Стихийное бедствие в Академии Междумирья
Шрифт:
А мысли я и правда читать не умела. Весьма паршивый менталист, это и в Шах-Грине подтвердили.
– Живите, – выдохнул мужчина, хлопком затушил пламя на ладони и снова упал на пригретое местечко под окном. – Я сегодня добрый.
– Страшно представить, как вы тогда злитесь…
Поерзав на кофте, я сделала вид, что вернулась к книге. Брови сдвинула, глаза сощурила, запыхтела вдумчиво… Буквы в слова не складывались.
Мой сосед не менее безуспешно притворился спящим, даже веки сомкнул. Его грудь размеренно вздымалась, до хрустящего треска натягивая темную ткань. Ладно, допустим, спустя пять минут я почти поверила в этот драматический этюд.
Сама же невольно покусывала губы, вспоминая украденный у Анжелы поцелуй. Может, сбой в их любовном сюжете случился из-за меня? Не та девушка. Не та героиня. Поцелуй он так её, Анжела не смогла бы сбежать на ватных ногах. Да и к чему сбегать от такого мужчины?
Вечно Иви Рэйвенс оказывается не в то время не в том месте! А потом в ее личном деле появляются неприглядные записи…
– Вы весь вечер собираетесь тут торчать?
– Мешаю? – нарочито сонно зевнул мужчина.
– Мешаете.
Я мало что смыслила в девичьих грезах. Как у большинства сеймурчан, у меня было плохо с воображением. Но соседство привлекательного господина ужасно отвлекало от лохматого подростка, бегавшего по страницам недочитанного романа.
Упиваться любовной историей не получалось: истеричный литературный паренек в подметки не годился небритому собеседнику с горделивым профилем.
– Терпите. Это общая оранжерея.
– Вам нужно отвлечься. Сменить… эмм… вектор. Пустить нерастраченную энергию, – я кивнула на его дымящийся рукав, – в мирное, знаете ли, русло…
А не пытаться приготовить стейк из одной безобидной менталистки! У которой завтра, между прочим, ответственный день.
Зачисление в новую академию, встреча с будущим куратором и вот это все. Каждый раз как в первый раз! И всякий раз хочется провалиться в Керрактову бездну, когда на стол вываливают мое досье.
– Вы магический мозгоправ? – со смесью недоверия и притворного восхищения протянул Герой. Ну да, точно: мы на медицинской конференции, тут почти все целители. – Такой юный и уже с правом практики?
«Я фантастический мозгоклюй. Без права практики, ибо внушение выше первого уровня…»
– Так, давайте. Вставайте, – я отложила книгу на пол и попыталась поднять Героя. Тот намертво прилип к своему месту. Или просто был очень тяжелым. – Идите в зал, найдите симпатичный одноразовый вариант, дайте сюжету новый пинок… тьфу, виток… У вас все шансы уйти с банкета в компании прелестной героини с острыми плечиками.
– Чудовищно слышать столь циничные речи от юной мисс, – он осуждающе вскинул брови.
– Юная мисс много общается с замужней сестрой. Лотти утверждает, что свежая, незапятнанная браком страсть – идеальное лекарство от душевных хворей.
Я прикусила язык и отвернулась. Со временем любой менталист учится видеть больше. Так появляется первая капля цинизма…
У меня этих капель в копилке было пока немного. И каждую я присыпала пышными зефирными мечтами о том, чтобы «как в романе».
– Как вы можете рекомендовать то, в чем сами не разбираетесь?
Спящего он уже не изображал и пристально исследовал меня глазами. С каким-то обезоруживающим интересом.
– Когда у меня болит сердце, я беру хавранский любовный роман, большое ведро замороженного мусса из лепестков филии и ярмового сока, уютный пушистый плед и…
Сир глухо закашлялся и местами снова воспламенился, и я захлопнула рот. Он резво поднялся, отряхнулся, оправил брюки.
– Ограничимся первой рекомендацией, – пробубнил в свой кулак и стремительно покинул оранжерею.
***
Вон она, знакомая широкая спина с взлохмаченным хвостиком у затылка. Общается с барышней в лиловых кружевах. Не спина общается, конечно, а ее хозяин.
Мимолетного взгляда хватило, чтобы понять: разговор не клеится. Девица болтает, страстно жестикулирует и ждет инициативы, а маг медлит, рассеянно глазеет по сторонам, отвечает через раз…
Так вы, господин Герой, вообще никаких вариантов не найдете. Это я вам как специалист по дамским романам говорю. Даже «одноразовым» Золушкам хочется внимания.
– Подождешь на улице, пап? – обратилась к своему старику, настырно предлагавшему локоть.
Мы оба брели к выходу из пышно украшенного зала, пошатываясь по разным причинам. Отец просто устал выслушивать торжественные речи и несмолкаемые овации. Я же, случайно обнаружив рядом с собой на полу бокал с эхесской синей, не смогла совладать с искушением. И теперь мой магический резерв, не привыкший к подобным зельям, просил пощады.
– Только быстро, Иви. Я измотан общением с этими… кхм… «деятелями», – прокряхтел папа, натягивая походный плащ.
– Вот будто я тебя сюда силой заталкивала…
Отец отправился к портальной зоне, а я, щурясь, снова выискала глазами будущую жертву.
Задумка была плохая и строго наказуемая. Но эхесская синяя кружила голову, и в душе принялось подпрыгивать острое желание спасти мир. Или не мир, а одного непонятого и брошенного Героя. Или не в душе… А в другом месте, голодном до приключений и неприятностей.
Да чего я трясусь? Тут дело обойдется первым уровнем, никто и не заметит!
– Мисс Келси, я правильно понял, что ваш дядя интересуется… – с полным равнодушием на лице бубнил Герой.
– Вы не подержите? – перебив его хрустящий баритон, я сунула книжку в изящную белокожую лапку, задрапированную в кружевной лиловый рукав.
Невзначай коснулась запястья: пульс возбужденный, глаза горят. Да вы уже на крючке, мисс Келси! Красивый, галантный, немножко небритый, весьма нетрезвый… Идеальный. И сегодня – абсолютно ваш. Бесплатно и без магической регистрации. Такой вот неожиданный сюжетный поворот.
Надо лишь чуть-чуть подтолкнуть. Я натянула свою кофту, застегнула пуговицы, завязала поясок… Все это – стараясь не сталкиваться с недоумевающим взглядом темно-карих глаз.
– Благодарю, вы меня спасли, – я лучезарно улыбнулась девушке и снова скользнула пальцем по нежной коже, забирая книгу. Ого, она уже пользуется магическими кремами в столь ранние годы! – Эти бесконечные завязки, пояса и пуговицы… Хорошо, хоть корсеты вышли из моды. Слава фантазии дизайнеров Хавраны!
В эту секунду я как никогда чувствовала себя истинной сеймурчанкой. Хаврана славилась фантазией, а мы – тем, с какой охотой потребляли все, ей придуманное. Сеймур – мир воров… Тьфу, заимствователей. Порталов и открывателей, ага.