Чтение онлайн

— Методику исследования усовершенствуешь так…

— Понятно, Юлия Анатольевна.

Сразу после конца консультации аспирантки на кафедру заходит дама следующего поколения. Пожалуй, научный руководитель в матери аспирантке не годится, но гостья возрасту бабушки соответствует точно. Даже с запасом. Ещё немного — и сгодилась бы в бабки для Юлии Анатольевны.

— Какими судьбами, Надежда Васильевна? — Юлия Анатольевна приветствует гостью в том числе приятной улыбкой. — Какое-нибудь дело к нашей кафедре?

— Я по делу, да. Но не к вам, у меня побочный интерес к вашей аспирантке, — гостья ласково глядит на Кондакову.

— О, Надежда Васильевна, вы рецензию напишете? Там есть экономический раздел, — реакция Юлии Анатольевны мгновенна.

— Юлия Анатольевна, на ходу подмётки режете! — высокостатусная гостья добродушно смеётся. — Но что ж с вами делать, напишу.

Аня Кондакова откровенно сияет, диссертация мгновенно приобретёт дополнительный вес с рецензией от доктора экономических наук.

— Анечка, дело к вечеру, не зайти ли нам в кафе? — внимательная Дубрович замечает, как Юлия Анатольевна мельком смотрит на часы. — Расскажете о своей работе хотя бы в общих чертах…

Отказать? Доктору наук, только что милостиво пообещавшей написать рецензию? Невозможно! Конечно, Аня соглашается.

Через полчаса в университетском кафе.

— Повышение точности прогнозирования — традиционно сложная проблема для экономической оценки. Ничего страшного, есть методика. Приносите экземпляр вашей работы мне на кафедру, поработаю.

— Ой, Надежда Васильевна! — Аню переполняет восторг, который не сразу уничтожает неожиданный переход на не сильно приятную тему.

Кондакова, несмотря на почти две прошедшие с тех пор недели, не отошла от удара по самолюбию, выхваченного от Колчина.

— Как дела у Ассоциации «Кассиопея»? — на Аню смотрят добрые глаза.

— Ну, так, агентство создали, работают…

— Слышала краем уха, вы куда-то ездили летом? — Дубрович не жалуется, что приходится вытягивать каждое слово, но почему-то Аня понимает, что так вести себя глубоко неправильно.

— В Синегорске Агентство завод строит, ещё одно производство открывает…

Аня подробно докладывает доброжелательной профессорше обо всём. А что тут скрывать? Они вовсе не секретными делами занимались.

— Мы геологические исследования проводили. Местная администрация потом подрядила нас на целый ряд объектов. Неплохо получилось заработать

— И отдать долю Агентству?

— Да, половину. Через них шли все договора, бухгалтерия и обеспечение. Мы не платили ни за транспорт, ни за проживание, ни за кормёжку, — Аня изо всех сил старается быть объективной. Процент дохода Агентства, который пошёл на их же обеспечение, девушка запомнила.

— Но что-то им осталось?

— Семнадцать процентов от того, что они получили от нас.

— Ну, это очень по-божески, — осудить аппетиты Агентства невозможно, потому что их нет. Только слегка сместить акценты.

Любой экономист-профессионал знает, что распределение доходов пятьдесят на пятьдесят ближе к благотворительности, чем к разумной экономической политике. Справедливо для предприятия любой формы собственности, как принято сейчас выражаться.

— Вот только в Совет меня не взяли, — не выдерживает Аня и всё-таки жалуется. — Говорят, долгосрочного проекта нет…

— Действующая группа есть, работы велись и…

— Да, будут каждое лето, — девушка на секунду отставляет кофе, чтобы ответить на незакрытое предложение.

— Работы велись и будут продолжаться, но в Совет тебя не берут, — заключает Дубрович. — Странно.

Аня выражением лица соглашается с профессоршей.

— Интересно было тебя слушать. Знаешь, Аня, я в этом деле скептик. Нет, Ассоциация и Агентство чего-то добьются, что-то сделают, но революцию в космонавтике? О нет! Это абсолютно невозможно! Ведь вряд ли он изобрёл антигравитатор или ещё что-то чудесное.

— Колчин ведёт себя абсолютно уверенно, — после краткого инспектирования памяти Аня говорит о своих впечатлениях и чуть погодя добавляет: — Как будто он знает нечто, неизвестное никому, что позволит ему добиться всех целей.

— Каких целей? — главное, замаскировать скепсис искренним любопытством. Не спугнуть собеседницу.

— Ну, тех, о которых он заявил. Построить новую мощную ракету, космодром, большую орбитальную станцию…

— Позволь, Анечка, я тебе кое-что объясню. Колчин действительно кое-что знает.

Вовремя сделанная пауза подогревает интерес и готовит разум слушателя к мгновенному усвоению полученной информации. Критические фильтры слабеют или совсем отключаются.

— Он действительно гарантированно добьётся успеха. Вопрос только для кого и какого.

Немножко надо подумать, как ловчее мысль довести.

— Ты что-нибудь о нынешнем президенте США знаешь?

— Ну, старый, но бодрый, успешный бизнесмен, миллиардер… — на этом познания девушки заканчиваются.

— Он банкротился два раза, один раз совсем жуткую сумму был должен. Два миллиарда долларов. И знаешь, Анечка, такой чудовищный долг — самая лучшая страховка. Гарантия того, что ты будешь жить долго, счастливо и богато.

Девушка ожидаемо вытаращивает глаза.

— Да. Это за пару тысяч долларов тебя могут прибить. Два миллиарда никто просто так не спишет. Что было дальше с Трампом, не писали, и сам он не распространялся. Но догадаться несложно. Этот долг стал не его проблемой, а его кредиторов. Они подыскали ему перспективное дело, возможно, вложились ещё, и Трамп вновь раскрутился. Расплатился с долгами и сам разбогател. Понимаешь?

Кондакова кивает, но видно, что пока переваривает. Хотя продолжать можно:

— Неизвестно, станет ли Колчин российским Илоном Маском, но личного успеха он уже достиг. Управляет большими деньгами, множеством людей, тобой в том числе. У него уже статус, должность, авторитет, связи с большими людьми. Мне одно интересно, сколько он денег набрал? Хотя это не так уж важно…

— Слышала краем уха о схеме «десять за десять», — задумчиво произносит Аня. — Подробностей не знаю. Поняла только, что речь идёт об условиях для инвесторов.

— Условия должны быть заманчивыми, — мысли вслух располагают собеседника ещё больше. — Если это десять процентов в течение десяти лет, то для валютных вложений очень привлекательные условия. А если Колчин набрал несколько сотен миллионов долларов, то для таких объёмов чрезвычайно соблазнительные. Надеюсь, он додумался затребовать от кредиторов паузу для выплаты процентов.