Чтение онлайн

– А ты?

Мы поднялись с нашего ложа.

– У тебя кровь на рубашке справа!

– Чокнутая Поли едва не спустила с меня всю шкуру. . .

– Грег, когда ты успел схватиться с кошкой?

– Я вынес ее из огня. . .

Мы отошли в глубь пещеры, там с потолка струилась вода, убегая, исчезаю в трещине в полу.

Сью смочила мою рубашку на груди, я снял ее. Глубокие ссадины от когтей кошки вздулись, но уже не кровоточили. Я долго умывался ледяной горной водой, смывая грязь, копоть и кровь.

Мурашки побежали по коже.

– Ты замерз!- Сью набросила мне на плечи свою юбку. Она стояла рядом, обняв себя за острые плечи, в перепачканной рубашке до колен.

Обтерев лицо, плечи и торс юбкой, я протянул руки и обнял Сью, тесно прижав к себе. Она вздохнула и положила мне подбородок на плечо - ведь мы одного роста. Ее волосы пахли, почему-то яблоками и солнцем. Я коснулся губами ее шеи, кожа была чуть солоноватой от высохшего пота. Мои ладони лежали на ее худеньких лопатках. Ее бедра прижались к моим. В наших объятиях была только нежность и ни капли вожделения. . .

– Я бы, что то пожевала!- жалобно сказала она.

– Малыш, я найду все, что ты захочешь, вот только спустимся вниз. . .

Мы переглянулись-пора было выбираться вниз или начинать умирать от голода здесь в объятиях скал.

Я присел на шкуру и куском мха начал оттирать с меча засохшую грязь. . .

– Не оборачивайся - попросила Сью. С улыбкой я услышал за спиной новое журчание воды. . .

Я лежал на животе у края расщелины и наблюдал за замком.

Люди герцога были еще здесь - несколько человек патрулировали стену замка - теперь, когда рухнула крыша основного здания всю внутреннюю часть стены было прекрасно видно. Больше от огня ничто не пострадало, даже наша белая башня-В которой комнаты мои и Сью, стояла в целости и своей белизной радовала глаз.

Над пожарищем еще струился дым , закопченные пламенем проемы окон сиротливо взирали на меня.

До темноты нечего было, и думать о спуске вниз-в сад, нас легко могли заметить со стен.

Вернувшись к медвежьей шкуре я нашел Сью, чисто умытую, с румянцем на обе щеки. Еще она лентой-тесьмой, оторванной от платья подвязала волосы, собрав на затылке в "конский хвост".

Я лег на шкуру, Сью прилегла рядом и не заметил как заснул. . .

Снов не было, я только прикрыл глаза, а открыл их уже вечером. Вернее меня разбудила сестра своим нежным поцелуем.

– Уже садиться солнце. . . Пора. . .

Да, сейчас было самое время -закатное солнце садилось за гору и ярко светило в лицо людям на стенах. Я их видел, но они меня увидеть на скале не смогли бы.

Закрепив на поясе меч, я начал спускаться первым. Теперь после отдыха я быстро шевелил конечностями, ни разу не оступившись. . . Но голод терзал мой желудок и весь спуск я думал о куске жареной оленины или хотя бы куске бекона на ломте ячменного хлеба. Черт возьми, я не отказался бы даже от тарелки ненавистной овсяной каши. . .

До садовой почвы оставалось несколько футов, когда голос снизу заставил меня оцепенеть. . .

– Эй, парень! Какого черта ты сюда лезешь?

Повернув голову я скосил глаза. . . Прямо подо мной, опираясь на короткое кавалерийское копье, стоял один из солдат герцога. Он щурился, солнце светило ему в лицо. Оттолкнувшись от скалы, я упал прямо на этого любопытного зеваку. . . Я ударился локтем о его стальной нагрудник и заодно врезал гардой меча ему по лбу. Несколько мгновений я лежал на земле держась за злосчастный локоть, не способный ни к каким действия от ослепительной боли. Солдат слабо копошился рядом. Сью спрыгнула со скалы, приземлившись на полусогнутых ногах и устремилась к солдату. Один удар по затылку камнем, по-видимому, лишил его чувств. Он упал лицом вниз и замер.

– Ты в порядке?

– О, великий Эрхард! Как этот урод оказался здесь?

Сестра внимательно осмотрелась.

– Видимо искал, чем поживится. Никого в саду больше нет. . .

Мы связали солдата моим поясом и парой оплеух привели в себя. Когда я прижал к его шее его же кинжал он заговорил и болтал без остановки пока не начал повторяться по третьему разу. Фонтан красноречия я заткнул, сунув ему в рот лоскут от юбки сестры.

Герцог и магистр Броккен уехали ночью со свитой сразу после начала пожара, что-то нагрузив на пару повозок. Нашего отца он не видел. Но магистр Броккен во всеуслышанье объявил о смерти дракона. Отъезд этих господ был похож на бегство. В замке оставили тридцать гвардейцев с лейтенантом, подкрепление им должно прийти через пару дней, если горские кланы не начнут мятеж. При этих словах мы с Сью переглянулись. .

После обеда лейтенант с десятком солдат отправился в деревню к озеру за провиантом. Рухнувший при пожаре потолок уничтожил не только обширную замковую кухню но и завалил проход к кладовым и винным погребам. Десяток уцелевших слуг заперты в подвале белой башни и их судьбу решит церковный суд. Выездная коллегия этого суда должна прибыть вместе с подкреплениями из Корнхолла. Капеллан сказал что люди в долине-дикари и закоренелые грешники, не верящие в единого бога-кроме костра им ждать нечего.

Герцог объявил об отсутствии у погибшего лорда дракона законных наследников и о том что присоединяет долину Холлилох к своим ленным владениям.

Старый донжон гвардейцы превратили в казарму и частью сейчас находятся на стенах, свободные же разбрелись по замку и ищут что стянуть пока лейтенанта нет в замке. . .

– Я возьму его плащ , шлем и освобожу наших людей из подвала-вдвоем против трех десятков солдат мы ничего не сможем сделать. . А с нашими и в темноте должно получится. . .

– Хорошо, иди-Сью поразительно легко согласилась.

– Жди меня здесь.

– Слушаюсь , лорд Грегори!-она шутливо мне отдала салют.

Я взял плащ нашего пленника, надвинул по глубже шлем на уши. Потом стянул с солдата пыльные сапоги-они мне пришлись впору. Меч в ножнах и кинжал на поясе я тоже нацепил на себя.

– Оставь мне копье.

Сью взвесила копье в руке, изучая балансировку и ловко прокрутила "мельницу".

– Иди же!

Я поцеловал ее в сухие обветренные губы и ушел.

По еще дымящимся головешкам я пробрался через главное здание-я не узнавал свой дом-остались только стены и груды дымящегося мусора. Они за это заплатят. . .

Накапливая злобу я выбрался, наконец, во двор.

На стене справа от ворот два солдата сидели, свесив ноги во двор и о чем то негромко болтали. Держась к ним боком и двинулся к воротам. Никто не обратил на меня внимания и не окликнул. Ворота были заперты и заложены брусом. И я тут прирос к земле. Здесь у ворот на мостовой лежала груда человеческих тел, вывернутые руки, ноги, смутно белеющие лица одних и почерневшие от крови и гари других-словно не люди, а срубленные стволы перекрученных болезнью деревьев. . . Я не мог опознать никого. . . Совсем никого. . . Я с детства знал этих людей, рос среди них, они были моей семьей. . . Нет, это не они-я знал живых людей-это же был прах, бесстыдно и небрежно сваленный в кучу.