Чтение онлайн

— Да.

— А не было ли в автобусе пассажира, который бы очень волновался насчёт того, успеет ли он на поезд?

Девушка вспомнила сразу же.

— Да, был такой, — ответила она и при этом вылупила глаза. — Он хотел сесть в поезд, отправляющийся в двадцать два часа десять минут, и дважды спрашивал меня, удастся ли успеть. Я потому и запомнила.

— Ну и как, успел?

— Мы приехали на железнодорожную станцию в двадцать один час пятьдесят пять минут. Этот пассажир тут же вбежал в здание вокзала. Конечно, успел, я думаю. Я смотрела на него из автобуса.

Тацуо достал из кармана сложенную газету и показал девушке:

— Скажите, у него было такое лицо?

Это был фоторобот Ямамото, сделанный в полиции. Девушка широко раскрыла глаза, внимательно вгляделась в него и потом сказала:

— Похож, но чем-то отличается.

Когда Тацуо через час вошёл в зал ожидания, Тамура там ещё не было. Он опоздал минут на двадцать и вошёл, отдуваясь.

— Заставил тебя подождать! — Он вытер вспотевший лоб. — Ну как?

— Я быстро справился, — ответил Тацуо. — Пассажир, который в самолёте беспокоился насчёт времени отправления поезда, в автобусе делал то же самое. Похоже, он успел на поезд в двадцать два десять. Кондукторша автобуса видела, как он вошёл на станцию. Тогда я показал ей фоторобот Ямамото, опубликованный в газете. Кондукторша сказала, что он и похож, и не похож.

— Вот как?

— Кстати, этот фоторобот не очень-то хорош. У меня впечатление от этого парня совсем другое. Так что слова кондукторши можно не принимать во внимание. Разве только удостоверились в том, что возраст примерно такой. Боюсь, если и дальше будем показывать кому-нибудь эту фотографию, получится только неразбериха.

Когда Тацуо закончил, настала очередь Тамура отчитываться.

— Парень из местного корпункта, отвечающий за связь с полицией, отвёл меня в полицейское управление. Они сейчас ищут следы группы, похитившей адвоката Сэнума.

— Ну и напали на след?

— Не напали. Где адвокат, тоже неизвестно. В полиции совсем не учитывают линию, связанную с правыми в лице Фунэдзака Хидэаки, оттого они и топчутся на месте. Занимаются только тем, что опрашивают население. Трое детективов, приехавших из Токио, тоже, видно, в отчаянии.

— Надо же! Ну а мы-то что будем теперь делать?

— Во-первых, давай объедем станции линии Тюосэн вплоть до Мидзунами. — Говоря это, Тамура посмотрел на часы и кинул взгляд на висящее в зале расписание поездов. — Вот смотри, поезд в семнадцать сорок. Как по заказу. Поехали! — И он тут же двинулся к контрольному входу на перрон.

Когда они сели в поезд, лицо у Тамура стало какое-то хмурое и беспокойное. Тацуо заметил это и спросил:

— Что такое?

— Хм, хочется всё-таки увидеться с Фунэдзака Хидэаки. Хоть бы разок посмотреть на него. Ведь отсюда до станции Удзи-Ямада всего два часа.

Тамура от нетерпения даже не мог спокойно усидеть на месте и стал нервно трясти ногой.

— А ты думаешь, Фунэдзака всё ещё в Удзи-Ямада?

— Я убедился в этом, позвонив сейчас по телефону в корпункт, расположенный в Удзи-Ямада. Фунэдзака всё ещё живёт в гостинице.

«Да, — подумал Тацуо, — газетчик, конечно, имеет несравненные преимущества перед кем угодно благодаря возможности таким вот образом получать информацию».

— И вот ещё что. Звонили из Токио. Удалось выяснить, где изготовлены носилки. Фирма называется «Саэки идзай», она расположена в Токио, в районе Хонго. Производителей носилок в Японии достаточно много, но по некоторым особенностям изделия удалось определить, кем оно выпущено. Теперь полиция прослеживает, каким путём носилки были проданы.

— В самом деле, может, удастся что-то выяснить?

— Посмотрим, — скептически бросил Тамура. — Ведь сколько им понадобится переворошить всего. И не совершить при этом какой-нибудь оплошности.

Проблема для них состояла теперь в том, с какой станции начать. Решили, как и намеревались, начать с самой ближней — Кодзодзи. Когда они вышли из поезда, на улице уже воцарился полумрак. Станция была маленькая. Пристроившись вслед за всеми сошедшими пассажирами, они миновали контрольный выход и, спросив у дежурного, где начальник станции, прошли в комнату, на которой значилась соответствующая табличка.

Тамура достал визитную карточку и объяснил, в чём дело.

— Хм-м, удастся ли вспомнить, что тогда было? — сказал пожилой начальник станции, листая график сменных дежурств. Найдя нужную страницу, он позвал служащего, бывшего на дежурстве в тот день.

— Речь идёт о пассажирах, которые сошли с поезда, прибывшего в двадцать два часа пятьдесят четыре минуты. Время позднее, так что пассажиров, думаю, было немного. Вы не помните?

Тацуо описал приметы человека, которого они искали, и молодой служащий в раздумье склонил голову.

— Нет, всё-таки не помню. Пассажиров, которые в это время сходят с поезда, я в основном знаю в лицо. Кстати, их много.

— Много местных?

— Да. Среди людей, прибывающих поздним вечерним поездом, гости из других краёв встречаются редко. В основном — местные жители, возвращающиеся после развлечений в Нагоя, — уточнил начальник станции.

— Значит, незнакомых лиц вы не запомнили?

— Как правило, я обращаю на них внимание, но в тот день не упомню.

Итак, на этой станции поиски оказались безрезультатными.

Минут через двадцать подошёл поезд, прибывавший в девятнадцать девятнадцать. Они сели в него и доехали до следующей станции — Тадзими. Становилось уже совсем темно. Городок, окружённый горами, был расположен в маленькой котловине. В вечернем небе торчали бесчисленные дымовые трубы: Тадзими — город фарфоровых мастерских.

— К сожалению, не запечатлелось в памяти, — сказал дежурный по станции.

Через час они попали на следующую станцию — Тосоцу. Этот городок тоже славился керамическими изделиями, и в здании вокзала была устроена выставка чайной посуды.

— Вроде не помню, — неуверенно ответил служащий.

Посещение станций Кодзодзи, Тадзими и Тосоцу ничего не дало. Напоследок осталась только Мидзунами.

— Прошло уже столько дней, вот они и не помнят. А может, Ямамото и не выходил здесь, — сказал Тацуо.