Чтение онлайн

— Почему такое неприятие в институте? Чем ты раздражаешь педагогов?

— Вообще-то, по идее я, видимо, не так заявление написала… А если смотреть в корень… Есть у человека, допустим, маленькая власть, а сам он по жизни ничто, и если у него появляется возможность на ком-то отыграться, то почему бы и нет? Вроде милиционеров: дай им участок метр на метр, и они уже это не упустят. Будут так измываться над людьми!.. Когда я училась на первом курсе ВГИКа, устроилась дворником, приходила усталая после работы на занятия, а мне говорили: "Ты пила всю ночь!"…

Я сегодня пришла домой в полвосьмого. Мы с подругой всю ночь ругались и перебили всю посуду. Ирка, моя двоюродная сестра, открыла дверь: "Ты что, с бодуна? Ну дыхни!.. Нет, не с бодуна". — "Нервы, моя родная, — говорю, — нервы". Принимаю душ. Ирка говорит: "Ну, ты — атас!". И сажусь краситься. Думаю: "Если корреспондент увидит меня, то обалдеет". Голова болит, глаза слезные, руки трясутся. Говорю: "Ирка, сейчас придет человек, начнет задавать вопросы, и самое ужасное, что я ни черта не смогу ответить более или менее приличное. Только потому, что мозги не варят, сил нет. Единственная мечта — упасть на голом полу и спать". Я была такая уставшая, выпотрошенная. Но полтора часа до вашего прихода вздремнула…

— Жизнь тебя стегает и стегает?

— Она, наверное, всех, как ни крути, стегает. Ну и мне достается.

— Родственники не могли помочь?

— Все, кроме бабушки, были заняты своими делами. Меня ведь на самом деле никто не понимает: ни мама, ни друзья, ни возлюбленные. У всех какая-то задняя мысль. Но это нормально, даже не обижает. Мне — все равно хорошо! Я живу, я радуюсь.

— Когда тебе в последний раз дарили цветы?

— По-настоящему, как бы я хотела, — полтора года назад. Мне дарили цветов очень много, но это все было не то. А последний раз — неделю назад. Молодой человек мне нахамил, я задела его самолюбие. А когда у молодых мальчиков подрываешь самолюбие, они становятся страшными. Он потом понял, что был не прав, принес большую-большую розу. И сказал в досаде, что я не женщина.

Я действительно не смогу, наверное, готовить, стирать с утра до ночи рубашки и трусы, штопать носки, рожать детей, ходить в бигуди и в застиранном халате. Это я, конечно, утрирую, но я не смогу хранить очаг. Потому что у меня в голове — ветер, в заднице — шило и так далее.

— Почему ты не сможешь рожать детей? Что-то со здоровьем?

— "Что-то" — само собой. Потому что здоровье у меня такое «хорошее», что пора в могилу. Нет, это не смешно. Это серьезно. Мой ребенок должен быть обеспечен. Мама- это замечательно, но когда мать-одиночка — это ужасно! Ребенок все равно недоразвитый вырастает, с душевной травмой. Имею ли я право рожать?

Родить, конечно, можно. Эгоизм мой будет удовлетворен. А дальше что? Чтобы родить ребенка, нужно нести за него полную ответственность и знать, что ты посвятишь ему все, что возможно, и не только в мечтах, а реально. Я вижу, что мне это не светит, у меня это не получится. Я бы не хотела, чтобы у моего ребенка было такое детство, как у меня (я не имею в виду поэзию, славу).

— Твои партнеры не обманывают ожиданий?

— Иногда обманывают. Но по этому поводу не стоит плакать. Слишком много в жизни других радостей, которые выше и больше. Тем не менее это мне тоже нравится. Я никогда не отрицала, что вырасту настоящей женщиной, а не фригидной идиоткой.

— Ты никогда не завидовала блудницам?

