Чтение онлайн

Пока озиралась Мерой поставил мою обитель в когтистую подставку идентичную, той, что держит кристалл на другом крае стола.

— Дер Лерьен, а мне теперь вечно в шарике на столе жить?

— Нет. Я что нибудь придумаю. Пока большего предложить не могу, — дракон сел в свое кресло и уставился на кристалл. — Мэли [1] Эньяра мне бы поужинать здесь. Нет сил и желания перемещаться в столовую, — мягко проговорил он. Ишь как умеет и голос бархат и взгляд мёд. Вот точно у него с этой секретуткой горизонтальные отношения имеются.

Через пару минут в кабинет вплыла эльфийка с каким-то полотенчиком в руках. То что это эльфа стало для меня очевидным, сразу, стоило лишь взглянуть на ее уши и зеленющие глазищи. Волосы заплетены в миллион косиц и собраны в непонятное сооружение золотистого цвета.

Изящная. И все же тощая и плоская как доска. Там грудь лишь слегка намечена. Ноги " от ушей" и лицо красивое, вот и все достоинства. Мужику и пощупать нечего и за какие заслуги он тебя пригрел?

Она подошла к столу мазнув по мне взглядом, положила эту белую тряпочку перед ректором на стол, что-то шепнула и на месте тряпочки появились кушанья. Тарелка с непонятным зеленым гарниром, каша гороховая что ли, и большой кусок запеченного мяса. Какие то фрукты нарезанные дольками или это овощи такие? И графин с чем то бледно синим. Может сок или компот. Высокий стеклянный стакан и столовые приборы, совсем привычные земные.

Голода не чувствую. Но глядя на этот кусок мяса, понимаю, как же жить хочется, а не в шарике существовать. Эльфийка сладко улыбнулась и муркнула: — Что нибудь еще желаете дер Анастельен?

— Нет, мэли Эньяра. На сегодня никто не записан?

— От мэла [2] Сувинона две жалобы на дера Мирьяна Альяна Лема.

— О Иринес! За что мне это?! Снова этот младший Лема. Мне старшего хватает с его нравом. Теперь этот будет мне 10 лет ауру чернить. — дракон прикрыл ладонями лицо и тяжко вздохнул. Его шикарная белая коса с массой непонятный заколок, сползла с плеча на стол, — Завтра вызови его ко мне за час до лекций. Сегодня я уже не в состоянии вести с этим граховым [3] исчадием беседы о долге и ответственности.

— Будет исполнено дер Анастельен, — пропела эльфийка и уплыла в свою вотчину. А Мерой еще раз тяжко вздохнув, убрал косу за спину и принялся за еду.

Время шло, нет, оно тянулось, каждый день, словно маленькая вечность. Выматывало мою несчастную душу вынужденным заключением в этом проклятом 1000 раз шаре. Пять лет, пять гребаных лет я живу в стекляшке на столе ректора. На столе этой поганой озабоченной ящерицы. Каждый день мне приходилось присутствовать как слушатель или даже зритель на его развлечениях. Теперь я точно знаю, почему его стол пуст. Потому что это не стол! Это долбанный траходром, по другому не назовешь. Через ту самую скрытую дверь к нему каждый день приходили девки из его гарема. А если не было девок, была секретарша.

И все мои возмущения, в лучшем случае, заканчивались сбрасыванием шара в ящик стола, а чаще мне просто прилетала часть одежды, целая или оторванный, в порыве страсти кусок, который накрывал мою стеклянную тюрьму на время драконьих развлечений. В данном вопросе Мерону было плевать на мое мнение.

Если в первые дни я верила, что дракон засунул меня в ловец душ из сострадания, что он поможет, что это всё временно, то спустя пару месяцев я совершенно разочаровалась и моя надежда спастись начала угасать.

Лерьен расспрашивал о моём мире, делал какие-то записи в дневнике, который он начал вести обо мне, словно я зверёк над которым проводят эксперимент. Он рассказывал о союзе, сравнивал жизнь в этих мирах с тем, что рассказывала я. Без возможности выйти из этих стен, без возможности поговорить с кем либо еще, кроме ящерицы, мне казалось, что рано или поздно, но я свихнусь. Особенно тяжелыми были первые десять дней, а вернее ночей в темноте и тишине, без возможности уснуть или как то себя развлечь. Всё что я смогла придумать это петь песни, любые, лишь бы не погружаться в беспросветную тоску о ушедшей жизни.

