Стерва. Подвид: Королевская
Шрифт:
– Лорд Кетар!
– массивная фигура лигейца приблизилась.
Медленно, очень медленно Барсик убрал шпагу. В его глазах я видела приговор… не мне, той глупышке, что стала разменной монетой в этой игре.
– Ты действительно стерва, - хрипло произнес лорд Кетар.
А Виали было жаль… очень… И промолчать бы сейчас, все равно договора я получила, но…
– Поговорите с леди Аройхо, вашей матерью,- ругая себя за излишнюю заботу о глупышке, произнесла я.
– И вы поймете, что Виали не моя жертва… и не ваша! А затем поговорите с той… которую привезли в клан, и тогда вам откроется истина - я спасла вашу жизнь! И если после этого вы все еще будете гореть желанием отправить меня к горным ветрам… приезжайте, мы это обсудим!
Барсик не прощался, нарушая все традиции, он медленно побрел к замку, его лошадь следом. А я…
– Леди Зелея…- возопил Вейслер, потому что я… сколько вообще можно падать в обмороки?!
Я лежала где-то рядом с водой. Брызги упали на лицо и стало как-то… мокро.
– Одного не могу понять, вы при виде меня всегда будете в обмороки падать?
– произнес лорд-каратель, на руках которого я, как оказалось, возлежала. Точнее он сидел, я лежала частью на его ногах, второй рукой он продолжал делать мне мокро.
С тяжелым вздохом я посмотрела на покачивающуюся бриллиантовую серьгу, вздохнула еще раз и перевела взгляд на пасмурное небо. Серые облака, напоминавшие старые перины, опускались все ниже, почти задевая верхушки гор…
– Погода портится,- задумчиво произнесла я.
– Дааа,- скептически протянул Равеяр Шренаро Араввис,- о погоде мы с вами еще не имели возможности побеседовать!
– Да как-то все недосуг был,- согласилась я, и попыталась встать.
Мне не позволили, легко удержав на руках.
Приподнимаюсь повторно, оглядываюсь: Лигейцы поят лошадей, мои охранники… хоронят мертвых… Герцога Лерейского нет, только этот… непобедимый который, с ним не более двадцати человек всего. И возник у меня вопрос - а что он тут делает? И естественно я его задала, точнее попыталась:
– Лорд Равеяр, а…
– Государственные дела,- не дав мне завершить реплику, пресек лигеец остальные расспросы.
– Ааа,- попыталась встать снова, и снова не дали,- а меня государственные дела вынуждают поторопиться и…
Вы когда-нибудь видели улыбку, за которую хочется благодарить небеса? Я тоже не видела… до этого момента. Он улыбнулся, не обнажая зубы, но при этом так, что на мгновение я выпала из реальности, и перестала дышать… Как зачарованная я взирала на Шренаро Араввиса, и в этот момент блеснула бриллиантовая капелька… Волшебство распалось, я с облегчением выдохнула, и потребовала:
– Отпустите меня немедленно!
Лорд-каратель медленно убрал руку, позволяя встать. Я поднялась стремительно, на мгновение прижала пальцы к вискам, стараясь приструнить боль, взорвавшуюся в голове сотней осколков, но отходить не торопилась, вполне обоснованно опасаясь очередного обморока.
Лигеец следил за мной с какой-то понимающей ухмылкой, причем следил пристально и за каждым моим движением… однажды, когда-то давно, другой лигеец, ростом пониже и возрастом помоложе тоже следил за мной… Никогда, никогда больше я не буду спать с лигейцем! Никогда!
– Зелея,- и надо же, опять без 'леди',- вы хорошо себя чувствуете?
– Превосходно!!!
– срываюсь на крик и замираю…
Рыська, ты на кого смеешь голос повышать? Ох, Рыська, нельзя… нельзя кричать на лигейца, нельзя!
– Тяжелый был день?- заботливо интересуется лорд-каратель.
Да и ночь не простая. Зато я добилась невозможного - барсы, гордые барсы подписали все договора! Отныне их перевалы открыты для наших войск! Вот, вот о чем нужно думать, Рыська, а не об убитых, которые найдут успокоение в земле, и не о шпаге, которая едва не проткнула твое горло! И не о клане барсов… Кетар не убил, концы в воду сунуть ему не удалось, следовательно, этого барса я буду держать за горло до конца его дней… или своих, что тоже вполне возможно зная мстительность данного клана.
– День был сложным,- задумчиво ответила я лорду-карателю, и тут же заставила себя улыбнуться, - но продуктивным!
Держу улыбку несколько долгих минут. К счастью ручей здесь маленький и не глубокий, хоть воды не боюсь. Так, с кланом Горных Барсов разобрались, теперь первоочередная задача вернуться к тигрику, и валить от лигейца… непонятный он, а если то, что я поняла правда - бежать нужно очень быстро.
– Зелея,- лигеец оказался рядом, точнее не так, совсем близко, навис надо мной… рост у меня высокий, но он выше и значительно,- мы направляемся к вашему королю, посему я с удовольствием составлю вам компанию.
Ой! Мама! Точнее ой, Тигрик, спаси меня! И вообще - что значит, он едет со мной? Я…
– Барсы мстительны, Зелея,- как зачарованная слежу за дланью лигейца, которая медленно тянется ко мне и гладит мою щеку,- а у вас всего девять охранников, из которых лишь четверо в боеспособном состоянии.
И чисто теоретически - что ему от меня надо? Хотя о чем это я… тут не важно 'что', тут имеет значение 'надо'. И важно лишь то, насколько ему это надо. Попробую прощупать почву.
– Знаете,- мило отступаю и вежливо произношу,- мне и четверых достаточно, а балласт мы оставим в ближайшей деревне, так что…
– Зелея,- лигеец делает шаг ко мне и я снова сжата в его объятиях,- я же могу и по другому… и тогда охранников у вас не останется!
Тигра, я попала! Я сильно-сильно влипла! Ох, Рыська, и как же теперь выбираться?
– Лорд-каратель,- обращаюсь к нему по должности,- соизвольте объяснить ваше поведение!
В ответ у меня насмешливо поинтересовались:
– В теории объяснить, или на практике?
– а рука его медленно двинулась пониже талии… в общем он с практикой отлично справился.
Играть с ним смысла не имело! Потому что это он заигрывал со мной! Лигейцы - эти от своего никогда не отступают, вот что паршиво. Но если глупая пятнадцатилетняя рысь была наивной испуганной девочкой, то леди Зелея - это стерва прошедшая сквозь преисподнюю, а потому я вскидываю подбородок, пристально смотрю в его карие глаза и резко, не скрывая ни ярости, ни уверенности, произношу:
– Я вас убью, если вы хоть попытаетесь!
Смотрю на него, на моем лице нет и тени улыбки, а угрозы… мои угрозы это обещания! А свои обещания я неизменно исполняю! Лорд Равеяр удивленно вскинул бровь, но взгляда не отвел и наш молчаливый поединок продолжился. Да, я стерва, да у меня было любовников больше, чем я могу вспомнить, да, я не берегу свою честь и терять мне уже нечего, кроме своей свободы, но… именно за свою свободу я буду драться до конца! У меня ничего не осталось - ни имени, ни клана, ни рода, ни положения… ничего кроме моей свободы!