Близки кровавые зрачки, дымящаяся пеной пасть… Погибнуть? Пасть? Что — мы? Вот хруст костей… вот молния сознанья перед чертою тьмы… и — перехлест страданья… Что — мы! Но — Ты? Твой образ гибнет… Где Ты? В сияние одетый, бессильно смотришь с высоты? Пускай мы тень. Но тень от Твоего Лица! Ты вдунул Дух — и вынул? Но мы придем в последний день, мы спросим в день конца, —за что Ты нас покинул?
Сентябрь 1917
СПБ
ПОЧЕМУ?
О Ирландия, океанная, Мной не виденная, страна! Почему ее зыбь туманная В ясность здешнего вплетена? Я не думал о ней, не думаю, Я не знаю ее, не знал… Почему так режут тоску мою Лезвия ее острых скал? Как я помню зори надпенные? В черной алости чаек стон? Или памятью мира пленною Прохожу я сквозь ткань времен? О Ирландия неизвестная! О Россия, моя страна! Не единая ль мука крестная Всей Господней земле дана?
Сентябрь 1917
СПБ
ТЛИ
Припав к моему изголовью, ворчит, будто выстрелы, тишина, запекшейся черной кровью ночная дыра полна. Мысли капают, капают скупо, нет никаких людей… Но не страшно. И только скука, что кругом — все рыла тлей. Тли по мартовским алым зорям прошли в гвоздевых сапогах. Душа на ключе, на тяжком запоре. Отврат… тошнота… но не страх.
28 октября 1917. Ночью
ВЕСЕЛЬЕ
Блевотина войны — октябрьское веселье! От этого зловонного вина Как было омерзительно твое похмелье, О бедная, о грешная страна! Какому дьяволу, какому псу в угоду, Каким кошмарным обуянный сном Народ, безумствуя, убил свою свободу, И даже не убил — засек кнутом? Смеются дьяволы и псы над рабьей свалкой, Смеются пушки, разевая рты… И скоро в старый хлев ты будешь загнан палкой, Народ, не уважающий святынь!
29 октября 1917
СПБ
ЛИПНЕТ
«Hовой Жизни»
Не спешите, подождите, соглашатели, кровь влипчива, если застыла; пусть сначала красная демократия себе добудет немножко мыла… Детская-женская — особо въедчива, вы потрите и под ноггями. Соглашателям сесть опрометчиво на Россию с пятнистыми руками. Нету мыла — достаньте хоть месива, чтоб каждая рука напоминала лилею… А то смотрите: как бы не повесили мельничного жернова вам на шею!
30 октября 1917
СПБ
СЕЙЧАС
Как скользки улицы отвратные, Какая стыдь! Как в эти дни невероятные Позорно — жить! Лежим, заплеваны и связаны, По всем углам. Плевки матросские размазаны У нас по лбам. Столпы, радетели, водители Давно в бегах. И только вьются согласители В своих Це-ках. Мы стали псами подзаборными, Не уползти! Уж разобрал руками черными Викжель — пути…
9 ноября 1917
СПБ
У. С.
Наших дедов мечта невозможная, Наших героев жертва острожная, Наша молитва устами несмелыми, Наша надежда и воздыхание,- Учредительное Собрание,- Что мы с ним сделали…?
12 ноября 1917
СПБ
14 ДЕКАБРЯ 17 ГОДА
Д. С. Мережковскому
Простят ли чистые герои? Мы их завет не сберегли. Мы потеряли все святое: И стыд души, и честь земли. Мы были с ними, были вместе, Когда надвинулась гроза. Пришла Невеста… И невесте Солдатский штык проткнул глаза. Мы утопили, с визгом споря, Ее в чану Дворца, на дне, В незабываемом позоре И в наворованном вине. Ночная стая свищет, рыщет, Лед по Неве кровав и пьян… О, петля Николая чище, Чем пальцы серых обезьян! Рылеев, Трубецкой, Голицын! Вы далеко, в стране иной… Как вспыхнули бы ваши лица Перед оплеванной Невой! И вот из рва, из терпкой муки, Где по дну вьется рабий дым, Дрожа, протягиваем руки Мы к вашим саванам святым. К одежде смертной прикоснуться, Уста сухие приложить, Чтоб умереть — или проснуться, Но так не жить! Но так не жить!
БОЯТСЯ
Щетинятся сталью, трясясь от страха, Залезли за пушки, примкнули штык. Но бегает глаз под серой папахой, Из черного рта — истошный рык… Присел, но взгудел, отпрянул кошкой… А любо! густа темь на дворе! Скользнули пальцы, ища застежку, По смуглым пятнам на кобуре… Револьвер, пушка, ручная граната ль,- Добру своему ты господин. Иди, выходи же, заячья падаль! Ведь я безоружен! Я один! Да крепче винти, завинчивай гайки. Нацелься… Жутко? Дрожит рука? Мне пуля — на миг… А тебе нагайки, Тебе хлысты мои — на века!
12 января 1918
СПБ
ОПЯТЬ
Опять она? Бесстыдно в грязь Колпак фригийский сбросив, Глядит, кривляясь и смеясь И сразу обезносев. Ты не узнал? Конечно — я! Не те же ль кровь и раны, И пулеметная струя, И бомбы с моноплана? Живу три года с дураком, Целуюсь ежечасно. А вот, надула колпаком И этой тряпкой красной! Пиши миры свои — ты мой! И чем миры похабней - Тем крепче связь твоя со мной И цепи неослабней. Остра, безноса и верна, Я знаю человека… Ура! Да здравствует Война Отныне и до века!
Февраль 1918
СПБ
ЕСЛИ
Если гаснет свет — я ничего не вижу. Если человек зверь — я его ненавижу. Если человек хуже зверя — я его убиваю. Если кончена моя Россия — я умираю.
Февраль 1918
СПБ
МОСТЫ
Говорить не буду о смерти, без слов все кругом — о смерти; кто хочет и не хочет — верьте, что живы мертвые… Не от мертвых — отступаю, так надо — я отступаю, так надо — я мосты взрываю, за мостами — не мертвые… Перекрутились, дымясь, нити, оборвались, кровавясь, нити, за мостами остались — взгляните!- живые — мертвее мертвых…