Чтение онлайн

Взрыв почти ослепил Стеллу, от страха она оцепенела, поэтому сама не заметила, как улетела далеко вперёд.

Звёзд Млечного Пути больше не было видно! Если улетишь слишком далеко, то сама превратишься в частичку Вселенной. Стелла почувствовала, как неведомая сила медленно, но упорно тянет её в сторону. «Сила притяжения в этой дыре настолько велика, что может с лёгкостью растянуть тебя, и ты станешь длинной и тонкой, словно макаронина».

— Ур-рг! — завопила Стелла.

Слишком поздно! Её тряпичное тело вытянулось, его пронзила боль, словно кто-то пытался порвать её в клочья. Прямо перед ней зияла чёрная дыра. Злобная и хитрая, словно дикий зверь в ожидании добычи, она готова была вот-вот поглотить Стеллу.

Пиннеус так долго смотрел вверх, что шея у него затекла. Он ничего не мог разглядеть — небо было совершенно обычным, тёмным и плоским. Луна опустилась вниз и скрылась за крышей фабрики. Пиннеус слез с дуба. Он совсем замёрз и чувствовал себя одиноким. Ветер пробирал его до самых костей.

Вытащив из кармана шоколадку, он развернул обёртку и откусил кусочек. Мм, вкусно! Посмотрев ещё раз на тёмное небо, он подумал о том, сколько же во Вселенной миров. Стелла скоро вернётся. К нему.

Пиннеус прошёл через поле и вошёл в яблоневый сад. Ветки яблонь были покрыты инеем. Подойдя к зданию фабрики, он заглянул в окно. Там, внутри, летали какие-то белые существа. Пиннеус увидел, как мимо окна проплывает блюдо, — на блюде лежали покрытые сахарной глазурью пирожные, красные ягоды и бело-розовые безе. Ему захотелось есть, но чувство страха было сильнее голода. Сердце в груди колотилось как бешеное.

Казалось, нестерпимая боль вот-вот разорвёт тело Стеллы пополам. Оно вытянулось и стало тонким. Очень тонким. Стелла пыталась сопротивляться, но боль заполнила каждую ниточку её тела, проникнув даже в швы. Стелла попыталась взмахнуть краешками. Бесполезно. Тогда она попыталась сосредоточиться на воспоминаниях… Стелла медленно скользила в никуда, к самому ужасному, что только бывает на свете. Словно тоненькую белую верёвочку, её уносило в пустоту. Сила притяжения тянула к ней свои длинные щупальца и высасывала жизнь. Там, внутри — абсолютное Ничто. Никаких измерений. В центре чёрной дыры существует лишь тьма. Пространство и Время раздавят её. И всё кончится.

Плотнее запахнув куртку, Пиннеус Мышак опять вскарабкался на толстые голые ветки дуба и посмотрел наверх. Начал накрапывать дождик. На лицо мальчика упало несколько капель.

— Давай же, Стелла, возвращайся быстрее, — шептал он, — ты самая мягкая и замечательная тряпочка на свете. Ты мой самый близкий друг… Милая моя Стелла. — Пиннеус смотрел на небо. Его губы задрожали. — Пока я не познакомился с тобой, то больше всего на свете боялся привидений. А сейчас я совсем их не боюсь…

Едва он произнёс это, из-за фабрики показалась Луна, залив светом яблони и поле. Где-то вдали ухнула сова.

Пространство и Время исчезали. И тут совсем рядом со Стеллой что-то вспыхнуло — белый огонёк, напоминающий маленькое сердце. Он был совсем крохотным, не больше зёрнышка. «Внимание, моя маленькая Стелла. Внимание — и не отклоняйся от курса. Пусть твой дом всегда озаряет свет звёзд». Она вдруг вспомнила кое-что: просторная, вымощенная камнем площадь. Лужи. В каждой из луж отражается Луна. Лун много. Она услышала свой собственный тоненький голосок:

— А ещё, Виктор, кажется, будто в каждой луже своя Луна. Довольно странно.

— Да, получается, что на земле тысяча лун, а на небе всего одна. Ты, Стелла, словно маленький ангел, который ещё не потерял крылья.

— Никакой я не ангел, я привидение. У меня ведь нет перьев!

— Это как посмотреть.

Голос Виктора из Лувра. Доброго Виктора, который помог ей познать Первую истину.

Стелла почувствовала прилив сил, наполнивший её тело от подола до самых бантиков на голове. Она в совершенстве владеет искусством высшего пилотажа! А тут какая-то жалкая чёрная дыра решила превратить её в ничто!

— Вперёд! — тихо скомандовала она, а потом повторила громче: — Вперёд! Вперёд! Вперёд!

Страшилка Стелла превратилась в маленькую карусель — сначала она быстро закрутилась вокруг своей оси, а потом взвилась вверх. И ещё немного вверх. Подальше от силы тяжести, которая превращает привидений в макаронины! Она должна выбраться отсюда, должна опять попасть туда, где есть Время! Должна! Должна!

— Ур-рг, — пробормотала она.

Её тело вновь приобретало свои обычные очертания, а чёрная дыра осталась позади.

Теперь прямо перед ней вытянулся Горизонт событий, а из-за него выглядывал лучик Седьмой звезды. Звезда была ясной и белой, почти прозрачной. Словно кусочек стекла или льдинка. Рванувшись вперёд, Стелла напомнила себе, что она маленький дрожащий кусочек вечности. И что в целой Вселенной нет ничего невозможного.

Стелла опустилась на поверхность Седьмой звезды. Звезда была гладкой, словно лёд, блестящей, как каток, и прозрачной, будто увеличительное стекло. Семь острых кончиков смотрели в разные стороны. С Седьмой звезды видно всё на свете.

Стелла легла на живот. Земной шар казался большим, словно внезапно очутился совсем близко. Стелла видела идущих людей и движущиеся машины. Поезда, автобусы, улицы, невысокие домики и огромные здания. Внезапно седьмой луч выпустил целый поток света толщиной с палец. Палец этот указывал на большой корабль, плывущий по морю. Стелла посмотрела на корабль, а потом на одну точку на палубе корабля, как раз туда, куда падал свет. На палубе находился грузовик. Тот самый грузовик, в кузове которого заперта Тилия! Корабль плыл за границу. Он плыл в Англию.

Закрыв глаза, Стелла представила себе Тилию. Стелла вдруг забыла, кто она. Она так любила Тилию, что ей показалось, будто они вдруг стали одним привидением. Странное чувство, очень необычное. Большое и прекрасное. Сейчас Стелла понимала, как сложно вернуть близкого друга. Иногда для этого нужно почти умереть.

Итак, теперь она знала: чтобы спасти Тилию, ей необходимо добраться до Англии.

Оттолкнувшись от поверхности Седьмой звезды, Стелла влетела в световой поток — он светил прямо сквозь её тряпичное тело.