Старая кирха
Шрифт:
Доехав до кладбища, Ванька остановился: развернуться или еще немного прокатиться вперед? Кладбища ему никогда не нравились, а это – тем более: старое, заросшее, кривое. Он проехал еще немного и остановился на перекрестке. Кладбище здесь заканчивалось, а дорога завершалась тупиком и разделялась на две. Ванька свернул направо и метров через сто на холме увидел большое разрушенное кирпичное здание: стены еще как-то держались, а вот крыша совсем обвалилась. По обломанной стенке над входом можно было сказать, что когда-то там возвышалась башня.
Ванька обрадовался и подъехал ближе. Здание явно было очень старое. Штукатурка местами обвалилась и обнажила аккуратную ровную кладку из красного кирпича, кое-где поросшую темным мхом, а высокие окна, хоть и тоже изрядно побитые, явно имели форму арок. Это была церковь. Ванька вытащил фотоаппарат и сделал пару снимков, после чего поднялся на пригорок, на котором она стояла, бросил велосипед на траву и заглянул внутрь. Перешагнув порог, он аккуратно вошел туда и, чтобы не пораниться о битые кирпичи и камни, внимательно всматривался в каждый обломок.
Внутри помимо стен почти ничего не осталось. Когда-то там, наверное, были скамейки для прихожан, иконы на стенах и пахло свечным воском, но теперь из-под кирпичей на полу выросли трава и молодые деревья. Ванька дошел до стены, противоположной входу, и выглянул в длинный высокий проем, что когда-то служил церкви окном. За ним простиралось кладбище: то самое, которое Ваньке так не понравилось, когда он ехал сюда. Он уселся на кирпичный подоконник спиной к погосту и закрыл глаза.
Это место понравилось ему. Не только потому, что он любил всякие развалины, а потому что впервые почувствовал эхо времен. Даже в старинных монастырях родного Великого Новгорода он не замечал ничего подобного. Какая-то благодать ощущалась в этом месте, и Ванька даже расстроился, что не может ни с кем разделить это чувство. На душе сделалось легко, и даже вчерашнее раздражение куда-то улетучилось.
Конец ознакомительного фрагмента.