Стажер-хранитель Тенебриума
Шрифт:
Кабинет командира был просторным, но всё же перегруженным. На массивном деревянном столе лежали груды бумаг, карты с разметкой маршрутов и чаши с какой-то жидкостью, оставленной, вероятно, для освежения. Два офицера сидели по бокам, обсуждая вопросы логистики, их голоса сливались в деловой гул.
Сам Тордок сидел во главе стола, его мощная фигура занимала почти весь стул. Он внимательно изучал карту, его пальцы, грубые и натруженные, иногда скользили по линиям маршрутов.
За его спиной возвышался пьедестал, накрытый шёлковым полотном глубокого тёмного цвета. Полотно слегка шевелилось, как будто под ним пряталось что-то живое или значимое.
Один из офицеров, молодой, но с суровыми чертами лица, продолжал говорить, указывая на карту:
— Груз доставят на северо-запад, в Китовую Пристань. Оттуда по морским путям он будет переправлен в столицу. Сроки доставки… — он сделал короткую паузу, оценивая взглядом линию маршрута, — ориентировочно семь дней, если не возникнет осложнений на пути.
Тордок, скрестив руки на широкой груди, внимательно слушал. Его лицо оставалось каменным, но глаза выдавали сосредоточенность.
— Хорошо, — пробасил он, когда офицер закончил. — Собирайте людей и начинайте перевозку как можно скорее. Всё должно быть выполнено без промедлений.
— Слушаюсь, командир, — оба офицера кивнули в унисон.
Тордок на секунду задумался, его взгляд остановился на Эше, но затем он медленно поднялся со стула.
— А теперь попрошу оставить нас, — добавил он, указывая жестом в сторону двери.
Офицеры быстро начали собирать бумаги со стола, аккуратно складывая карты и записи. Закончив, они поклонились Тордоку, перекинулись короткими взглядами и, не сказав ни слова, вышли из комнаты.
Дверь закрылась, и с другой стороны раздался звук шагов, свидетельствующих о том, что стражники встали на пост.
В комнате остались только Эш и Тордок.
— Ну что ж, герой, — заговорил командир, его голос был низким, но в нём звучала капля сарказма. — Присаживайся.
Эш не сразу двинулся. Он засунул руки в карманы штанов, чуть наклонил голову и со слабой усмешкой ответил:
— Ты по делу или просто соскучился?
Аватар медленно двинулся к одному из стульев, не спеша сел, наблюдая за каждым движением Тордока.
Командир выдержал паузу, внимательно разглядывая Эша. Затем, словно между делом, заговорил, его голос звучал непринуждённо, но в нём сквозил лёгкий намёк.
— А ты ничего не терял во время боя?
Эш прищурился, его взгляд задержался на командире.
— Нет, кажется, всё на месте, — ответил он, но слова прозвучали немного осторожно.
— Правда? — протянул Тордок, чуть склонив голову набок.
Аватар почувствовал лёгкую вибрацию под ногами. Его взгляд инстинктивно упал на пьедестал за спиной Тордока. Из-под тяжёлого шёлкового полотна пробивался тусклый свет, который становился всё ярче с каждой секундой. Лёгкая дрожь, исходившая от пьедестала, усилилась, и тишину комнаты нарушил едва уловимый гул.
Эш резко опустил руку к пояснице, нащупывая место, где всегда была привязана лакрима. Его пальцы ощутили только пустое пространство.
Он напрягся, его взгляд стал холодным, а голос приобрёл жёсткость:
— Что там у тебя?
Тордок усмехнулся, его лицо оставалось спокойным, но в глазах сверкнуло что-то похожее на интерес.
— Что-то очень необычное, — ответил он, повернувшись к пьедесталу. Подойдя к нему, командир медленно потянул за край шёлкового полотна.
Полотно упало, открывая сияющую лакриму. Кристалл мерцал слабым серебристым светом, но казалось, что внутри него кипит нечто большее — мощь, которую нельзя понять с первого взгляда.
Эш пристально смотрел на свою лакриму, его лицо оставалось бесстрастным, но руки сжались в кулаки.
— Нашли это на поле боя, — продолжил Тордок, возвращаясь к столу. — Уж больно странная штука для простого путника.
Командир сел, сцепив руки перед собой, и его голос стал ниже, серьёзнее:
— Так что это, сынок?
Эш молчал, его глаза не отрывались от кристалла. На мгновение комната наполнилась напряжённой тишиной, нарушаемой только мягким гулом, исходящим от лакримы.
Эш, наконец, проморгался, и вновь встретился с глазами Тордока. Он хмыкнул, его голос был спокойным, но с оттенком раздражения:
— Если бы я сам знал, то рассказал.
Командир медленно встал из-за стола. Его массивная фигура двигалась с непоколебимой уверенностью, шаги звучали глухо, словно удары молота. Тордок направился к аватару, его тяжёлый взгляд был прикован к нему.
— А вот мне кажется, что ты знаешь, — начал он, голос стал ниже, но в нём звучала скрытая угроза. — Титэс приводит появившегося из ниоткуда паренька, умеющего управлять энергией… Храмовник хоть и стар, но не глуп.
Он остановился рядом с Эшем, возвышаясь над ним, его присутствие казалось давящим, как грозовое облако.
Эш не отвёл взгляд. Вместо этого он чуть приподнял голову, чтобы смотреть прямо в глаза командиру, и произнёс с холодной иронией:
— Может, сам тогда и спросишь у него, кто я такой?
Тордок молчал несколько секунд, потом фыркнул, развернулся и двинулся обратно к столу. Его широкие плечи чуть опустились, но каждое движение оставалось размеренным и целеустремлённым. Он сел, сцепив пальцы, и продолжил:
— Старший проповедник покинул нас ещё во время битвы. Захватил свою послушницу и храмовника, который помогал тебе поддерживать пушку. Старик борется за влияние религии в империи, и ему нужно доложить о блестяще выполнивших свою работу подчинённых.
Эш нахмурился, но не дал этому отразиться в голосе.
— Здорово. Но зачем мне это знать?
Тордок посмотрел на него с любопытством, на мгновение его лицо стало задумчивым, но тут же вновь обрело привычную серьёзность.
— Мне не понятны его действия, — сказал он, его голос стал ниже, задумчивее. — Если в подчинении был ты, то зачем ему этот послушник, которого он собирается представить императору? Почему он не забрал тебя?
Эш усмехнулся, но ничего не ответил. Эта тишина была красноречивее слов.
Командир вздохнул и слегка откинулся на спинку стула, скрестил руки на груди.
— Видимо, ты и сам понимаешь. Титэс тебя не тронул, потому что по какой-то причине не мог этого сделать. Тогда вопрос: по какой? — он сделал паузу, его взгляд пронзил Эша, как наконечник копья. — По какой причине неизвестному, появившемуся из воздуха в нужное время человеку, не может приказывать старший проповедник?… Если ты вообще человек…