Чтение онлайн

Я посмотрел на Урсулу, её лицо резко ожесточилось. Каменный Круг, место, где, по легендам, их боги говорили с первыми вождями, сердце орочьей земли. Эльфы не просто убивали их, они оскверняли их святыни, превращая их в свои плацдармы. Это было ритуальное унижение.

Спустя несколько часов, все увидели о чём говорила лисица. Даже с такого расстояния было видно, что это не просто временный лагерь. Над руинами вился дым уже сотен костров. И самое главное… посреди лагеря, возвышаясь над всем, как гигантский, уродливый идол, стояло оно. То самое существо, или машина, след которого мы преследовали. Оно было огромным, действительно похожим на холм. Тёмная, приземистая, бронированная туша, из которой в разные стороны торчали какие-то шипы и механизмы. Оно было неподвижно, но от одного его вида становилось не по себе.

Мы лежали на каменистом гребне, вжимаясь в холодные, покрытые лишайником валуны. Ветер, пропахший пылью и гнилой травой, трепал маскировочные накидки, но никто не шевелился. Внизу, в полукилометре от нас, раскинулся лагерь. Десятки костров, как злобные красные глаза, пялились в ночное небо. Дым стелился по земле, смешиваясь с туманом. Это была не просто стоянка, а постоянная, хорошо укреплённая база. Перевалочный пункт, гнездо, из которого они расползались по степи, как чумные крысы.

— Вижу движение, — прошептала Лира, не отрываясь от своей подзорной трубы, которую она, в отличие от моей, громоздкой и утилитарной, держала с изяществом оперной дивы, разглядывающей ложи. — Патруль возвращается.

Я навёл свою оптику. Действительно, из степной мглы вынырнула группа из двух десятков всадников на своих приземистых, юрких ящерах. Они двигались неторопливо, расслабленно, как люди, возвращающиеся с хорошо сделанной работы. За ними, понурив головы, брели несколько орков-пленников, связанные одной верёвкой. Но моё внимание привлекло не это. В центре их группы, окружённое почётным эскортом, двигалось нечто.

Размером с хорошего вола, похожее одновременно на гигантского жука и бронированного краба. Шесть толстых, многосуставчатых ног несли приземистое, покрытое хитиновыми пластинами тело. Пластины были иссиня-чёрного цвета и отливали металлом даже в тусклом свете лун. Они перекрывали друг друга, как черепица, не оставляя видимых зазоров. Вместо головы у твари был массивный костяной таран, гладкий, как полированный обсидиан. По бокам этого тарана горели два маленьких, злобных красных глаза-огонька.

— Что это за хрень? — выдохнул Эссен, мой адъютант, лежавший рядом. В его голосе смешались отвращение и неподдельный интерес исследователя.

— Новая игрушка в их бестиарии, — процедил я в ответ, не отрывая взгляда. — Похоже, живой стенобитный механизм. Назовём его… «Таран».

— Железный, это аванпост, — прорычала Урсула, подползая ко мне. Её глаза горели в полумраке. — Основные силы в Круге. Если мы ударим сейчас, мы отрежем им пути снабжения. И освободим наших.

Логика кричала, что это безумие. Нападать на укреплённый лагерь, не имея точных данных о численности противника, не зная всех его козырей. Но я посмотрел на Урсулу, на её воинов, затаившихся на склоне. В их глазах я видел не просто жажду мести. Я видел готовность умереть прямо здесь и сейчас, но утащить за собой как можно больше врагов. И я понял, что если сейчас отдам приказ к отступлению, то сломаю их морально. А сломленная армия мне не нужна.

— План простой, как удар топора, — сказал я, и Урсула хищно улыбнулась. — «Ястребы» и миномёты начинают веселье. Ваша задача — я повернулся к ней, — на плечах паники ворваться в лагерь, добежать до клеток с пленными и выпустить их. Устройте им там такой бардак, чтобы они не поняли, откуда прилетело.

— Это мы умеем, — оскалилась она.

