Чтение онлайн

К этому мальчику приезжают лучшие профессора России. Они читают ему лекции по физике, химии, истории. Величайшие психологи и психиатры ведут с ним задушевные беседы, но никогда ни знаком, ни словом не выдает он им своих тайных мыслей. И, несмотря на все их уловки, слова его о подвигах, героях и тернистом пути России никто не слышит.

Один или два раза в неделю приезжает к этому мальчику мать, сестра и кошка Клеопатра. Кавалькада машин из города Самары несется, сметая все на своем пути под вой сирен, сверкание мигалок. Истово козыряют постовые вдоль дороги, вытягиваясь при этом в струнку похлеще, чем на кремлевских парадах. Губернаторский кортеж, однажды застигнутый, разлетелся в разные стороны, только его и видели, и лежали под дулами автоматов, уткнув морды в землю, наглые золотопогонники губернатора вместе с ним самим, пока эта кавалькада не скрылась вдали.

Сам генерал Коршунов выходит навстречу гостьям. Словно ненароком дотрагивается до женщин, гладит кошку Клеопатру — не стираются из памяти фантомы. «Служба такая», — виноватится он перед женщинами, — А уж я делаю для Димы все, что могу. Он для меня как наследник престола», — говорит он в надежде, что слова эти будут услышаны тем, кому они предназначены. Потом он уходит в сторону, и семья Михайловых снова вместе.

Они говорят о том, о сем. Они обсуждают Катькиных ухажеров, при этом Катька как всегда ворчит и выкобенивается. Они бродят по березовой роще, собирают грибы и ягоды, катаются на лодочке по озеру, купаются и обнимают белых лебедей. Иногда брат и сестра носятся на лошадях по окрестностям, и намного меньше боялась бы за них мать, если бы знала, сколько глаз наблюдают за ее детьми вместе с нею.

Она давно оставила попытки убедить сына прислушаться к голосу властей. Она постоянно носит медный крестик на груди, и каждый день ходит в церковь, где ставит свечи за здравие своего сына и в великом страхе, что дни покоя и благополучия недолги. Бессонными ночами обращается она к богу: «Господи, спаси и помоги».

Бессонными ночами также стоит ее тринадцатилетний сын у окна. Иногда при лунном свете в тени деревьев, в очертаньи туч ему видится лицо Степана. Покореженные людские тела, глаза, исполненные слез и боли встают тогда перед взором в его памяти. И не смея раскрыть рта, чтобы не быть услышанным, шепчет он про себя: «Прости меня, Степан. Я не мог поступить иначе». И если в эти мгновения блеснет в небе огненный всполох или маленькая звездочка беззвучно растает, падая в ночи, ему кажется, что это Степан слышит его и шлет ему привет.

Уфа, 2024.

georgyshevyakov@gmail.com