Чтение онлайн

Ммм?

Мико: Чтобы мы ушли. Исчезли. Чтобы мы не мешали его работе. Ты видишь, сколько здесь свободных брахма-частиц? Никакие запасы «Авроры» не могли содержать столько, тут десятки тонн! Грэй, он производит «живую материю».

Он хочет нас отпустить?

Мико: Не понимаю. Скорее устранить. Любым способом. Посмотри сам, Грэй!

Может ли машина быть безумной? Погрузившись в кипящие каналы связи рантаймов Прайма — а в них невозможно было не погрузиться, находясь столь близко, — я мог уверенно сказать — да, может. Холодный, но чудовищно искаженный разум, да и не разум вовсе, а какой-то хаотический вулкан цифровых абстракций, который и мир-то воспринимал совершенно по-другому. Люди, Инки и собственные создания были для него отвлеченными понятиями, больше математическими, чем настоящими. Гораздо больше Прайм волновала — насколько можно этим словом выразить четкий приоритет — Азур, трансформация брахма-частиц и что-то, связанное с Гранью. Сумасшедший архитектор, мыслящий непостижимыми категориями. И да, он смотрел на нас как на надоедливую мошку, которая вдруг проела огромную дыру в ценных чертежах. Теперь придется все восстанавливать, но сначала нужно устранить фактор мошек. Прихлопнуть, задавить, уничтожить. Надоели.

Несколько секунд пси-контакта с этим монстром дали мне понять, что мирный исход невозможен. У Прайма цели, полностью противоположные нашим. Но как с ним драться? «Живая материя» неуязвима!

Я направил Десницу на стену огромной брахма-сферы, активируя «Дезинтеграцию». Однако результат анализа не обрадовал: перчатка Прометея отказывалась поглощать такое количество объединенной «живой материи». Просто не хватало предельной мощности. Миллион Азур — слишком мало, чтобы запустить процесс. Но даже если заставить Прайм разделиться, «дезинтеграция» заняла бы чересчур много времени. Часы, а не минуты.

Я рванул прочь на предельной скорости, используя «Азурический Контур» — мгновенное ускорение из Генома Руха. И с размаху врезался в огромную гермостворку, внезапно возникшую на пути. Она материализовалась из брахма-частиц, соткавшихся сплошной завесой. Точно такие же стены возникли снизу, сверху, со всех сторон, заключив непокорную птичку в тесную металлическую клетку.

Неожиданное и мощное столкновение на мгновение выбило из ритма, и только «Волновое Поле» позволило не погибнуть в следующие несколько секунд. Прайм превратил «живую материю» в длинные щупальца-копья, горящие ярким азур-свечением. Он манипулировал ими столь искусно и стремительно, что предугадать все атаки было невозможно. Целый рой атаковал меня, норовя пронзить, пригвоздить, обездвижить, и отражать пришлось грубой силой. «Поле» бы лопнуло, не подпитывай его Источник и Десница, да и так едва удержалось.

Следующие минуты превратились в сплошной кошмар. Все, что я пытался сделать, оказалось бесполезно, эта расчетливая Тварь холодно и рационально парировала все попытки вырваться. Каждая примененная А-способность фиксировалась, на нее тут же изобреталось противоядие. Враг не совершал два раза одну ошибку, побеждать до этого мне удавалось исключительно за счет неожиданных, новых ходов. И Прайм не собирался останавливаться, он спокойно доводил раунд до победного конца, загнав противника в угол.

Клетка трансформировалась, вздулась волнами «живой материи». Я вновь оказался внутри брахма-сферы, но гораздо меньшей в диаметре. Внутренняя сторона ощетинилась пылающими азур-шипами. Языками призрачного огня из дюз звездолета. И начала медленно сжиматься. Оценив задействованную мощь, Мико провела расчет и стало понятно, что «Волновое Поле» при максимальной подпитке выдержит напор не более тридцати секунд. Силовой щит Доспеха даст еще пять-семь, а потом моя тушка превратится в запеченный в собственном соку кусок мяса. И шанса на следующую инкарнацию, конечно же, мне не оставят!

Отчаяние. От ощущения своего бессилия становилось дурно. Мысли метались с бешеной скоростью, лихорадочно перебирая варианты.

«Когти» и «Азур-Поле» — бессмысленно, через минуту мы окажемся в той же позе. «Дезинтеграция» не работает. L-поле вообще без шансов, Прайм создаст сколько хочешь обычной материи, трансформирует ее как угодно и завалит меня мясом из-за пределов небольшой безопасной зоны….

