Стеклянный город
Шрифт:
— Здравствуй, — улыбнулся я ему и перевёл взгляд на свою напарницу. — Ты готова? Уже нужно идти.
— Да-да, готова. — Ариана кинула мимолётный взгляд в зеркало и проговорила, поворачиваясь к родителям: — Мы пойдём.
— Идите, — сказала её мать похожим голосом. — Удачи вам. — На этих словах она обняла дочь и поправила ей выбившийся из причёски локон.
— Только не споткнись где-нибудь, — рассмеялся её брат.
— Аллен, — отец предупреждающе посмотрел на сына, но тот не обратил на это никакого внимания.
— Я присмотрю за ней, — подмигнул я парнишке, и он одобрительно кивнул, после чего миссис Грейсон ухватила его за рукав серой рубашки и повела к выходу.
— Ты замечательно выглядишь, — сказал я Ариане, когда её родители ушли.
Она вновь посмотрела в зеркало и, задумчиво глядя на себя, проговорила:
— Скорее, необычно.
Переубеждать я её не стал, вместо этого вежливо протянул руку. Она вложила свою ладонь в мою, и мы направились в малый предвыходный зал. На нас стали оборачиваться другие ученики и без стеснения провожать любопытными взглядами. Почувствовав, как слегка дрожит её рука, я негромко спросил:
— Волнуешься?
— Это приятное волнение, — проговорила она, глядя в пол перед собой. Видимо, от такого внимания ей стало не по себе.
Мы вошли в малый зал, где все «золотые» пары уже выстроились в правильном порядке около кулис. Недалеко от них я увидел и Мэрэдит в серебристом платье, рядом с которой стоял её партнёр в таком же чёрном костюме, как мой, но с галстуком в цвет наряда своей напарницы. Когда Мэрэдит увидела меня, она с улыбкой подмигнула, даже не посмотрев на мою спутницу. Я лишь приветственно кивнул ей в ответ. Морал, возглавлявшая с Бруно небольшую колонну золотых пар, торопливо махнула мне рукой, а мы с Арианой подошли к ним и встали на своё место позади.
— Чего ты так долго?! — возмутилась Морал, повернувшись к нам. Но отвечать мне не пришлось: подруга презренно оглядела мою напарницу с ног до головы и резко отвернулась обратно, приготовившись к выходу.
Я посмотрел на Ариану — она тоже взглянула на меня и волнительно улыбнулась.
— Представь, что у нас репетиция, — проговорил я. — Та, на которой мы были одни.
Не знаю, успокоили её мои слова или нет, но мне от них точно стало легче. Вспомнилось, как я взял её за руку во время беседы. Увидь это кто-нибудь тогда, то слух о том, что я держался с какой-то грэйершей за руки, перестал бы быть выдумкой чьей-то бурной фантазии. Хорошо, что мы всё же были одни. История в библиотеке только-только улеглась, и не хотелось создавать ещё одну суету вокруг себя.
Я услышал, как на огромной сцене заиграла хорошо знакомая музыка, и тут же Морал с Бруно пошли вперёд. Я хотел было двинуться вслед за ними, но Ариана меня придержала.
— До десяти считать, помнишь?
Я кивнул и, сделав шаг обратно, начал в уме отсчёт. Видимо, я немного запоздал, потому что на моей восьмой секунде Ариана уже потянула за руку вперёд. Меня это немного сбило, и я шагнул не в ногу.
— Подожди, стой, — шепнул я, пытаясь сравнять шаг.
— Нет времени, — проговорила она, тоже подстраиваясь под меня.
Сделав несколько невнятных шагов, мы вроде бы сравнялись, и в этот момент перед нами открылась огромная танцплощадка, залитая светом, вокруг которой с трудом можно было разглядеть темноту кругового зрительского зала и уж тем более самих зрителей. Я увидел, как Морал с Бруно уже подходят к своему месту на середине сцены. До моего слуха эхом донеслись приглушённые музыкой и размерами концертного зала овации, а вокруг нас бесчисленно закружили летающие камеры.
Краем глаза я увидел, как моя напарница посмотрела вниз на наши ноги.
— Прямо смотри, — как можно быстрее постарался проговорить я.
— Мы не в ногу идём, — забеспокоилась Ариана.
— Неважно. Смотри прямо и улыбайся, — почти не открывая рта, сказал я и сам последовал собственному совету.
— Не слышу тебя…
Чем ближе мы подходили к центру, тем громче становилась музыка.
— Молчи, на камерах будет видно, что мы разговариваем, — повысив тон, сказал я.
В этот момент мы подошли к нашему законному месту и встали в исходную позицию. Ариана едва повела головой в мою сторону и сказала:
— Сам молчи! — после чего резко отвернулась обратно.
Я издал лёгкий смешок и почувствовал, как Ариана предупреждающе сдавила мне пальцы на отведённой в сторону руке. Я совершил обратный манёвр, но, видимо, немного перестарался:
— Ай! — Она слегка дёрнулась, но в этот момент третья пара встала правее нас и все камеры направились на них.
— Прости, — виновато шепнул я.
— Тихо, — вновь быстро повернувшись туда и обратно, сказала Ариана.
Меня снова накрыл тихий смешок, и на этот раз её плечи тоже слегка дёрнулись.
— Возьми себя в руки, — еле сдерживаясь, шепнул я. Меня-то за ней не особо было видно, а вот лицо Арианы открывалось на обозрение всем зрителям.
Она едва качнула головой из стороны в сторону и, перейдя на писк, проговорила:
— Не могу.
Я не видел, сколько пар уже подошло, но по музыке понял, что скоро нужно будет вступать в танец.
— Соберись, скоро начинаем, — сказал я, как можно более серьёзным тоном.
Она ничего не ответила, но, как я понял, всё же подавила смех.
Я услышал вступительные ноты и медленно развернул Ариану к себе. На удивление, у неё было абсолютно серьёзное выражение лица, как будто это вовсе не она только что смеялась.
Я отвёл ногу в сторону, и напарница тут же скользнула следом. Вокруг нас летали камеры, но я старался не обращать на них никакого внимания, ведя Ариану по залу. В нужный момент я отдалил её от себя, два раза покружил и резко притянул обратно, но немного ближе, чем следовало. Она этого не ожидала, из-за чего случайно ступила мне на туфлю.
Ариана виновато посмотрела мне в глаза, не переставая танцевать.
— Прости, — пропищала она.
— Не говори ничего, — быстро шепнул я, отворачиваясь от пролетающей камеры.
— А ты не дёргай так резко! — возмутилась напарница.
— А ты на ноги не наступай!
Ариана притихла, и я понял, что она вновь пытается сдержать смех.
— Не смей, — проговорил я после того, как она все же слегка хихикнула.
Я перевёл руки на её талию и подбросил в воздух, ловко поймав обратно. Она снова посерьёзнела, стараясь не смотреть на меня. Я последовал её примеру и сосредоточился на движениях танца. В груди трепетно колотилось сердце, а в ушах слышалась буря приглушённых оваций, обладатели которых растворились в темноте кругового зрительского зала. Почему-то на репетициях сцена казалась меньше, но, залившись яркой подсветкой, она визуально приобрела огромные размеры, из-за чего немного сменилась ориентация в пространстве.