Чтение онлайн

«Эй, где твои туфли на манной каше, и куда ты засунул свой двубортный пиджак…»

Девушка отклоняется назад, задевая густыми волосами грязный пол, и пальцы тех, кто должен был схватить её, смыкаются, не обретя добычи. Упор на руки. Пиво из подхваченной ногами кружки плещет в глаза одному, сама кружка разбивается о голову второго. «Подъём переворотом. Разворот, шаг от стойки». Резкий удар обеими руками по кадыкам тех, кого вышло оглушить и ослепить.

«Когда-то ты был битником…»

Стул от стойки летит в ноги правому противнику. «Два шага вперёд, наклон, удар снизу, разворот». Крепкий кулачок влетает в мужскую гордость того, что в центре, пока его ладони безуспешно пытаются провести захват.

Правая ладонь ложится на подбородок согнувшегося пополам бойца, левая — на затылок. Хруст. «Осталось двое. Возможность использования огнестрельного оружия… сорок процентов. Рекомендуется ускорить процесс боевого взаимодействия».

«Ты готов был отдать душу за рок-н-ролл, извлечённый из снимка чужой диафрагмы…»

Девушка подхватывает со стола ещё одну кружку, швыряет себе под ноги и наклоняется к осколкам. Один из мужчин профессиональным жестом засовывает руку за отворот куртки.

«Вероятность использования огнестрельного оружия — девяносто семь процентов. Опасность».

Два осколка толстого стекла слетают с ладони и вонзаются в глотки соперников. Хрипение, два глухих удара о пол. Сухой стук конечностей по доскам: разорванное горло несёт не самую быструю смерть.

Хлопает входная дверь. Вошедший округлившимися глазами смотрит на развернувшееся в баре побоище. Нет. Не округлившимися. Спокойными и оценивающими.

«Ошибка в условиях. Вероятность использования огнестрельного оружия — сто процентов. Перерасчёт боевой программы. Траектория выстрелов… учтена. Вероятность уклонения… учтена. Программа запущена».

Девушка спокойным, чуть танцующим шагом пошла к двери, прокручивая в пальцах третий осколок. Пистолет с глушителем, извлечённый мужчиной из-за спины, выплюнул первый кусочек смертоносного металла. Брюнетка чуть качнулась и продолжила движение. Промах. Ещё выстрел. Мимо.

«Рок-н-ролльное время ушло безвозвратно. Охладили седины твоей юности пыл…»

Выстрелить в третий раз она не позволила. Молниеносное движение кистью, и человек, хрипя, осел у дверей. Девушка медленно вытащила из кармана перчатки, натянула их, вынула пистолет из поясной кобуры, скрытой под плащом, и обернулась к стойке. Бармен стоял ни жив ни мёртв.

— Госпожа…

— Кристиан из рода Ворона, Дитя Каина, — равнодушно произнесла гостья, — ты нарушил Ночной Договор. Твои преступления переполнили чашу терпения Агентства. Я прибыла исполнить приговор.

«Когда-то ты был битником…»

«Векторы возможных движений… учтены. Боевая программа — Ночной режим».

Страх Кристиана, наконец, пересилил здравый рассудок, и он метнулся через стойку, выпуская когти. Грянул выстрел. Вампира отшвырнуло назад и приложило о стену. Девушка бесстрастно посмотрела на бьющееся в конвульсиях полуобезглавленное тело, подошла вплотную и выстрелила в сердце. Затем заперла входную дверь, выключила музыку и принялась за методичный обыск бесчувственных и мёртвых людей.

«Паспорта. Подделки, но выполнены первоклассно. Ни билетов, ни ключей, ни указаний на местопребывание. Профессиональное вооружение. Глушители. Вероятность заказа на убийство вампира… тринадцать процентов. Сбор информации… восемьдесят семь и шесть десятых процента. Вероятность того, что информация в данный момент в этом помещении… восемьдесят восемь процентов. Обыскать подсобные помещения».

Смертоносная посетительница «Древа» скрылась за дверью в углу зала и появилась обратно спустя четверть часа. В руках у неё были небольшая картонная папка и жёсткий диск. Девушка бегло пролистала папку, хмыкнула и вытащила мобильный.

— Наставник? Здесь Рива. Ликвидация проведена успешно. Но возникла нештатная ситуация. Шесть человек. Подготовленные бойцы. Беглый анализ показал высокую вероятность поиска информации.

— Ты нашла что-нибудь?

— Да. Вам что-нибудь говорит название «Проект „Троица“»?

На том конце воображаемого в условиях двадцать первого века провода воцарилось недолгое молчание.

— Сколько выживших в результате нападения?

— Двое.

— Сейчас прибудет оперативная группа. Дождись их. Полученную информацию сдашь лично Палачу.

Девушка закусила губу. На её холодном лице подобное проявление эмоций выглядело несколько неестественно.

— Наставник… Воин. Ты опять не приедешь? — Из динамика донёсся тяжёлый вздох. — Может, хватит себя жалеть? — На этот раз пауза была гораздо дольше.

— Ладно, — медленно ответил Воин совершенно другим тоном, и Рива подняла брови. Она хорошо знала эти интонации и не слышала их уже почти полтора года. — Будем считать, что я был в отпуске. Приеду я, Гаури и братцы-акробатцы. Готовь площадку, ученица. Работаем.

Рива дала отбой, убрала мобильный и с хищным прищуром оглядела будущую «площадку» расследования. Сквозь ледяную броню её спокойствия проступало искреннее и неприкрытое счастье.

— Ты нужен здесь, учитель, — прошептала девушка, и грязные своды отразили её голос, сделав его гораздо громче. — Нужен, а значит…

Она не договорила, усмехнулась и взялась за ноги ближайшего тела. Впереди было много работы.

Санкт-Петербург. Двадцать пятое ноября 2015 года. Заброшенный завод на западной окраине города. Вечер.

Никакого «классического» шипения на канале связи. Только чёткий голос, отдающий приказания, и столь же чёткие голоса, подтверждающие их выполнение.

— Истарь, вторая точка, три минуты.

— Есть.

— Тонами, третья точка, две минуты.

— Есть, — с некоторой задержкой.

— Всё в норме?

— Так точно. Проволока.

— Понял.

Команда медленно двигалась по промзоне. Когда-то «закрытой», а теперь просто заброшенной. Но неприятные сюрпризы вроде колючей проволоки, фальшивых указателей и дверей остались до сих пор.