Стая без головы и хвоста
Шрифт:
– Мне не хочется оставлять тебя тут одну, - буркнул я.
– А мне не хочется, чтобы ты тут голодным сидел!
– отрезала Лита.
– Не переживай за меня, понял? Мы ведь оба знаем, что ты почувствуешь, если со мной что-то случится!
– Почувствовать-то почувствую, но буду слишком далеко, чтобы помочь!
Спор был бесцеремонно прерван криком с берега:
– Сестра Лолита, возвращайся, Посланник Божий принял тебя!
Посланник просто огреб от Оскара и теперь не рискует высунуть нос из грязи!
– Сестра Лолита, - фыркнула моя смотрительница.
– Как будто монахиня какая! И вообще, ненавижу свое имя в полном виде.
– Я от своего тоже не в восторге.
– Нет, твое я люблю. Значит, ты понял меня? Никакого геройствования! Сходишь, поешь, а до рассвета вернешься сюда! Надеюсь, до этого времени все будет хорошо, и я узнаю...
– До свадьбы по-любому не дойдет, - предупредил я, а Лита только рассмеялась.
Я помог ей подобраться к берегу, а дальше она плыла сама - меня могли увидеть. Понятно, что под конец она совсем выбилась из сил, но забраться на помост ей помогли - и на том спасибо!
Толпа оживилась, но не сильно. По большому счету, им было все равно, выживет Лита или нет. В их жизни от этого ничего не менялось.
А вот глава всей этой бесхвостой и безголовой стаи радовался:
– Теперь ты одна из нас, сестра. Сегодня ты будешь отдыхать с нами, а завтра будет свадьба с братом нашим Михаилом.
Михаила я тоже чувствовал, он стоял на берегу вместе с остальными. Мальчишка был растерян и несколько напуган. Какой скучный соперник!
– Закончились сомнения, терзания и поиски, - торжественно объявила женщина, сосватавшая Литу прыщавику.
– Наше поселение - это первый шаг к небу.
Спорная позиция...
Потом они всей толпой ушли куда-то. Наверное, праздновать, но если у них все праздники такие скучные, то я сочувствую этому поселочку.
Когда они ушли и исчезли все отвлекающие факторы, я почувствовал, что действительно хочу есть - и очень хочу! Лита, как всегда, оказалась права.
Был вариант сожрать одну из рыбин, но я отмел его сразу. Дело в том, что я не ем сырую рыбу и сырое мясо - не могу. Противно очень.
Ко мне подплыл Оскар:
– Спи, твоя очередь.
А идея неплохая - все лучше, чем плавать туда-сюда и прислушиваться к бурчанию собственного желудка.
– Разбудишь меня, когда солнце садиться начнет, если я сам к этому моменту не проснусь. И еще...
– Я прослежу за ней, - Оскар понял меня без слов.
А все-таки работать с напарником неплохо! Да и ему полезно: говорить стал лучше.
– Спасибо.
***
У меня создавалось впечатление, что кто-то специально раскидал по маршруту от пробоины в стене до дома Литы сухие ветки, потому что я шел и хрустел! А тишине спящего леса это было особенно заметно... ну, или так мне казалось. Оскар тоже хрустел, но его это совершенно не волновало.
– С чего это ты такой довольный?!
– Не довольный, - пожал плечами Оскар.
– Обычный. Людей нет, чего дергаешься?
Ну вот не знаю я, с чего мне подергаться захотелось! Наверное, из-за того, что я оставил Литу одну. Когда мы уходили, она еще не спала - сидела в окружении других людей, беседы вела. Только то, что атмосфера была спокойная, позволило мне уйти, и все равно я нервничал. Если Лита снова полезет в озеро, рыбины, пусть и хорошо побитые, захотят взять свое. А они большие: даже одна такая туша без труда расправится со взрослым человеком.
Ай, ладно, нет смысла сейчас трястись. Просто поедим и вернемся туда как можно быстрее, мне так спокойней.
Когда мы подходили к дому, я уже чувствовал присутствие там человека, причем знакомого человека. Что она здесь забыла?... Да еще и состояние странное: такое ощущение, что у нее горе.
– Кто-то есть, - Оскар тоже почувствовал.
– Уйдем?
– Ага, конечно! И умрем с голода? Надо проверить, что она хочет, только тихо.
Баба Стася сидела на крыльце запертого дома и плакала. Тихо так, но очень горько - так плачут не из-за сломанного ногтя, а из-за потери чего-то важного.
– Не уберегла...- тихо всхлипывала она.
– Забрали... Снова забрали... Дура, дура старая! Почему не предупредила?
Очаровательная привычка разговаривать с самим собой бывает и у меня, так что я не удивился. Даже напротив, подтвердились мои предположения, что баба Стася знает намного больше, чем говорит. Но вряд ли она просто так заговорит о том, что мне нужно, без вопроса.
А что делать? Раскрыться? Рискованно, да и запрещено правилами проекта. Но... а вдруг эта информация важна для Литы? Вдруг моей смотрительнице угрожает опасность, а которой я даже не знаю? Да и вообще, почему бы и нет?..
– Что вы здесь делаете?
– спросил я.
Тихо так спросил, но она все равно подскочила, как ошпаренная.
– Кто здесь?
– она слепо посмотрела в темноту.
– Ты... ты ведь Кароль?
Ну да, Лита же говорила обо мне. Я вроде как обожженный муж или что-то типа того.
– Он самый. Так что вы здесь делаете?
– Где Лита?
– она снова проигнорировала мой вопрос. Хотя что она могла ответить? "Сижу, плачу"?
– Гуляет Лита. Знакомится с местными культурными особенностями.
Небо было застелено облаками, так что она, как ни присматривалась, не могла разглядеть меня. Видела только едва различимый силуэт, а силуэт у меня нормальный, если шипы убрать и хвостом не размахивать.
– Ты должен забрать ее оттуда!
– Это еще почему? Ее там никто не удерживает, захочет - сама уйдет!
– Ты не понимаешь, что это за место, что это за люди!
– Да обычные люди вроде бы... А вы мне расскажите.
– Я... я не могу! Просто забери ее и уезжайте, а то это плохо кончится!
Ну вот... Только что кляла себя за то, что что-то утаила от Литы, а теперь пленного шпиона из себя изображает. И как мне разговорить эту старушенцию?
Пока я раздумывал, в облаках появился разрыв, и бледная полоса лунного света упала на весь двор - в том числе и на меня, позволив бабе Стасе разглядеть меня во всей красе.
Ее реакция меня несколько удивила: вместо того, чтобы с визгом убежать, она замерла, закрыв рот ладонью, и только смотрела на меня широко распахнутыми глазами. Пару минут мы просто смотрели друг на друга, я - с любопытством, она - с ужасом и изумлением. Ужаса было маловато, учитывая особенности ситуации.