Старость не радость, или замуж не напасть
Шрифт:
— На первое время девку тебе в помощь дам, покажет всё. Завтра с утра готова будь. Ну всё, дорогу обратно найдешь?
— Найду.
Эх, неудачно складывается у меня продвижение по «карьерной лестнице». Не в том качестве я хотела в замок попасть, ох, не в том.
Надеюсь, недолго мне придется уборщицей работать.
Проходя по коридору, выглянула в окошко. На небо взошла луна. Большие черные крылья на миг затмили собой круглый серебряный диск, это птицы Могол возвращались домой. Присмотрелась, есть ли у них что-то в когтях, но так ничего и не заметила. Значит, не схватили они богатырей… А может, не сходя с места, их доели, кто знает?
Ох, и что за мысли у меня появляются? Не надо о таком думать. Не скажу, что Илья с Добрыней успели мне в сердце запасть, но смерти им я тоже не желала.
И Кощею не желала. Не такой уж он и плохой… Но если богатыри все-таки доберутся до замка, битвы не избежать. Либо Кощея пленят, либо он добрых молодцев голов лишит.
Дойдя до комнаты, я упала на кровать. На ней всё еще лежали одежда и сумка, которые я забыла убрать. Платье можно было выкинуть, настолько страшным и грязным оно оказалось, а вот сумка…
Порывшись в ней, я обнаружила добытый в битве с Чудом-юдом цветок, совсем не изменившийся с тех пор. Перепрятав его в карман нового платья, решила держать при себе. Все-таки вещь ценная.
С этими мыслями и легла спать.
Спала я чутко. Все-таки место новое, мало ли что. Тихий шорох, раздавшийся совсем рядом, разбудил меня. Я подскочила как ужаленная. Осмотрелась. Темно вокруг, холодно, а на краю кровати черная фигура… Я вздрогнула, но потом глаза привыкли к полумраку, и я различила длинные белые волосы, переливающиеся серебром в свете луны. Мужчина сидел у моих ног и не двигался.
— Кощей? — я протянула к нему руку, желая дотронуться.
Он молча наклонился вперед, и будто кошка, нуждающаяся в ласке, позволил коснуться пальцами его щеки. Гладкая кожа была холодной, как лед. Его черные глаза смотрели меня без единой эмоции, будто не видели ничего перед собой. Это пугало…
— Скажи что-нибудь… — попросила я.
Кощей медленно помотал головой, будто предупреждая, что мне это не понравится.
— Пожалуйста…
Он открыл рот, и я одернула руку, отскочила, прижимаясь к изголовью кровати. Изо рта у него лилась кровь. Она текла по подбородку, пятнала белую рубашку и, казалось, не могла остановиться.
— По… мо… ги…
А затем я проснулась. Теперь уже по-настоящему.
Ночная сорочка, предоставленная Аглаей, прилипла к телу от холодного пота. Сон казался настолько реальным, что несколько минут я не могла отдышаться. Он словно вцепился в меня острыми когтями, не желая отпускать даже с восходом солнца.
Что происходит?
Мне и раньше снился Кощей, но никогда до этого сны не были страшными или тревожными. Я могла списать это на то, что находилась в его замке, на испуг, который пережила вчера, но сердце подсказывало, что это всё неспроста.
Неведомое предчувствие опасности и того, что пора спешить, кололо изнутри ледяными иголками.
Наверное, из-за этого я собралась так быстро, насколько смогла, и когда за мной пришли, была уже готова и нервно вышагивала по комнате.
В этот раз мне в сопровождение прислали невзрачную девушку лет восемнадцати — двадцати. Русые волосы ее были собраны в длинную косу, голубые глаза, обрамленные светлыми ресницами, смотрели с неподдельным интересом.
— Я Бояна! Сейчас позавтракаем и покажу тебе тут всё.
Поняв, что девушка расположена ко мне дружелюбно, я немного расслабилась и тоже позволила себе улыбнуться
За завтраком Бояна беспечно болтала, рассказывая про мои новые служебные обязанности.
— Ничего сложного. Утром мы от Аглаи распоряжение получаем, кто в какой части замка убирается. Пока будем вдвоем ходить, потом попривыкнешь и одна справишься. Тут гостей не бывает почти, потому за порядком следить легко. Главное, в центральную башню не ходи, там хозяин живет и воспитанница его новая неподалеку.
Я навострила уши.
— Что за воспитанница? Какова она?
— Кто знает? Мелкая еще. Недавно появилась. Поговаривают, сирота. Да это и не нашего ума дело.
Я нахмурилась, посмотрев на браслет. С руки он никуда не исчез, но вел себя как обычное украшение. Выходит, Софка все-таки здесь! Осталось только узнать, где эта центральная башня.
После сытного завтрака Бояна показала, где находится инвентарь для работы, и примерила на себя роль гида. Вот теперь мне стоило поднапрячься, чтобы запомнить все ходы-выходы, и не заплутать, если надумаю пройтись без провожатой.
— А где, ты говоришь, хозяин живет? — в пол-уха слушая лекции моей помощницы про то, как правильно нужно производить уборку, осведомилась я.
Девушка насторожилась.
— Зачем тебе?
— Ну как, ты же сказала, что туда нельзя, а как я узнаю, если тут на дверях не написано? Покажешь, может?
— А ты точно глупостей не наделаешь?
— Я? Что ж я смогу супротив вашего хозяина-то сделать?
Бояна покраснела.
— Супротив него, может, и не сделаешь, а вот голой в покои забраться, да в его кровать лечь…
Я аж воздухом поперхнулась и глаза выпучила. Неужто пробовал кто?! Хотя меня интересовало больше, поддался ли Кощей на такую провокацию.
— Было дело. Выгнали ее потом…
— А это было до или после его развода?!
— До женитьбы, — вздохнула девушка, — ладно, вижу, что ты не думала ни о чем таком. Пойдем покажу, только быстро. И чтоб ни одна душа про это…
— Зуб даю! — гордо заявила я.
И пристроив метлы и ведра рядом с винтовой лестницей, мы вышли на широкий, мощеный черным камнем двор.
Сначала мне показалось, что я очутилась на дне глубокого колодца. По периметру двор окружали черные стены башен замка. Куда ни брось взор, взгляд упирался в холодный, неприветливый камень. Но если только задрать голову вверх до ломоты в шее, можно увидеть прямоугольник ярко-синего неба.
Эту суровую картину немного оживляли пальмы и диковинные белоснежные цветы в больших кадках да простыни, развешанные на веревках.
— Как-то тут...
Пока я подбирала нужное слово, Бояна сказала все за меня: