Чтение онлайн

В одно время со вступлением династии Тхан на престол Китайской империи начала возвышаться держава, сопредельная Китаю на западе, — империя Тибетская. Владетель Тибета, помышляя распространить свои пределы на востоке покорением всех единоплеменных с ним народов, произвел нападение на Тогон (Хухэнор) и западные пределы Китая. Китайский двор остановил успехи его тремя известными средствами — оружием, деньгами и выдачею царевны за него в 641 году. Тогонский король — зять китайского двора, видя опасность, угрожающую ему со стороны Тибета, совершенно поддался Китаю, как могущественнейшей державе на Востоке. Между тем тибетские полководцы в 662 году покорили Чжуньгарию, в 671 году завоевали Восточный Тюркистан и в том же году вступили в Тогон с северной стороны; многочисленное китайское войско, пришедшее для спасения сей страны, было совершенно поражено, и Тогонское королевство превращено в область Тибетской империи. С сего времени началась достопамятная в летописях мира борьба между Китаем и Тибетом, продолжавшаяся с небольшими промежутками до 820 года (150 лет) на западных пределах Срединного царства. Китайцы шаг за шагом отступали во внутренность, и каждый уступленный ими шаг устлан был сотнею тысяч трупов с обеих сторон. Наконец в 822 году заключен дружественный договор, по которому китайский двор признал Тибетскую империю в равном с собою достоинстве и уступил ей завоеванные тибетцами земли нынешней губернии Гань-су и западные пределы губернии Сы-чуань, населенные тангутскими племенами. Уже в 860-х годах, по падении Тибетской империи, сии земли опять присоединены к Китаю.

Со времени введения единодержавного правления в Китае до настоящей династии Цин три касты попеременно действовали на поприще государственного правления: каста ученых, каста военных и каста евнухов (При дворе ныне царствующей династии Цин евнухи вовсе не имеют силы, и глава их числится в 8-м классе.). Ученые отличались преданностью к отечеству, верностью к престолу, любовью к порядку; военные стремились к славе и почестям; евнухи жаждали власти и богатства. Ученые старались поддерживать деятельность в государе; евнухи силились ослабить ее, [162] военные сторожили пользоваться смутными обстоятельствами при борьбе первой касты с последнею, нередко успевали в своих предприятиях, но, не имея образования, нужного государственным людям, редко могли пользоваться плодами своих приобретений.

Истина сия, как в зеркале, отражается во всех событиях последней половины царствования дома Тхан. Лишь только миновали опасности, угрожавшие престолу со стороны мятежников, государи тотчас впадали в какую-то сонную беспечность. Они утопали в сладострастии, самом гнусном, или предавались набожности, самой суеверной. Евнухи в обоих сих случаях исключительно были советниками их, и через то приобрели такую силу в правлении, что ни один государь не мог ни вступить на престол без их выбора, ни царствовать не по их руководству. В столице ученые вели с ними междоусобную войну, в которой попеременно и те и другие гибли. Военные начальники в областях вышли из повиновения законам, и междоусобия были следствием сего безначалия. Около столетия протекло в сих замешательствах. Наконец, ученые призвали в помощь военных начальников, и последние скоро взяли перевес над обеими партиями. После сего около полувека прошло в борьбе между военными, из коих тот или другой содержали государя в плену у себя; наконец один из них, бывший прежде предводителем мятежников, одержал верх над всеми, и в 907 году злодейски овладел престолом Китайской империи. Так кончилось бурное царствование династии Тхан, названной по долговременности ее Большою.

14) КИТАЙ В ПРОДОЛЖЕНИЕ ПЯТИ МАЛЫХ ДИНАСТИЙ (907—960)

С 907 года начинается период, известный в китайской истории под названием Пяти династий (Ву-дай), период краткий, но достойный замечания по важным его последствиям в политическом мире Восточной Азии. В продолжение 53 лет царствовали в Китае пять домов, которые один у другого оружием оспаривали престол, но ни один из их основателей не имел качеств, необходимых для управления народами. Каждый думал только об удовлетворении своему властолюбию, и при взаимных спорах о престоле упустили из вида влияние на север с варварскими народами.

С VII столетия в Восточной Монголии начал усиливаться дом Ки-дань, который занимал земли нынешних аймаков: Корцинь, Корлось, Лурбот и Чжарот; попеременно находился под покровительством [163] Китая или Дулгаского дома, или обоих. Он состоял из восьми поколений, взаимным союзом связанных, и внутреннее правление имел избирательное. Старейшины восьми поколений попеременно были избираемы главою соединенных владений на три года. В 901 году главою избран был князь Елюй-амба-гянь, один из великих полководцев своего времени. В 904 году, при сложении с себя звания главы, он сделал большие завоевания, и в 916 году объявил себя единодержавным повелителем всей Монголии. Обратимся к Пяти династиям.

