Стекло и дерево
Шрифт:
– Сдавай, пусть только появится! – Рим был согласен на всё. Тревожные предчувствия не покидали его.
И позвонить-то больше некому! Может, и есть кому, да Рим не потрудился узнать никаких телефонов подруг Вики. Раньше это ему было не нужно.
Рим сам не понимал, отчего так разволновался? Он походил по квартире и мимоходом зашел в кабинет Виктории. Сердце его оборвалось.
В полном кавардаке, среди разбросанных как попало вещей Вики, на столе стояла пишущая машинка. Рим подскочил к столу.
Видать, впопыхах в каретку был вставлен лист бумаги диагональю, уголок надорвался. Отпечатанный текст вздувался множеством волдырей от капающих слёз. Он хранил запах Виктории Сергеевны Сидоровой.
ТЕОРИЯ ПОБЕДИЛА!!!
ПРОСТИ и ПРОЩАЙ!
ДОРОГОЙ МОЙ, РИМ НИКОЛАЕВИЧ! ВЕЧНО ТВОЯ – не твоя ВИКА. Всё.
Далее шёл перевод этих фраз на десять языков. Рим нажал на клавишу, пытаясь вывести листок, что-то сделал неправильно – каретка потянула лист книзу.
– Тьфу, ты! – Рим оборвал листок, сунул его в карман и помчался к Алине за объяснениями. Она-то должна знать, что это означает! Почему человек пишет прощальную записку? Ни с того, ни с сего такого быть не может!
Он ворвался в квартиру Ивановых и, не переводя дух, немедленно потребовал разъяснений. Не смотря на напор, он не услышал ничего нового. Алина, успокоилась и несла околесицу, ту же самую, что и Владимир.
– Вы что не понимаете, как это серьёзно?! – взорвался Рим.
– Рим, ты драматизируешь! Ведь знаешь всякие шутки Вики! Чего только не придумает, а?
Рим не поддержал шутливого тона друга.
– Это же похоже на предсмертную записку!
– Ну-ка, дай посмотреть! – Владимир взял листок в руки. – А где остальной кусок?
– Какой ещё кусок?
– Листка, конечно!
– Да главное уже написано тут! – Рим разозлился. – Да вы понятия не имеете, что суицидом дело пахнет!
– Сдаёмся! – хором сказали молодожены. – Это просто розыгрыш! Мы же, в самом деле, не могли предполагать, что это тебя так растревожит! Извини нас, пожалуйста!
– Неправду говорите! Вначале искреннее получалось.
– Да что там говорить, ну переиграли малость, что тут такого, в самом деле, не профессиональные же мы артисты!
– И к чему такая комедия?
– Вика нас попросила ничего тебе не говорить в течение недели.
– Целой недели?
– Понимаешь, она не думала, что ты раньше хватишься и начнёшь всюду её разыскивать!
– А к чему всё это?
– Вот вернется и сама всё тебе расскажет!
– Я всё понимаю, но зачем так жестоко шутить? Это непохоже на Вику!
– Похоже, похоже, очень даже похоже!
– Да откуда вам-то знать? Что похоже, а что нет?
– Она сама нам сказала, правда добавила, что всё тебе напишет, а ты принёс только кусок, какой-то огрызок!
– Она, наверное, на другом языке написала? – смело предположила Алина.
Все трое заинтересованно просмотрели внимательнее весь кусок листа – вроде одно и то же. Вовсе не надо быть полиглотом, чтобы догадаться! Количество слов почти одинаково, и имена пишутся почти так же.
– А как вы объясните вот это? – Рим указал на следы высохших слёз.
– Я думаю так, – рассудила Алина, – Вика была чем-то взволнована, может, предстоящей долгой разлукой, поэтому плакала и писала автоматически. То есть, выполняла свой замысел в расстроенных чувствах. Затем она успокоилась и приехала к нам. Мы обычно провели время, лишь когда Вика уходила, уже в дверях, она сказала, как разыграть тебя – очень уж просила!
– В последний момент, говорите?
– Да, именно так.
– Вы что, не знаете её артистических способностей?
– При чём тут это? Она вовсе не притворялась! Я подумала, что вы рассорились вдребезги! Вика полетела куда-то за кордон, причём срочно! Тебе оставила записку, мы понятия не имели – какую!
– Да если бы я знал, что она так зло пошутит, сразу бы тебе сказал! – Владимир вновь, в который уже раз, разозлился сам на себя, ну на кой, он опять полез в женские интриги? Да когда же, наконец, он поумнеет! – Извини, Рим, я очень виноват.
– У вас не так правдоподобно получается, как у Вики!
– Слушай, Рим, давай поедем к тебе прямо сейчас!
– Зачем? Что это даст?
– Я отыщу тебе массу доказательств, что она не покончила с собой, и в мыслях у неё такого быть не могло!
– Это потому, что она – нормальная?
– Хорошо, хватит цепляться за слова! Поехали!
Владимир всё-таки настоял на своём, через несколько минут друзья пересекли порог квартиры Любимова.
– Ну и что, что вещи разбросаны как попало? Она же в спешке собиралась в командировку! Вот так и вышло.
– Всё-то у тебя просто!
– Элементарно! – Владимир подошел к машинке. – Видишь, даже машинку от сети не отключила, так она спешила!
– И что?
– А ничего! Вот, кстати, доказательство! – Владимир вывел из каретки обрывок бумаги и зачитал вслух: – «Римушка, дорогой! За меня не волнуйся! Я уезжаю срочно, минимум, на три недели, о твоем предложении много думала, полностью согласна, подробности – по приезду! Целую, Вика»!
– Интересно, а ты это не сам придумал?
– Да ты что, Рим? На вот, сам читай!
Рим прочёл и удостоверился – это писала Вика. Но почему на этом клочке еще больше выпуклых следов от капель слез? Этот вопрос он не стал задавать вслух. Незачем.
– Ну вот, успокоился?
– Да, спасибо!
– Извини меня ещё раз! Как я поддался на их уловку? Вот и подшутили! Видать, всю жизнь буду придурком!
– Ты особо не убивайся! Ничего страшного! Мне, видать, нужна была подобная встряска! Вика знала об этом, вот и учудила.
Инцидент исчерпался. Рим, на, всякий случай, спрятал записку Вики подальше, сохранив оба обрывка.
35
Выступление Президента всколыхнуло всю паранаучную шатию-братию! Сколько полетит голов? Сколько изобретателей суперзадвижек, модификаций велосипеда, подтасовки исторических событий, а также исследователей «жизнедеятельности крыс в условиях Заполярья и его значения для здоровья человечества», – расстанутся с учёной степенью? Сколько липовых профессоров потеряет дутый авторитет?
Впору задуматься. Карине Львовне позвонили из Москвы, там началась проверка научной значимости всех, без исключения, работ учёных. Полянский, мило так, предупредил Липутину о надвигающейся опасности.