Старушка на курьих ножках
Шрифт:
–Угу. – Варвара смотрела в небо, улыбалась. Смотреть долго не было сил, все вокруг искрилось бриллиантовыми бликами, полуденное солнце слепило – она прикрыла глаза.
–Смотри, какие телочки! – Услышали подруги с середины реки. – Ээээй, красотки поплыли с нами! – Красотки моментально подскочили, запрыгали в воде оловянными солдатиками.
–Плыли б вы без нас, ребят! – Катерина приложила руку козырьком ко лбу, оценила обстановку. В нескольких метрах от них качалась лодка с двумя бугаями на веслах.
–А нам без вас скучно. – Лодка уже направлялась в их сторону, бугаи налегали на весла.
–Не тратьте время, молодые люди. Вам же ясно сказали, плывите своим курсом.
–Плавает знаешь, что, малышка? – Осклабился один из гребцов. Второй загоготал.
–Ну так тем более!
–Мужики! Кто там у вас? – На песчаной отмели на другом берегу расположилась развеселая компания, – видимо, дружки. Двери автомобилей были распахнуты, музыка громыхала теперь на всю округу.
–Да вот русалок поймали! – Опять дружный гогот.
–Давайте их сюда!
–Чёта трепыхаются! – Мужики на берегу принялись снимать на бегу одежды, попрыгали в воду.
Лодка тем временем уже приблизилась к подружкам на расстояние вытянутой руки.
–Ёмаё! Да это Красовские тёлки! – То ли огорчился, то ли удивился один из бугаев.
–И чё? Прыгайте в лодку, девки. Отдохнем… шашлык, вино, туду-сюда…
–А давайте сразу с туда-сюда, – Варвара сдула прядь волос со лба. Обе они ухватились за борт лодки, стали подпрыгивать, затем снова уходили в воду. Лодка раскачивалась, мужики приседали, махали руками.
–Эээээ! Вы чё, охренели, дуры? Я ж вам хвосты-то обломаю!
–За свой хвост переживай, придурок! – Они все-таки вытряхнули мужиков из лодки, те попадали в воду, широко раскинув руки. Взметнулись фонтаны разноцветных брызг. Последним усилием девицы окунули-таки лодочный бок в воду, тот стал быстро погружаться в глубину, лодка перевернулась, звонко шмякнулась о воду, стала медленно исчезать в пучине.
–Ну, ведьмы!
–Оставь их, Леха. Они шальные, все знают!
Гневные ругательства сыпались в след подругам, когда они изо всех сил рванули к берегу. И даже когда сломя голову бежали сквозь крапивные заросли вдоль реки. Прибежав к своему пляжику, они попадали на песок, отдышавшись, стали хохотать и заливаться.
– Варь, ты какая-то не такая сегодня. Что случилось-то?
– Катерина бодро шагала по лесу, вытирая на ходу длинные светлые волосы.
–Да надоели все, Кать. Сегодня опять записку подкинули. Только бабушке не говори.
–Само собой…– Катерина вздохнула. – Анонимную? – Варвара молча кивнула. – Вот что за люди? Лютый выкрутасничает?
–Да как-то несолидно, Кать. Прям по-бабьи. И слог, знаешь ли, высокий, патетический. Если б это не было так дико, я бы решила, что бабуля сама развлекается.
–Думать нужно. Кому больше всех надо нас отсюда выжить?
–Ооооо…желающих полно! И вот изощряются, кто как может. Лютый братков подсылает, администрация проверками замучила, анонимки теперь еще…
–Может к Роман Романычу обратимся, а? Он следак, его прямой долг разобраться....
–Сами разберемся.
–Ну сами так сами…Варь, ты что, любишь его еще?
–Кать, хочешь, я тебя стукну? И ты станешь фиолетовой! – Варвара даже вскинула руку. Катерина отпрыгнула, засмеялась.
–Правильно, подруга. Он мне вообще никогда не нравился.
–Еще бы он тебе нравился. У вас же взаимоисключающие виды деятельности, Кать. – Варвара тоже улыбнулась.