Основателем династии Лян, первой из Пяти династий, продолжавшейся 16 лет, был некто Чжу-вынь, предводитель мятежников. Покорившись законному правительству, он получил в управление корпус войск; изменчески убил двух своих государей и похитил престол. Столицу имел в Кхай-фын-фу, и как он вел беспорядочную жизнь, то и был убит сыном своим, а сей в свою очередь убит родным своим братом, который хотя и вступил на престол, но недолго царствовал. Непримиримый враг сему дому князь Ля-цунь-сюй, при содействии киданьского государя, отнял престол у него. Это есть основатель Малой династиии Тхан, второй из Пяти династий, продолжавшейся 13 лет. У преемников его в 936 году отнял престол зять его Ши-цзин-тхан при помощи киданьского же государя, против которого он стоял на северной границе с наблюдательным корпусом. Это есть основатель Малой династии Цзинь, третьей из Пяти династий, продолжавшейся 11 лет. Ши-цзин-тхан уступил киданьскому государю 16 округов в нынешних губерниях Чжи-ли и Сань-си и сверх сего обязался ежегодно платить по 300 000 кусков шелковых тканей. Преемник его прекратил плату дани, и после упорнейшей двухлетней воины взят киданьцами в плен в самой столице Кхай-фын-фу. Но киданьский государь, по причине беспорядочного управления приобретенными землями, не мог утвердиться на престоле Китайской империи и вместе с пленником уехал в Монголию. Полководец Лю-чжи-юань выгнал остальные его войска из Китая и вступил на упраздненный престол в 947 году. Это был основатель Малой династии Хань, четвертой из Пяти династий, продолжавшейся 4 года. Возмутившиеся войска не захотели повиноваться малолетнему его преемнику и в 815 году объявили императором корпусного своего начальника Го-вэй. Это был основатель династии Чжеу, пятой из Пяти династий, продолжавшейся 13 лет. Он изменчески убил своего государя, а внук его в 960 году спокойно передал престол полководцу Чжао-гуан-инь, основателю династии Сун. [164]

15) КИТАЙ В ЦАРСТВОВАНИЕ ДИНАСТИИ СУН (960-1280)

В продолжение Пяти династий еще возникли десять других сильных домов, которые царствовали в разных частях Китая; сверх того Северный Китай находился под владением претендента китайского престола, поддерживаемого киданьским домом. В сих смутных обстоятельствах Китаю нужен был государь опытный, мужественный, решительный, и общее мнение государственных чинов склонилось на сторону Чжао-гуан-инь, который по прибытии из армии в Кхай-фын-фу, столицу империи, спокойно вступил на престол и в непродолжительном времени уничтожил престолы некоторых из десяти частных владетелей. Преемник его покорил претендента и возвратил северные земли, исключая части, принадлежавшей киданьцам. Китай опять сделался сильною державою, но влияние на заграничный север уже было потеряно, и сия потеря впоследствии стоила ему четырехвекового раздробления и векового порабощения.

Поверхность, одержанная китайцами над киданьским войском, защищавшим претендента, ободрила китайский двор к обратному завоеванию Пекина с его округом. Первые военные действия были довольно счастливы для китайского оружия, и в 979 году повелитель Китая сам обложил помянутый город со всех сторон, но когда пришли из Монголии вспомогательные войска, то он был наголову разбит и спасся бегством. Несмотря на то что и 986 год был самый несчастный для его оружия, он продолжал сию войну до 1004 года, в котором киданьский государь вступил в Китай с великими силами и привел в трепет столицу его. Повелитель Китая сам прибыл к своей армии и заключил с киданьским государем мирный договор, по которому обязался ежегодно представлять ему 100 000 лан серебра и по 200 000 кусков шелковых тканей. В 1042 году киданьский двор объявил свои права еще на десять уездов, лежавших от Пекина к югу. После долговременных переговоров китайский двор, вместо уступки земель, прибавил к ежегодным дарам еще 100 000 лан серебра и 100 000 шелковых тканей (В то время кусок ткани оценивался в один лан серебра. Следовательно, вся сумма — и тканями и серебром — простиралась до 1080 пудов чистого серебра.), с предоставлением преимущества киданьскому дому перед китайским. [165]

