Чтение онлайн

— Я так задохнусь, — бормочу я.

— Я не позволю, — наклоняется Артём и шепчет мне на ухо.

Пытаюсь успокоить отчаянно бьющееся сердце и донести до себя мысль, что так нужно и это необходимо. Со мной не происходило ничего подобного, моё тело никогда и ни на кого так не реагировало. Мне и страшно, хочется убежать от мужчины как можно дальше, и в то же время меня не покидает ощущение правильности происходящего, от чего хочется, наоборот, ещё ближе к нему прижаться и никогда не отпускать.

— Хей, — Артём замечает моё состояние, — расслабься. Я не сделаю тебе ничего плохого.

Только пугает меня совсем не это, я ему верю, меня пугает реакция собственного тела. Но слова мужчины помогают. Постепенно дыхание успокаивается и сердце сбавляет свой ритм до приемлемого темпа. Я ослабляю хватку и начинаю двигаться в такт музыки вместе с ним, до этого меня двигал он сам как куклу.

Спустя какое-то время я, наконец, напоминаю себе, что это шоу в первую очередь для его недоверчивой сестры, поэтому смелею, плавно перемещаю руки на его шею, а свою голову кладу ему на плечо. Чувствую, как его руки начинают слегка поглаживать меня по спине, вызывая новый табун мурашек по всему телу.

Музыка подходит к концу, и я начинаю нехотя отстраняться от Артёма, но он не даёт мне сделать и шага. Поднимаю на него нахмуренный взгляд, и снова вижу ураган в его глазах, только в разы темнее, чем ранее. Мужчина плавно ведёт своей рукой по моей спине, руке, шее и, наконец, касается щеки, а затем, не спрашивая разрешения, наклоняется и накрывает мои губы своими.

В первое мгновенье я цепенею не в силах пошевелиться, но Артём углубляет поцелуй, и я не сопротивляюсь и отвечаю мужчине. Его губы такие горячие страстные и желанные, что я позволяю ему делать всё, что заблагорассудиться, уже даже не оправдывая это необходимостью. Я тону в нашей близости, оставаясь на поверхности только благодаря удерживающим меня его рукам.

Он отрывается от меня, лишь когда воздуха становится катастрофически мало, и это спускает нас на землю и возвращает в реальность. Наши лбы соприкасаются. Мы продолжаем стоять, прижимаясь друг к другу, не в силах пошевелиться из-за дефицита кислорода, и тяжело дышим.

Немного придя в норму, я начинаю обращать внимание на окружающих и практически сразу замечаю Лену, потому что она изумленно смотрит прямо на нас.

— Кажется, — рвано шепчу я, — наше шоу удалось.

— Ты о чем? — также рвано спрашивает Артём, я чувствую вздымания его грудной клетки.

— Не буду просить тебя оборачиваться, но Лена удивленно смотрит на нас. Судя по всему, она поверила.

Какое-то время мы ещё стоит в такой позе. Музыка уже сменилась более энергичной песней, и люди вокруг продолжают танцевать.

— Как думаешь, — спрашиваю я, — мы уже можем ехать домой?

— Вполне, — уже нормальным голосом отвечает Артём, затем берет меня за руку и ведёт к нашему столику. — Я отлучусь на минутку, а затем наберу Мишу и можем ехать. Он должен ждать неподалеку.

— Хорошо, — беру со стола свой клатч. — Тогда я подожду тебя у выхода, а то здесь слишком душно.

Он кивает мне, давая понять, что услышал, и скрывается в стороне уборных.

Кратко прощаюсь с людьми за нашим столиком, Лены и Олега уже не вижу и решаю, что ничего страшного не произойдет, если не переброшусь с ними прощальными словами. Мне кажется, наш с Артёмом страстный поцелуй и так говорил сам за себя. И он мне понравился, очень понравился, так понравился, что я бы не раз его повторила. И кажется, он тоже.

Господи, что же мы натворили?!

Неожиданно я в кого-то врезаюсь и роняю свой клатч. Бормочу извинения и наклоняюсь за ним, а когда поднимаю голову, встречаюсь лицом к лицу с мужчиной. Ему лет пятьдесят, не меньше, седина в волосах выдаёт возраст. Он мне незнаком, но его синие глаза так пронзительно смотрят на меня, что мне становится немного не по себе от такого внимания.

— Фиона? — произносит мужчина, и меня пробирает дрожь, а глаза распахиваются в ужасе.

Нет, нет, нет… Мне точно послышалось. Этого просто не может быть.

Я рывком поднимаюсь на ноги, вырывая свой клатч из его рук. Оказывается, мы подняли его вместе, он держал его с одной стороны, я — с другой. У меня кружится голова из-за резкого подъёма и услышанного имени, перед глазами мелькают черные точки.

— Вы меня с кем-то перепутали, — еле произношу я.

— Перепутал? — переспрашивает мужчина, не отрывает от меня зачарованного взгляда и не отходит в сторону. Я пытаюсь сделать шаг, но он преграждает мне путь.

— Конечно, ты не можешь ей быть, но ты так на неё похожа, — тихо произносит он. — Ты, наверное, её дочь, дочь Фионы…

— Мою мать зовут Ирина, — резко перебиваю я незнакомого мужчину, не давая ему возможности произнести фамилию, называя первое имя, пришедшее на ум.

Он продолжает смотреть на меня, но начинает хмуриться.

— Вы обознались, — грубо бросаю я, обхожу мужчину и несусь к выходу, молясь чтобы он не пошел за мной. Пулей вылетаю из ресторана, самостоятельно открываю дверь, потому что швейцар делает это слишком медленно, отхожу в сторону и прижимаюсь к стене ресторана, абсолютно не заботясь о платье.

В ушах гул, сердце вот-вот выпрыгнет из груди, меня всю трясет. В голове только одно — надо бежать. Меня узнали, остались считанные часы до того, как меня найдут. Надо обрывать все связи и делать ноги.

Отталкиваюсь от стены и хочу сделать шаг, как чувствую, что меня кто-то хватает за запястье. Поворачиваюсь и в ужасе смотрю на того самого мужчину.

— Прошу, не бойся меня, — умоляет он, читая меня как открытую книгу, и, подтверждая свои намерения, убирает руку с моего запястья, предоставляя возможность для побега. — Я не хотел тебя напугать. Я и правда обознался.

Голос мужчины звучит так искренне, что я застываю и продолжаю его слушать.

— Ты так сильно похожа на неё, — произносит мужчина и грустно улыбается, в его синих глазах я вижу такую печаль, что меня саму пробирает это чувство, и становится жаль этого человека. — Прошу прощение, если мои действия тебя напугали. В мои намерения это ни в коем случае не входило.

Меня всё ещё трясет, но бежать уже не хочется, во всяком случае не от этого мужчины. Он не похож ни на одну ищейку, которая встречалась на моём пути. Кажется, что он сам испугался за меня и теперь ему стыдно, что его действия стали причиной моего страха. Интуиция молчит, не сигнализирует о необходимости незамедлительного побега, и я продолжаю стоять на месте, доверяя чувствам.