати это!
– еще раз произнесла она.
– У меня грязные руки!

Хан улыбнулся, словно принимая попытку Леи извинится, продолжая держать руку и смотреть прямо в ее глаза.

– У меня тоже грязные руки, - сказал он.
– Чего вы боитесь?

– Боюсь?
– она вернула его взгляд в упор.
– Испачкать руки.

– Поэтому вы и дрожите?
– спросил он. Он видел, что на нее действует его близясь и прикосновения, и выражение его лица смягчилось. Тем временем он протянул руку и схватил ее вторую ладонь.

– Думаю, я вам нравлюсь потому, что я негодяй, - сказал он, - мне кажется, что в вашей жизни было маловато негодяев, - произнося эти слова, он медленно притягивал ее к себе.

Лея не сопротивлялась. Сейчас, глядя на него, она думала, что никогда еще он не казался таким привлекательным. Но она все же была принцессой.

– Мне нравятся симпатичные мужчины, - прошептала она.

– А я не симпатичен?
– поддразнил Хан.

Чубакка высунул голову из верхнего отсека и, незамеченный, с интересом наблюдал за происходящим.

– Да, - прошептала она.
– Но ты…

Прежде чем она смогла договорить, Хан привлек ее к себе и почувствовал, прижимая губы к ее губам, как она дрожит. Казалось, прошла вечность, прежде чем он отпустил ее. Но это время она не сопротивлялась.