Стихи мои, откуда вы берётесь?
Шрифт:
Ты уходил по ней и взглядом звал меня,
но вдруг сбивался ритм, скакнув к тревоге.
Лежал в больших коробках белый мел.
В раздавленном мелу паркетный пол белёсый.
Никто вокруг в глаза мне не смотрел,
и был во всём неясный знак угрозы.
Но может быть, случалось не с тобой,
а мел не значится в тех сонниках старинных.
Не в силах вырваться сама, будильника отбой
я жду, спасающий виновных и безвинных.
***
Ты не приходишь на рассвете
в осколки снов моих,
и никогда мой тихий стих
твоей дороги не осветит.
И никогда я не узнаю,
как жизнь сбылась твоя.
В трёх соснах потерялась я,
тебя напрасно призывая.
Но с каждым днём призыв слабее,
и, грусть глубоко затая,
всё дальше уходила я,
всё меньше о тебе жалея.
Лишь иногда, когда мне очень плохо,
снимаю маску я перед собой
и вижу ясно: Боже мой!
Как без тебя глуха заветная дорога…
***
Мой тождик – с планеты иной,
и наше свидание с ним -
по сговору в высших мирах.
Жизнь без него – лишь аккорд,
затерявшийся в безднах Вселенной.
Несостоявшаяся встреча
Поэма
Отзывчивое сердце ждёт
внимательного взгляда,
и если нравится не тот,
рубить с плеча не надо.
Мне снился Лёша – хулиган,
моей мечты избранник.
Возможно, он носил наган,
слуга порока ранний.
Его от нашего двора
моя гоняла мама.
Над ним смеялась детвора –
такая вышла драма.
Он мне презреньем отомстил,
обидевшись на маму,
себе же трусость не простил,
с испугу сбив программу.
Труслив и подл, но ох как мил!
Я плакала в подушку:
он бросил школу и забыл
пай – девочку подружку.
И до девятого никто
не любовался мною,
и было комплексов за сто
той раннею весною.
А кроме комплексов была
коза-мудрец и кошка Мурка,
озёра синего стекла,
окраин наших закоулки.
Бродила я совсем одна
и не боялась леса,
в свои мечты погружена
печальная принцесса.
Грустна, мечтательна, нежна,
а между тем ходила в школу,
козу доила, из окна
смотрела в палисадник голый.
И вдруг на лестнице взглянул
в зрачки зелёными глазами
знакомый юноша – и гул
прошёл по сердцу как цунами.
Я испугалась, что любовь
меня захватит безответно.
Моя в виски стучала кровь,
но отвернулась я надменно.
Он через месяц уезжал,
в самом расцвете мая.
Остановился и стоял,
меня запоминая.
И уходя, мой взгляд держал
тот, кто козе принёс охапку
зелёных веток, помогал
дрова пилить и делать грядки.
Он был высок и худ, и смугл,
прядь тёмная на лоб спадала.
Он мне рукою не махнул,
а я потерянно молчала.
Я не успела полюбить,
защиту строя от страданий.
И долго не могла забыть.
В любом раскладе платим дани.
Зеленоглазый друг, прощай!
Мне жаль, что так сложилось.
Чуть погрусти, повспоминай,
но лишь бы боль не длилась…
Прости, зелёный юный май!
И скованность, и гордость.
Земной лесов окрестных рай
и милой мамы хворость.
Безденежье и чистота,
мечтательность во взоре.
И вуза крепость не взята,
но по колена море!
Ракеты будем изучать,
чертить на ватмане проекты,
сдавать в окошко спецтетрадь –
и позабудем о поэтах!
Окончим техникум, тогда
о счастье помечтаем.
Пока же ватман, провода –
других забот не знаем.
Домчат до счастья поезда,
не согласуясь с нашим планом.
И мне приснился сон тогда –
он был предчувствием романа.
Я девочку лет четырёх
причёсывала и вплетала
в златые локоны её
цветные ленты. Всё сияло
от взгляда светлого дитя.
Проснулась в ожиданьи чуда,
Как будто счастье обретя.
Как к нам приходят сны, откуда?
Что сны? Моей лишь мысли взлёт
иль отзвук связи со Вселенной?
Пророчество? Мечты полёт
Иль отголосок однодневный?
Мне кто-то знаки подаёт?
Я прочитать их не умею.
Мимо меня весна пройдёт,
я слёзы лишь свои посею.
Конец ознакомительного фрагмента.