Чтение онлайн

— А кто будет связь обеспечивать? Тень твоя? Сиди тут, без тебя как-нибудь обойдемся, но оружие держи наготове. Прорвутся «духи», мочи их, солдат! Понял?

— Так точно!

— Вот и молодец.

Шрамко перебежал на позицию первого отделения и по портативной рации вызвал Козина:

— Питон! Что у тебя?

— Нормально, Пихта. На открытое пространство вышла банда рыл в тридцать. Вот «духи» удивились, когда увидели БМП и получили с ходу в рожу.

— Мне нужно усиление, активизировались основные силы противника, пошли и от «зеленки».

— Вижу, Дима, вижу, сейчас разберемся с этой бандой, и я подведу усиление.

— Принял. К нам идет Ольха.

— Кто такой?

— Середин.

— Отлично.

— В штабе решили провести эвакуацию.

— Тоже разумно, но давай поболтаем позже. У меня тут «духи» оборзели, прут как танки. И куда прут? До связи, Пихта!

Все перемешалось в эфире, и позывные, и имена, и зашифрованная информация, и открытый текст. Да кому сейчас до прослушивания эфира? Бой вошел в ту фазу, когда как-то повлиять на него очень сложно, если возможно вообще. Как говорится, все пошло вразнос.

У Наби оставался еще гранатометчик, но тот вместе с помощником вышел на плато в составе отряда.

Его мгновенно вычислил наводчик-оператор Петров, дал пулеметную очередь, и Наби лишился артиллерии. Понимая, что отряд хоть и более многочисленный, нежели обороняющиеся, но находящийся на открытой местности, будет уничтожен в течение нескольких минут, он отдал команду:

— Вперед, воины!

Банда рванулась на блокпост. Третье отделение и БМП открыли огонь. До проволочных заграждений оставалось метров десять, и выживший в этой смертельной свистопляске Наби отдал приказ:

— Всем приготовить ручные гранаты! Бросок в траншеи по моей команде.

Боевики прекратили огонь, и, когда Козин понял, что это может означать, он крикнул:

— «Духи» готовят гранаты, опередим их! Ф-1 на плато, и не высовываться!

Бойцы третьего отделения действовали быстро и слаженно. Они опередили боевиков на какие-то секунды. Разрывы накрыли довольно обширный участок за «колючкой». Осколки рвали бандитов, свистели над головами российских солдат, впивались в здание, выбивали дробь из брони БМП.

Применение гранат на опережение решило исход боя на северном направлении. Раненые боевики, бросив оружие, поползли к спасительной балке.

Иванов припал к РПК, чтобы добить раненых, но Козин приказал:

— Отставить! Мы солдаты, а не бандиты.

— Понял.

Те, кто смог из отряда Наби, а их оказалось всего трое, скрылись в балке.

— А если с ними ушел главарь? — спросил Мотыгин.

— Это мы сейчас проверим, если что, догоним, далеко не уйдут. Разведка — вперед! Отделение — прикрывать!

Сам же Козин вызвал по связи Шрамко:

— Дима! Питон!

— Слушаю, — сквозь треск автоматных и пулеметных очередей и грохот от разрыва гранат ответил командир взвода.

— У меня на севере все, своих послал посмотреть убитых «духов», дабы найти главаря. Третье отделение может вступить в бой, БМП тоже на ходу, боезапас еще есть! Смогу сразу их вывести.

— Веди в обход здания. БМП выставить за капониром танка и открыть огонь по «духам», отделению разделиться. Половина, во главе с тобой, на позиции Лапшина, вторая половина — ко мне!

— Слушай, а не рискованно выводить последнюю БМП на открытое, по сути, пространство?

— Мы вроде сбили гранатометчиков.

— Тех, что проявились, сбили, но у Мадраса может быть резерв.

— Которому еще надо подойти из леса, я за «зеленкой» смотрю.

— Хорошо. Принял, выполняю!

Козин отдал все необходимые распоряжения и выставил четверых бойцов на позиции второго отделения. БМП вышла к капониру танка. Наводчик-оператор рядовой Петров ударил по боевикам из пулемета ПКТ, произвел несколько выстрелов из скорострельной пушки, заметив скопление боевиков на правом фланге, и это все, что он смог сделать. По БМП ударили сразу два гранатомета. Мадрас все-таки имел резерв, и не в лесу, не при себе, а на удалении от блокпоста в триста метров. Это была мобильная группа, но в ней находились два гранатометчика, и имели они с собой всего по паре выстрелов. Но и этого хватило. От мощных взрывов броню боевой машины порвало как портянку, моторный отсек взялся огнем, сдетонировал боекомплект.

— Черт, черт, черт! — ударил Шрамко кулаком в бруствер. — Придержали резерв, мать их!

Теперь отбиваться предстояло только автоматами и ручными пулеметами, боеприпасы к которым таяли, как весенний снег под солнцем. Незаметно, но безвозвратно. Уже были вскрыты склады «НЗ», та комната, что находилась напротив командного отсека.

На какое-то время боевики залегли. Им требовалась передышка. Шрамко принял решение всех бойцов завести в здание и продолжить бой через амбразуры. С востока и юга стены в два ряда толще, и даже если у Мадраса осталось с десяток гранатометчиков, то их выстрелами не прожечь — бетон такой толщины. Конечно, толстые стены создавали неудобства и для обороняющихся, сектор обстрела из бойниц был весьма ограничен, но все лучше, чем открытая местность, и он уже готов был отдать приказ на передислокацию.

— Ольха, товарищ старший лейтенант! — протянул ему микрофон и наушники связист.

Шрамко выхватил гарнитуру из рук связиста:

— Ольха, Рома, ты где?

— Посмотри в сторону серпантина.

Старший лейтенант обернулся и увидел, как от села Марты, развернувшись в линию, к посту шли три БМП-2 и четыре МТ-ЛБ. Несмотря на то что МТ-ЛБ чаще использовался как артиллерийский тягач или транспорт для перевозки одиннадцати человек десанта, он имел на вооружении такой же, как на боевой машине пехоты и БТРе, 7,62-миллиметровый пулемет ПКТ.

— Вперед, Рома! Вовремя.

— Как мне действовать? Где «духи»?

— Слева от тебя основной отряд, за блокпостом отряд поменьше и хорошо потрепанный нами. Забери на БМП влево и ударь «духам» во фланг. Предупреждаю, у боевиков есть как минимум два гранатомета. Гранатометчики на удалении метров в триста, прямо напротив поста.

— МТ-ЛБ?

— Им прибыть на пост и огнем пулеметов поддержать отделение, которым с недавнего времени командует Валера.

— Это разведка?

— Да.

— Так он с тобой?

— Со мной!

— Я все понял. Мы проведем атаку, тебе же быстро собрать живых, раненых, убитых на площадке у ворот. Грузиться будем в МТ-ЛБ.

— Это я уже понял. Как только войдешь в соприкосновение с противником, я сниму бойцов с позиций.

— Мы должны действовать быстро. Я уже сообщил на базу о выходе в район, у нас есть час, чтобы свалить хотя бы на серпантин. Ровно через час по району начнет бить реактивная батарея «Град» бригады.

— Это значит, что и посту кранты.