— Да я сама вроде такая… Блудницы в годы юности доставляют великолепные удовольствия своим мужчинам, они — потрясающие куртизанки! А потом остаются у разбитого корыта — как я сейчас…

— Даша Асламова, известная журналистка, сказала мне, что нет таких женщин, которые не продаются. Предложи миллион — и любая, даже самая-рассамая, прыгнет в постель…

— Я не вижу здесь ничего страшного и плохого. Давайте скажем так: продается, наверное, любой человек. Так принято в этом страшном мире, как ни крути.

А если жутко продаются мозги? Человек теряет к себе уважение, потому что ему приходится продавать свою голову — за тот же миллион. Или я ошибаюсь? Но можно ли продать свое духовное начало? Ну, если относительно Фауста, тогда — да. А так, мне кажется, нет, нельзя.

Наша жизнь построена на купле-продаже. Вот ты продал свое тело и при этом не потерял что-то главное. Ты продолжаешь уважать себя только потому, что можешь еще любить. Можешь что-то отдавать бескорыстно, делать бескорыстно. И встает вопрос: продался ли ты по-настоящему? Продалась какая-то твоя внешняя оболочка. Ну и Бог с ней!

— Этой теорией может успокаивать свою совесть любая проститутка. Скажет: "Я продаю только тело, а внутренне остаюсь на высоте…".

— Так оно и есть. Для проститутки это не может быть оправданием лишь в том случае, если она пустышка и у нее, кроме того, что есть между ног, ничего нет. И говорит она так, чтобы успокоить себя или маму, которая знает, что ее дочь зарабатывает на панели.

Я не осуждаю проституток. Если ты личность, продавай свое тело, пока не встретишь кого-то или что-то, после чего тебе больше не захочется этим заниматься, а захочется работать, как все люди.

— Да не получается так, Ника! Профессия накладывает отпечаток, человек становится циничным, вульгарным…

— У меня получается! Главное, что у меня получается!

— Ты хороший застольный товарищ. Коньяк часто пьешь?

— Коньяком прошлой зимой угощал меня Александр Любимов. А я, бедная, так волновалась, что у меня периодически проливалась рюмка. После пятой я уже, правда, не волновалась. Самое главное, он мне подливал и сам пил, пока не кончилась бутылка. Так мы готовились к «Взгляду». Это благодаря тому журналисту, который написал обо мне статью в "Новой ежедневной газете", я снова во «Взгляд» попала. Скажите о его статье свое мнение.

— Если он там работает, он профессионал…

— Понимаете, бывает жестокий профессионал, без души. А профессионал должен быть с душой. Тот журналист тыкнулся во «Взгляд», стал вторым человеком после Любимова. Пришел ко мне неделю назад. Сидит и начинает ныть… А меня что-то зло взяло. Я чего злая была? На меня с долгами наехали. Я встаю с кровати и говорю: "Хватит пи…еть! Если бы я, как ты, получала две тысячи баксов, то, клянусь тебе, надорвала бы себе жопу, но оставалась бы еще сама собой. А ты мне заливаешь, что потерял себя, а теперь только зарабатываешь деньги и не можешь писать. Не верю, не верю!..". Господи, дай мне «бабок», чтобы я не думала обо всей этой ерунде! Я столько сделаю! Этот проклятый быт из меня все высасывает, все силы отнимает.

— Ника, от быта не избавиться. С ним надо просто сжиться. Я это знаю по опыту. Я все-таки старше тебя…

— Вы — мудрее. Поэтому мои слова звучат более откровенно, безапелляционно. А кто вы по гороскопу?

— Весы.

— Какая прелесть! Весы — это тот человек, с которым могу общаться и найти общий язык. А у меня более безответственный знак. Он должен переплыть фиг знает сколько морей, чтобы чего-нибудь достигнуть. Вся жизнь его в сумашедствии! Он стреляет в сердце, а все его стрелы возвращаются обратно. Ясно, кто я по знаку?