Чтение онлайн

Но считать, например, что в рамках национального проекта «Образование» существует глухая стена, скажем, между теми решениями, которые прорабатываются в Москве, и реализацией этих решений где-нибудь в любом из регионов, – я все-таки так пессимистично не настроен.

Применительно к единому госэкзамену – вы его имели в виду. Знаете, это такая штука, которая может нравиться или не нравиться, но она уже довольно активно работает. Всегда будут люди, которые будут считать, что это неправильно. Но в целом эффективность единого госэкзамена сегодня уже для многих очевидна. Это упрощает оценку знаний.

Да. Есть там шероховатости, есть проблемы. Что же касается мнения конкретного учителя, конкретного педагога, то это, может быть, действительно самое сложное – сохранить его в проектной работе. Но это тоже возможно.

Потому что в той статье, о которой вы сказали, там говорится о ставке на лидеров.

Мы не можем поддерживать всех. Это просто нереально и иногда даже и безнравственно. Нужно поддерживать тех, кто хочет работать, кто своими уроками, кто своей ежедневной, может быть не всегда заметной, деятельностью доказывает, что он способен приносить пользу.

Поэтому ставка на лидеров должна быть во всех проектах, и в «Образовании» в том числе. Мы в рамках этого национального приоритета в прошлом году выдали довольно большое количество грантов. Когда мы начинали этим заниматься, очень многие мне говорили: «Ну зачем вы это делаете? Вы перессорите педагогов. У них небольшая зарплата, а те педагоги, которые получат по 100 тыс. рублей, они просто будут вызывать ненависть у других». Вот если так к этому относиться, то лучше ничего не делать.

Все-таки мы должны поддерживать лучшие образцы педагогической деятельности. В то же время мы должны заниматься и рутинными вещами.

Мы, кстати, и в прошлом году этим занимались, и в этом году будем заниматься – создавать новую финансовую основу деятельности образовательных учреждений. В прошлом году был принят закон об автономных учреждениях, который направлен на то, чтобы такую основу заложить. В этом году мы создадим новые пилотные модели в 20 регионах нашей страны, где будет осуществлен переход на нормативно-подушевую систему финансирования, когда деньги следуют за учеником. Это позволит увеличить заработную плату педагогам всем. Это просто как бы подтягивание их до человеческого уровня зарплаты. Потому что они мало получают, отдельных тем не менее нужно стимулировать в соответствии с теми заслугами, которые они имеют. Поэтому нужно и тем и другим заниматься. Но ставка на лидеров – это все-таки, может быть, один из важнейших элементов нашей работы.

Глеб Павловский. Я забыл сказать, что Михаил Бударагин – это представитель «Молодой гвардии» в Великом Новгороде, а теперь – «Наши» в Саранске. Александр Саликов, ваш вопрос.

Александр Саликов. Добрый вечер, Дмитрий Анатольевич. У меня к вам такой вопрос. Понятно, что 2006 год не обошелся без сложностей. В рамках национального проекта, его подпрограммы «Доступное жилье для молодых семей», планировалось, что смогут улучшить свои жилищные условия 27 800 семей.

С чем мы еще столкнемся помимо этой проблемы в рамках именно вот молодежных семей? Спасибо.

Дмитрий Медведев. Вы сказали, что не обошлось без трудностей. Можете не сомневаться, в этом году тоже не обойдется. Так жизнь устроена.

Трудности просто нужно учиться преодолевать. Вы правильно назвали цифры. Действительно, мы планировали, что 27 тыс. молодых семей должны получить новое жилье в рамках федеральной части программы, а получили 23 тысячи. Но вместе с региональными программами это порядка 35 тыс. семей в общей сложности. В этом году мы постараемся выйти где-то на 40 тысяч.

Но, понимаете, здесь какая вещь… Речь идет о штучных ситуациях. У нас в год формируется порядка миллиона молодых семей. А 35, 23 или 40 тысяч, как вы понимаете, – это 3–5 %, не более того. О чем это говорит? Это говорит о том, что в целом наша задача не предложить молодым семьям, молодым людям какие-то эксклюзивные условия для того, чтобы они решили свои жилищные проблемы. Потому что в 22–23 года решить жилищную проблему сложно, кем бы ты ни был – выпускником Московского университета, Саранского университета или Гарварда. Это сложно.

Нужен какой-то инструмент. Какой это инструмент? Это та же самая ипотека. В принципе мы исходим из того, что молодежь – это все-таки самая активная, самая здоровая часть нашего народа. Поэтому как раз остальная часть должна заниматься решением своих жилищных проблем в рамках стандартных жилищных схем: классической ипотеки, жилищно-накопительных программ, то есть участвовать в этой работе, стараться работать много и зарабатывать деньги для того, чтобы попасть в эти программы и решить проблему таким образом.

Вот эти 27, 23 тысячи – это все-таки случаи особые. Речь идет, например, о программе «Социальное развитие села», когда молодые люди едут в трудные условия. Едут в деревню, где жизнь не сладкая и где жилье является основным элементом мотивации молодого специалиста, чтобы уехать работать врачом, учителем или аграрием в деревню. Это какие-то специальные объекты новые, куда нужны молодые руки. Но, еще раз говорю, в целом решать проблему по жилью для молодежи мы должны не с применением каких-то эксклюзивных схем, а с применением стандартной существующей сегодня схемы, делая ее более доступной.

В прошлом году, кстати, кое-что в этом направлении удалось, несмотря на трудности, вы все хорошо знаете, на жилищном рынке: рост цен, недостаток строительных материалов, который формировался десятилетия.

Тем не менее ипотека в численном измерении в два раза превзошла контрольные цифры. Мы рассчитывали, что выйдем на 100 тысяч ипотек. Общее количество их – порядка 200 тысяч. Мы ориентировались на то, что ставка будет в районе 12 % годовых. Мы сделали ее 11 %.