В кабинете ректора бывали и другие посетители, не только ублажавшие его девушки. Приходили учащиеся, преподаватели и другие не знакомые мне личности. На время их присутствия Мерой неизменно закрывал меня в ящик стола. Только в присутствии младшего Лема меня не закрывали в столе. Надо отметить, что приходил парень к ректору с завидным постоянством, не реже двух раз в неделю. Только вот, если другие ученики дрожали и трепетали(судя по их голоскам), то этот златоглазый дракончик никакого уважения или страха пред ректором не испытывал. Нравилось Мерьяну портить кровь преподавателям. Каждый раз оказавшись на "ковре" на его лице проступала рутинная безнадега и скука. В его глазах так и читалось: "Опять слушать наставления. И за что мне это? Я же одуванчик." Все попытки ректора вразумить мальчишку натыкались на железобетонную стену игнора. И лишь когда Мерой уже покрываясь местами белой чешуёй начинал шипеть о долге перед семьёй и о старшем братце Лема, только тогда Мирьян морщился и произносил одну и ту же фразу: "Я исправлюсь." После чего белый дракон сокрушенно вздыхал и отпускал нарушителя порядка на лекции. Я в такие моменты, как правило, молчала. Но стоило дракончику прикрыть за собой дверь, тут же начинала мерзко хихикать, дабы со своей стороны насолить хоть этим белобрысому гаду.

На мои просьбы вынести шар хоть раз в парк, ящер категорически отказал.

Единственной отдушиной стала библиотека. Дракон каким-то образом настроил кристалл и я смогла вызывать через него фантомы книг, хранящихся в библиотеке и читать их. Снизошел он до моей проблемы, только после недели игнорирования всех его вопросов адресованных моей персоне. За эти годы я перечитала уже массу книг, но ни в одной из них не было способа меня оживить, на что я очень надеялась.

Еще одной пакостной привычкой ректора было обедать или ужинать в кабинете. Да я не испытывала голода, но помнила вкус еды, ее запах, особенно сладостей. И видеть как этот гад ест передо мной, не было никаких сил, а он только посмеивался.

И вот снова я читаю, а эта бледная погань решил обедать здесь.

— Дер Лерьен! У вас совесть есть? Прекратите жрать в кабинете! Для этого есть столовая! — рявкнула я в сердцах, как же меня это достало, — Дайте нормально почитать.

— Ну что за глупости селятся в ваших мыслях дера Львовна? Совесть придумана нищими. Мне она ни к чему.

— Ящерица белобрысая!

— Не пыхти. Меня ты не проймешь своими выпадами. В этом с дером Мирьяном тебе не тягаться. Он вне конкуренции.

— Лерьен. Я так устала. Вот сил нет никаких. Из-за отсутствия сна, я не могу психологически отдохнуть.

— Иногда вас дера Анастасия не дозовешься. Я то решил вы так спите.

— Какой сон дер? О нем я могу лишь мечтать. Максимум могу уйти в свои мысли. Но, согласись, сон и отстраненность это совсем не одно и тоже.

— Ну что тебе стоит вынести меня к фонтану, раз уж в город нельзя. Никто и внимания не обратит на шар в ваших руках, он же маленький. — продолжила я канючить.

— Дера Львовна сколько раз вам еще говорить? Ваше нахождение здесь не совсем законно и не безопасно для меня. Секретарша дала клятву на крови о неразглашении. Этот несносный мальчишка держит язык за зубами, потому, что это в интересах его семьи, не разглашать, где как и при каких обстоятельствах я тебя заключил в ловец душ. О моем даре нельзя распространяться.

Дракон уже говорил, что дар ловца душ очень редок, ценен и в то же время опасен. Поэтому его скрывают. Попади такой умелец в руки заговорщиков и они смогут заменить почти любого высшего на свою марионетку. Всего то и нужно сменить душу на нужную им. Ауру скрыть артефактом и наворотить кучу бед. Обман если и раскроется, то не сразу и за это время можно целый переворот устроить во власти или войну развязать.

— Ты из-за своей женской глупости не понимаешь степень опасности. Думаешь твой шар так сложно распознать? Ловцы душ на четвертом курсе изучают очень тщательно.