По заключении последнего договора киданьский двор не простирал своих видов на Китай далее, но в то самое время, когда китайский двор занят был войною с ним, на северо-западных пределах Китая образовалось новое государство Тоба-цзи-цянь (Дом Тоба происходил от царствовавшей в Северном Китае монгольской династии Юань-вэй. Еще в VI веке он занял обширное пространство земель в Хухэноре по южному берегу Желтой реки. Но через столетие от сего происшествия начали усиливаться тибетцы, и дом Тоба просил Китай принять его в свое покровительство. Вследствие сего около 660-х годов он был переведен в Ордос под названием дансянских Цянов.). Десятый из тангутских владетелей, переселенных из Хухэ-нора в Ордос, предпринял основать тангутское королевство в то самое время, когда китайский двор решился вызвать всех почти князей в столицу, а управление тангутами и землями их вверить китайским чиновникам. Таковые распоряжения очень неприятны были тангутам, потому что Ордос и другие земли они считали своею собственностью, приобретенною военными заслугами, оказанными Китаю, и Тоба-цзи-цянь, с общего согласия родовичей, с 984 года открыл с Китаем войну, в которой в течение 20 лет недостаток войск заменял стратегическим искусством в движениях, и сделал некоторые завоевания, что и нетрудно было потому, что во все сие время главные силы Китая устремлены были на север к Пекину. В 1004 году вступил на престол сын его Тоба-дэ-мин, который без войны умел утвердить и возвысить отцом приобретенное. Он признал себя вассалом Китайской империи, а китайский двор признал его в достоинстве тангутского короля и осыпал почестями и дарами. В 1033 году Тоба-дэ-мин скончался, ему преемствовал сын его Тоба-юань-хао, один из великих государей своего времени. По вступлении на престол он сделал большое преобразование в своих владениях, и в 1039 году принял титул императора, чем китайский двор сильно поражен был. В

1040 году с обеих сторон двинуты большие армии. Юань-хао первый открыл наступательные действия. Передовые китайские корпуса, неосторожно выступившие, взяты тангутами в плен. В

1041 году большая китайская армия открыла наступательную войну, но на первом сражении еще в своих пределах была совершенно рассеяна. В следующем году Юань-хао снова вторгнулся в пределы Китая, поразил вторую китайскую армию и в пограничных областях произвел великое опустошение. Китайский двор, [166] потеряв армию и с нею несколько городов и крепостей, принужден был приступить к миролюбивым мерам. Юань-хао после долговременных переговоров склонился на то, чтоб в письменных сношениях с Китаем называться ему тангутским королем, а не императором; а китайский двор ежегодно составлял бы ему подарки серебром, шелковыми тканями и чаем на 250 000 лан серебра. Китайский двор сию мирную сделку считал временною мерою, отлагая мщение до благоприятного случая, а между тем Юань-хао в своих владениях по-прежнему титуловался императором.

В 1048 году Тоба-юань-хао скончался, на престол вступил сын его Тоба-лан-цзо. Китайский двор продолжал войну с тангутом, в которую обе стороны имели и выгоды и потери. В 1067 году и сей государь скончался, малолетний сын его Тоба-бин-чан наследовал престол. Война с тангутом и при сем государе продолжалась. Китайский двор истощал все усилия к уничтожению его королевства, слишком опасного для северных его пределов, но тангуты с постоянным мужеством продолжали защищать свои права.

1081 год польстил китайскому двору одним обстоятельством, благоприятным для его видов на тангут. Ли-цин, один из тангутских предводителей, родом китаец, склонил короля поддаться Китаю со всем своим королевством. Вдовствующая государыня, по открытии сего заговора, казнила Ли-цин, а сына посадила в заточение. Сие самое обстоятельство послужило китайскому двору поводом к войне, в которую он под благовидным предлогом защищения прав короля решился уничтожить тангутское королевство. В октябре по плану, уже давно обдуманному, пять китайских армий, простиравшиеся до 500 000 человек, двинулись пятью дорогами прямо к двум тангутским столицам (Нин-ся-фу и Лин-чжеу). Тангутская вдовствующая государыня собрала совет, на котором молодые полководцы единогласно полагали силу отражать силою, но один старый полководец сказал им: «В подобном случае не следует сопротивляться неприятелю, а должно допустить его проникнуть далее во внутренность. Лучшие войска собрать под столицею, а легкую конницу отрядить, чтобы опустошала дороги и пересекала подвоз хлеба к неприятелю. Многочисленную армию, не имеющую хлеба, можно и без сражений привести в тесное положение». План сей всеми одобрен был. Китайские полководцы счастливо продолжали поход, но через месяц [167] принуждены были предпринять обратный путь и возвратились на границу с потерею, простиравшеюся до 400 000 человек. Несмотря на столь великое несчастие, китайский двор спешил воспользоваться расстроенным положением тангута, и в следующем году поставил на границу новую армию, но тангуты сами пришли сюда в 300 000 конницы. Достоинство империи не дозволяло полководцам китайским уклоняться от сражения, хотя перевес на стороне тангутов очевиден был. Китайцы приняли сражение и в продолжение трех дней еще потеряли до 200 000 убитыми и в плен взятыми. Китайский двор в сие время не имел важных военных дел в других местах, почему несмотря на прошедшие потери еще продолжал войну до 1086 года. Тангуты требовали возвращения земель, отнятых у них китайцами в 1081 году, и китайский двор принужден был удовлетворить требования. Таким образом, он надолго потерял Ордос и северные пределы нынешних губерний Шань-си и Гань-су, составлявшие помянутое королевство (Сие самое королевство Чингис-хан до основания разорил в 1227 году. Пределы его означены на карте, приложенной при Истории четырех ханов, напечатанной в 1829 году.).