Чтение онлайн

— Да, я видел, как это произошло. Джей Джей попросил меня приехать посмотреть на его новую машину, — ответил я.

— Но почему он сделал это? — У нее чувствовался какой-то южный акцент.

— Я не знаю. — Разве у нее самой не было предположений? Я должен был только сопровождать Джей Джея на встречи и прорабатывать его документы, или выпивать с ним в баре «Джека Дэниэлса», или ходить с ним на бейсбол. Она жила с ним. Она должна была знать, почему он совершил самоубийство.

— Вы были его другом, — сказала она. Следы эмоций начали проступать сквозь траурную притворную сдержанность.

— Я не знал Джей Джея так уж хорошо, миссис Карлсон, — мягко ответил я. — Он был великим человеком, и я восхищался им, но он не доверял мне. Простите.

— Теперь его никто не знает, — с презрением сказала она. — Два дня назад он был героем, его все любили, все говорили мне, какой он прекрасный человек, как они счастливы, что он рядом с ними. Говорили о его благотворительности, о его стипендиях, о больничных счетах незнакомцев, которые он оплачивал. А теперь никто его не знает, никто не считает, что был его другом, и никто не знает, почему он совершил самоубийство, убив себя и еще пятнадцать человек и оставив меня с двумя детьми думать, что же, во имя Господа, пошло не так.

— Мне очень жаль, — пробормотал я.

Она подошла ко мне и сняла очки. Ее глаза были темными, как ежевика, веки опухли от слез.

— Вы были советником, не так ли? Его адвокатом? Ну, мистер адвокат, посоветуйте мне, расскажите, что случилось. Вы явно прикарманили немало денег, пока он жил. Говорят, вы были его другом. А теперь вы не знаете ни одной треклятой причины… И это ваша отговорка — вшивое «извините». — Миранда повернулась к стоявшим позади нее людям и обратилась к ним:

— Друзья великого Джей Джея Карлсона, три адвоката и пара мерзких банкиров. Вы пришли помочь и поддержать меня? Вы не можете ни помочь мне, ни поддержать меня, пока не скажете, что же произошло.

Она спрятала лицо в ладони, и мужчина с хвостиком нагнулся над ней. Он что, улыбался?!

Внезапно она подняла голову и, вырвавшись из объятия, посмотрела на всех нас с нескрываемым презрением:

— Никто из вас ничего не может сказать мне. Я не знаю, что вы здесь делаете. — Ее голос был тихим и безликим. Она повернулась к своему провожатому и проговорила: — Пойдем. Я никого здесь не знаю.

Пара ушла прочь, и никто не пошел за ними, чтобы не попасть в этот поток злобы.

Шелдон отделился от группы.

— Я не ожидал, что ты придешь. — Он выглядел раздраженным, словно Миранда взорвалась из-за меня. — Ты закончил подготовку материалов для передачи?

Я кивнул с некой долей отвращения, но даже не удивился, что он спросил об этом здесь, в такой обстановке.

— Хорошо, — ответил Шелдон. — Чарльз приехал, и он захочет узнать, как все сделано. — Сделав паузу, он добавил: — Кстати, мы уже связались с «Майерс Майерлинг». Не звони им сам. Мы сообщим тебе, когда у нас будет текст. Тебе надо будет следовать ему. Импровизации с твоей стороны не приветствуются.

Где-то вдалеке послышался грозовой треск, и Шелдон достал небольшой зонт из кармана куртки.

— Кладбище и гроза. Чертовски подходяще, — он задумчиво проследил за Мирандой Карлсон, исчезающей в тумане. Казалось, он погрузился в размышления. — Подумай, куда ты хотел бы поехать в отпуск, — наконец произнес он и ушел по направлению к веренице машин. Этот урод даже не предложил подвезти меня.

Трое банкиров разговаривали с Кэрол, я услышал, как один из них предложил ей проехаться с ними до Уолл-стрит. Она ответила, что присоединится к ним через минуту, и подошла ко мне.

— Было очень мило с твоей стороны прийти, — сказала она. Кэрол выглядела такой же взволнованной, как и Миранда, но ее маленькие черные очки и мокрая масса шелковых волос делали ее экзотичной и загадочной. На руке — браслет восточной работы из тусклого серебра. Черная юбка и блузка завершали образ. Она словно готовилась к киносъемкам среди могил.

— Джей Джей проклял бы тебя за опоздание. — Наверное, это была шутка, но Кэрол не смеялась, ее полные губы были искривлены скорбью. — Ты знаешь, как он относился к людям, которые опаздывали на собрания?

На этот счет Джей Джей был лицемером, часто он вообще не приходил на встречи.

— Ты ранен, — сказала она, посмотрев на пластырь, который приклеила еще Пола. Я забыл о травме. Должно быть, сейчас пластырь выглядел как расплющенный кусок жвачки.

— Заноза. Все нормально.

Кэрол кивнула. Мне показалось, что она не хотела знать подробности.

— Мне очень жаль, что ты вляпался во все это, — сказала она и пошла.

— Я не совсем понимаю, во что я вляпался. У тебя есть идеи, почему он сделал это?

Кэрол смотрела прямо перед собой.

— Хорошо, что детей здесь нет, — обронила она.

Я согласился. Последние похороны, на которых я был, были похоронами моего отца. Но воспоминания были затуманены: я был на транквилизаторах, моя мать была на транквилизаторах, и за тем, как он опускался в иной мир, наблюдала лишь кучка оборванцев.

— Джей Джей часто говорил, что ты очень хороший юрист, — сказала Кэрол.

Мой отец никогда не говорил мне этого.

Кэрол сошла с газона на асфальт. Она потерла ногой о поребрик, чтобы снять травинки со своих простых черных туфель.

— Он был хорошим банкиром, — сказал я.

— Да, — прошептала она. И продолжила свой путь, взглянув на серое небо, когда очередной грозовой раскат прокатился по кладбищу.

— Тебя подвезти? — спросила она.

Сесть в машину с Кэрол и тремя банкирами из «Джефферсон Траст» было глупо.

Я поблагодарил и отказался.

— Смотри, скоро пойдет сильный дождь, ты промокнешь.

Ее участие тронуло меня, даже удивило.

— У меня есть мобильник, и я могу вызвать машину из офиса, — сказал я. — Но все равно спасибо.

На самом деле я не был уверен, что смогу вызвать машину из офиса, чтобы уехать отсюда. Но мне необходимо было проверить свою находчивость даже в мелочах.

Мы подошли к веренице машин. Черный лимузин стоял с включенным двигателем, и один из банкиров прислонился к нему, держа дверь открытой. Он спросил, поедет Кэрол или нет, так как им надо возвращаться на собрание и ехать надо прямо сейчас.

Дождь усилился.

— Ты уверен, что тебя не надо подвезти? — опять спросила Кэрол. Я колебался. Но все же отрицательно покачал головой.