Чтение онлайн

— Убедись, что эти ублюдки получат по заслугам.

— Лиля, я тебя прикончу!..

Велимонт с Лилией резко обернулись. К ним решительно направлялась Кира и довольно сильно злилась.

— Как ты могла? — воскликнула она, — Плевать, что бы со мной было! Он не заслуживает такой смерти… Я бы и сама с ними разобралась, ты меня знаешь! Но кто теперь поможет ему?

Велимонт, посмотрев куда-то в сторону, пробурчал:

— Я вроде как не маленький ребенок. Если уж умирать — значит умирать.

— И что теперь? Ты вот так просто оставишь Лорен в одиночестве после всего? — Кира уперлась руками в бока и пристально уставилась на некромага, заставив того сразу встревожиться. — Да, я хоть и наивная милая девочка с виду, но и наподдать могу, если надо.

Тот растроганно улыбнулся и уже более уверенно ответил:

— Берегите себя, девчонки. Вы такие молодцы. Может, я и умру завтра, но я сделаю все, чтобы забрать Арта с собой, — он обнял их обеих, улыбнулся еще раз напоследок и поспешил к Лорен. Кира задумчиво посмотрела ему вслед.

— Ты думаешь о том же, о чем и я? — спросила она сестру.

— Да, мы определенно должны им хоть как-то помочь, — отозвалась Лилия.

***

Все вокруг казалось Лорен ненастоящим. Все эти люди и не люди казались искусственными, а их эмоции — поддельными. Вот-вот жизни всего ковена и Велимонта могли сорваться с последней ниточки, а все вокруг просто веселятся. Казалось, не здесь ей сегодня исполнилось двадцать лет. Она чувствовала себя прозрачной и застывшей во времени.

Все, что она видела сейчас перед собой — Велимонт. Все эти вампиры и маги вокруг них, которые веселились, пили запретные коктейли и танцевали, были лишними. Лорен смотрела прямо перед собой — туда, где только что в толпе растворился некромаг, и ждала, когда он появится. Внезапно она вскочила из-за страшной мысли в голове, что больше никогда его не увидит. Но это ли самое страшное? Страшнее будет то, что последует после.

Девушка тупо уставилась в толпу, мучительно ожидая увидеть то самое уже полюбившееся ей лицо… Черт возьми, какой страх? Теперь ей уже было не до страхов, не до прошлой боли или событий, которые раньше жгли ее изнутри — теперь изнутри ее сжигала одна лишь мысль об этом некромаге.

Она побежала вперед, в панике расталкивая тех, кто не уступал дорогу — казалось, голова ее вот-вот взорвется, но это только придавало ей сил, которых она давно уже не чувствовала в себе. Она ведь столько времени считала себя слабой.

– ----------------------Laurel — Fire breather-----------------------------

— Велимонт! — отчаянно кричала она в толпе. — Вель! Велимонт!

Вдруг кто-то сзади мягко положил ей руку на плечо и развернул к себе.

— Эй-эй, ты чего? Я здесь! — некромаг крепко прижал девушку к себе и поцеловал в лоб, — Испугалась? Опять? — он улыбался.

Лорен подняла лицо и посмотрела на него. Выглядел он плохо. Лицо у него было бледным, под глазами выступили черные круги, а лоб, когда Лорен к нему прикоснулась ладонью, горел. Двигался Велимонт устало, но старался не показывать виду.

— Надо уходить, тебе совсем плохо! — кричала сквозь музыку девушка.

Велимонт улыбался и держал ее лицо ладонями.

— Все хорошо, не волнуйся за меня! Главное, что мы вместе, разве нет? — успокаивал он.

Лорен вырывалась, и по щекам у нее потекли слезы.

— Нет, ты не можешь умереть! Я просто не позволю тебе! Я ведь люблю тебя!

Велимонт осекся, но Лорен даже не обратила на это внимания. Она бессильно смотрела на него и плакала, ведь она не жалела ни о чем и готова была произнести это еще хоть сто раз, хоть тысячу.

— Но ты не представляешь, как я буду счастлив умирать, зная, что ты любишь меня… — ответил он, шатаясь на ровном месте.

— Я тебя из-под земли достану, если ты умрешь, оживлю тебя и убью еще раз, слышишь! — отчаянно кричала Лорен, всхлипывая.

Некромаг все так же усмехался, с любовью и сожалением глядя на эту невинную и храбрую девушку, без тени сомнения отдавшую ему свое чистое и наивное сердце и терял свои последние силы.

— Я не иду с вами. Я не дотяну, моя дорогая… Увы, но то лекарство, о котором мне говорила Лилия, было уничтожено сегодня нашими врагами. Я вернулся к тебе с совершенно пустыми руками…

Лорен вдруг успокоилась и осознала, что ей это и не нужно больше — бояться. Она больше не слабая, только не сейчас.

— Ты заставил меня поверить. Ты спас меня. И не говори мне, что я не должна делать этого взамен! Ты сам залез мне в душу, и теперь я — твоя самая большая проблема. И теперь я буду бороться до последнего. Хочешь умереть? Только через мой труп! — фыркнула она и скрестила руки на груди.

Велимонт снова слабо улыбнулся, взял ее за руки и прижал их к себе.

— О большем я и не мечтал.

Некромаг из последних сил прижал Лорен к себе, страстно целуя ее губы и щеки.

— Я люблю тебя, мой маленький рыжий ангел!

Лорен, счастливо улыбаясь, оторвалась от его губ и пробормотала:

— Бери, сколько хочешь! У меня сейчас столько сил, сколько не было за всю жизнь. Тебе они сейчас нужнее, чем мне, — и тут же, не дожидаясь отказа, Лорен откинула волосы с левого плеча и прижалась к Велимонту.

— Из первых рук! И все добровольно. Как ты любишь, — усмехнулась она.

— Я постараюсь аккуратно… — Велимонт смутился, но тут же, жадно уставившись на ее шею, прижался к ней губами.

Лорен терпеливо ожидала боли, закрыв глаза, пока он растягивал момент, целуя ее шею. Внезапно он осторожно прокусил ее сонную артерию и прижал девушку к себе еще сильнее. Лорен вскрикнула, но ее крик лишь растворился в шуме и хаосе, который творился в Скайлайте.

– ---------------Upon A Burning Body — My Distorted Reflection----------------------------

Утро следующего дня было довольно пасмурным. Для кого-то это был день знаний — первый день учебного года. Для них всех этот день был концом или началом всего. Может быть, судьба не зря выбрала этот день и это место для открытия портала — в сердце Лорен таилось много воспоминаний, связанных с этим лицеем, ведь она закончила его всего на пару лет раньше Розы. И, возможно, здесь оборвется что-то очень важное для нее, и она навсегда оставит это в прошлом. Или останется в прошлом сама… Забавно было в этот день видеть заспанные недовольные лица, которые не хотят учиться — им лишь только дебоширить, как хотел любой студент в свое время.