Бруно шагал по Подлянам. Жизнь на деревне била ключом. У колодца громко спорили две тетки, уперев руки в бока. Чуть поодаль, в тени раскидистой липы на лавке сидели мужики неопределенного возраста, следили за спором, встревали, подначивали теток и гоготали. Теткам надоело выяснять отношения, они разом повернулись и наперебой накинулись на мужиков. Мимо протащился возок, груженый свежескошенной травой. За возком тянулся травяной след. Дедок в армейском кителе на голое тело деловито понукал старой лошадкой, та прибавляла ходу, припадая на одну ногу. Затем возмущенно фыркнула, заводила головой – звякнули ремни, заполошные куры бросились по сторонам. Женщины помоложе возились в палисадниках – вот одна вышла за калитку, обозрела улицу, стала громко звать внуков обедать. Они возмущенно кричали ей в ответ, обедать им не хотелось. Старухи сидели на лавках – когда Бруно проходил мимо, они разворачивались всем корпусом, словно были в партере, а он на передвижной сцене. Молодые девицы облепили крыльцо, щелкали семечки, громко смеялись. Увидели Бруно, рассматривали заинтересованно, закивали головами – приветствовали. Собаки лениво махали хвостами, развалившись под лавками и в кустах, клацали на мух. Блажили петухи. Уже на лугу к нему прицепились оводы. Он стащил пиджак и отмахивался от них. Особо любопытный козел погнался за ним вприпрыжку, пока не был остановлен веревкой, за которую был привязан. Бруно струхнул. Потом рассмеялся вслух.
«Со стороны я, наверное, похож на сумасшедшего», думал он.
Здание музея возникло неожиданно за небольшой рощицей. Бруно заметно оживился. Сам музей был закрыт, но он обнаружил стенд со схемой расположения поместья. Бруно ликовал! Он был спасен!
Мужчина уже подходил к огромному голубому дому в русской традиции XVIII века – величавые колонны на пилястрах белого мрамора, широкая парадная лестница, фронтоны с розетками, террасы, окруженные балюстрадами. К основному зданию по бокам примыкали полукругом пристройки с окнами в пол… Он решил поподробнее изучить это все потом. Тут он столкнулся с новой проблемой. Ближайший, самый прямой путь к дому лежал через густые заросли сирени. Он лишь на секунду замешкался и двинулся в сторону кустов.
«Наверное, я уже начал дичать».
3
Вениамин Андреевич Лютиков, в недавнем прошлом Веня Лютый, негодовал. Высоким дребезжащим голосом он распекал подчиненных, Ромку Сизого и Вадика Карася.
–Не можете, мать вашу, справиться со старухой и девкой! На хрена только держу вас, дармоедов! Все ж приходится самому делать!
–Старая ведьма нас и на порог не пустила, Вениамин Андреич!
Мы ж по-хорошему хотели, а она с ружьем…
–С ружьем! Бабке сто лет минуло, а вы обоср***сь. Пошли вон, уроды гребаные! – В редкие моменты волнений Вениамин Андреевич скатывался до прежней лексики.
Сизый и Карась задами пятились к двери. На пороге столкнулись, завозились в проеме и выкатились в коридор.
–Тьфу… уроды как есть. – Лютый саданул кулаком по столу.
– Самому нужно. Все самому…– Он схватил телефон, набрал номер. На том конце долго не отвечали. Наконец, старушечий голос проскрипел:
–Алло…Слушаю!
–Луиза Вацлавна! Приветствую! Лютиков говорит.
–Кто? Кто говорит?
–Лю-ти-ков! – Прокричал Вениамин Андреевич.
–Ага… А что говорит?
–Что ж ты, Луиза Вацлавна, меня понять не можешь. Я ж по-хорошему к тебе. Учти, я тебе отличное предложение предлагаю!
–Предлагают замуж, Вениамин! А ты старый пердун! Чего звонишь? Не тяни. Некогда мне!
–Я вот с тобой, понимаешь, разговоры разговаривать перестану. Придут ребятки мои, погрузят тебя и девок, и привет! Вывезут в поле.
–Креста на тебе нет, Вениамин! Почто мне из родного дома съезжать? Здесь помирать буду!
–Так ты дом занимаешь не по праву! Сынок твой в былые времена гоголем ходил, всюду подмазал, дом да землицу за бесценок купил. А землица-то городская. А по купле-продаже областная. Намудрил сынок-то! У меня и бумаги все имеются. И бумаги, и деньги. А у тебя что? Деньги-то тю-тю! Девка все носом воротила…