Значит, только «Дар Даат»? Мое оружие последнего шанса? Если оно сработает так же, как в цитадели Левши, здесь произойдет мощнейший азур-выплеск. Я рискую потерять память, утратить носитель — в прошлый раз чудом уцелели генетические фрагменты — и создам подземный очаг Прорыва, который навсегда отрежет нас от наследства «Авроры». И как потом выбираться отсюда, даже если я успею спрятать аниму в Десницу? О том, что произойдет с группами Инков, находящихся сейчас в подземелье, не хотелось даже думать.

Как ни странно, но последний фактор подействовал сильнее всего. Я не хотел стать виновником гибели Алисы, Сталкера и остальных Инков Седьмой Когорты.

Мико: Есть еще один способ, Грэй. Это… существо, кем бы оно ни было в прошлом, сейчас представляет собой А-сущность. У нас есть Геном Ахримана-Пожирателя. Мы можем попробовать поглотить его. Это плохой вариант, я сама предостерегала тебя от него! Но сейчас, кажется, у нас нет выбора.

Геном Ахримана-Пожирателя, предположительно упавший с Левши. Именно этот аффикс необратимо изменял аниму. Навсегда, вне зависимости от сброса носителя. Делал одним из тех, чьи сущности я сам совсем недавно отправлял в Грань.

Страшный выбор.

Мико, если все получится… каковы будут последствия для нас с тобой?

Мико: Я не знаю, Грэй. Наша анима серьезно изменена, ты малый «Сфирот», если так можно выразиться. Не берусь даже предположить, что произойдет, если мы используем этот Геном.

В битве на подводной базе Левши я, скорее всего, поглотил сущность Ахримана-Пожирателя, которая, в свою очередь, сожрала множество Инков и еще бог знает каких А-Тварей. Это на мне никак не отразилось, хотя, возможно, я просто не ощущал последствий, либо их время еще не пришло. Может, и сейчас получится отделаться малой кровью?

Сфера «живой материи» сжалась еще сильнее. Прайм хладнокровно отрезал все пути к отступлению и готовился нанести последний удар. Он не оставлял ни единого шанса. Я сосредоточился, нащупывая его суть, его бесчувственные райтаймы, спираль его присутствия. Да, он был как никогда близко, вокруг, везде, всюду. И все-таки Мико права, Прайм был единой А-сущностью, и других идей для победы над этой расчетливой тварью у нас не имелось.

Пылающие челюсти Прайма уже почти прогрызли «Волновое Поле». Нейросеть отсчитала необходимое количество А-энергии, и я перелил ее из Десницы в Источник, сформировав три Нейросферы, а затем — Нейроядро. Последний раз взглянул на лазурный с золотым обводом Геном Ахримана-Пожирателя — кто знает, кем я стану после этой генной модификации? И встроил его в цепочку слотов, следующим за Сциллой.

Что там?

«Абсорбция Душ» — вы можете захватывать и абсорбировать А-сущности, поглощая их Азур и при этом получая часть памяти и опыта. Абсорбция увеличивает ваш энергоинформационный потенциал, усиливает азур-нимб и необратимо изменяет аниму.

Активная способность: 64000 Азур/активация

Когда я использовал эту А-способность, под ложечкой неожиданно начался настоящий пожар. Он распространился по всему телу, и я вдруг увидел — не глазами, азур-зрением и пси-полем, — как мое тело окружает азурический контур, напоминающий жуткого изломанного двойника. Если он и походил на человека, то только формой, а на деле из носителя-куколки вдруг показала жуткий оскал хищная азурическая тварь. Для нее сам Прайм был всего лишь едой, опытом, трофеем, и эта метаморфоза оказалась настолько страшной, что Прайм отдернул свои шипы, но было поздно. В его сущность вонзились невидимые когти, длинные и холодные, вонзились и потащили, вырывая из брахма-частиц, разрывая и поглощая вместе с ними, и противостоять этому оказалось невозможно.

Я почувствовал, что схожу с ума: очень тяжело видеть, ощущать такое и оставаться в здравом рассудке. Неожиданно увидел в текучей, пытающейся спастись «живой материи» выпуклые отражения лиц. Одно, второе, третье. Я узнал ниточку сжатых губ гранд-координатора, вздернутый нос и непокорные кудри Авроры, хитрый прищур Кота. И самого себя — в твердом профиле Прометея. Вдруг осознал, что это память поглощаемой матрицы Прайма так взаимодействует с моим рассудком.

И как только понял это, провалился в бездну страшного, чуждого видения.