— Отряд «Коготь»! — мой шёпот передался арбалетчикам. — Ваша цель эти бронированные ублюдки. «Голубые» болты, бьёте по суставам, по глазам, по любой щели, которую увидите. Не давайте им даже шанса вступить в бой. Остальные «Ястребы» по магам и офицерам. Не дать им организовать оборону.

Я поднял руку, давая своим бойцам последние секунды на то, чтобы прицелиться. Эльфы внизу уже спешились, лениво переговариваясь, загоняя пленных в клетки. Они были дома в безопасности. Глупцы…

Я резко опустил руку, ночь взорвалась. Сухой, отрывистый треск сотен винтовок слился в один оглушительный залп, а через секунду к нему добавились глухие, похожие на кашель, хлопки миномётов. Первые ряды эльфов, стоявшие у загона, просто исчезли, сметённые шквалом свинца. А в глубине лагеря, там, где стояли шатры офицеров и магов, взметнулись огненные столбы от разрывов мин.

И в этот самый момент, с рёвом, от которого, казалось, задрожали камни, орки Урсулы ринулись вниз. Это была лавина из стали, мускулов и чистой, концентрированной ненависти. Они неслись, не разбирая дороги, их топоры и мечи были уже занесены для первого удара.

Орки врезались в ряды опешивших эльфов, как таран в гнилую стену. Звон стали, хруст костей, короткие, удивлённые вскрики, тут же сменяющиеся предсмертными хрипами. Орки не сражались, как в последний раз, разрывая в клочья всех, кто был перед ними. Урсула, работая своими огромными топорами, прорубала просеку в рядах врага, двигаясь прямо к клеткам с пленными.

Но эльфы не были бы эльфами, если бы их можно было сломить одной атакой. Несмотря на чудовищные потери и панику, нашлись те, кто смог организовать сопротивление. Группа эльфийских воинов, ветеранов, сбилась в плотный строй, выставив вперёд щиты, и попыталась оттеснить орков. Они дрались отчаянно, их тонкие клинки мелькали в свете пожаров, находя щели в орочьих доспехах.

— Они прорываются к загону! — крикнул Эссен, не отрываясь от трубы.

И действительно, группа из трёх десятков эльфов, неся потери от огня моих снайперов, пробилась к большому загону, где стояли «Тараны». Один из них, очевидно, командир, что-то крикнул, и эльфы, действуя слаженно и отчаянно, начали сбивать замки.

— Миномёты! По загону! Не дать им выпустить тварей!

Но было поздно, ворота рухнули, и из темноты загона, с механическим скрежетом, начало выползать нечто. Не одна, не две, а несколько десятков этих бронированных тварей хлынули на поле боя. Их иссиня-чёрные панцири зловеще поблёскивали в свете пожаров, а множество красных глаз-огоньков создавали впечатление, будто на нас смотрит сам ад.

Картина боя мгновенно изменилась. Орки, которые только что теснили эльфов, столкнулись со стеной из хитина и стали. Топоры и мечи, которые так легко рубили эльфийскую плоть, теперь лишь высекали искры из брони «Таранов». А твари, не обращая внимания на удары, просто шли вперёд, давя, ломая, превращая могучих воинов в кровавое месиво.

Один из орков, пытаясь остановить монстра, поднырнул под него и попытался ударить топором по суставу ноги. Но тварь просто опустилась на брюхо, и от воина осталась лишь груда сломанных костей и разорванных доспехов. Орки несли серьёзные потери, ярость и отвага были бессильны против этой механической мощи. Они смогли свалить двоих, завалив их телами павших товарищей и с трудом подрубив конечности, но цена была слишком высока.

— Отряд «Коготь»! Огонь! — заорал я в рупор.

Первая тройка арбалетов щёлкнула, и три голубых росчерка метнулись к ближайшему «Тарану». Два болта вонзились в сочленения ног, третий попал в один из красных глаз. Тварь пронзительно взвизгнула, закрутилась на месте и рухнула, судорожно дёргая лапами.