Чтение онлайн

Служанка вздохнула.

– Но однажды в их добрый и счастливый мир ворвался монстр. Отец демонов и духов огня, предводитель игнисов Исгард. Ему стало ненавистно счастье двух влюбленных, ведь его сердце никогда не знало ни любви, ни радости. Он позавидовал их улыбкам и предательски убил Айлгвина ударом в спину, когда тот шел на очередную встречу к своей Арьян. Девушка же, увидев истекающего кровью возлюбленного, закричала и сошла с ума, растворившись как водяная пыль. С тех пор ее тоже никто и никогда не видел.

– Какая… странная история, – нахмурилась я, припоминая, что игнисы – действительно демоны огня, которыми ругаются на родине Сициана. Но являются ли они плохими? Ведь и рудисы считаются демонами воды, по сути совершенно не являясь злом. Похоже, легенда, которую мне рассказала девушка, могла быть далеко не такой простой, как кажется на первый взгляд.

– Это ужасная история, предивная лидэль! С тех пор как это произошло, сила поддерживать благополучие на нашей земле осталась только у аватара воздуха, у Его Светоносного Владычества Эфиррея фэр Шеррада седьмого, да будут его годы долгими, а потомство – многочисленным.

Девицы все втроем ударились головами о пол, и от неожиданности я не успела их остановить.

– Спасибо за рассказ, красавицы, как насчет оставить теперь меня одну? – растянув губы в подобии улыбки, предложила я, уже мысленно выталкивая кумушек за дверь.

– Но ведь мы еще не надели на вас украшения! – взвизгнула та, что держала колье.

– Я сама, спасибо, – чуть ли не насильно забрала я у служанки драгоценность.

– Но! – возмутилась вторая.

– Кстати, вы так и не представились, – перебила я ее.

– Простите, предивная лидэль! Мое имя су Файра, а это су Шиалис и су Иншаяна.

– Какие замечательные имена! – воскликнула я, уже прикидывая, что вряд ли запомню. – А теперь будьте любезны…

– Но!..

– Мне надо подготовиться к… – Неприятные слова застряли в горле, но пришлось договорить: – К романтической встрече с предивным султаном!

– Ах, ну конечно, – тут же согласно завздыхали девицы и, одновременно поклонившись, наконец-то оставили меня в покое.

А я потерла переносицу, пытаясь прийти в себя.

Вот-вот заявится его хитрое султанство, как пить дать спросит, почему не надела подаренный браслет. А я буду неловко краснеть. Действительно же нехорошо вышло!

С другой стороны, если не надену колье, то, может, он и не заметит?.. С этими мыслями я вернулась к своим сокровищам, взяла оттуда черные серьги гаруспика и надела в качестве единственного украшения. В конце концов, они хотя бы подходили к платью.

После всего этого, почувствовав себя той самой подглуповатой домашней куколкой, умаявшейся от выбора нарядов на ужин, я уселась на несколько крупных мягких подушек и решила, что дальше – хоть трава не расти. Пусть приходит его перистое величество и устраивает свою романтическую трапезу посреди мягкой перины комнаты. А я понаблюдаю, что именно он хотел сказать этой странной затеей.

Однако все вышло вовсе не так, как я рассчитывала. Едва солнце начало клониться к горизонту, откуда-то со стороны стала раздаваться тихая переливчатая мелодия. Сперва я не обращала на нее внимания, но вскоре не прислушиваться было уже невозможно, и мне стало ясно, что звук исходит откуда-то из-за тяжелых светло-сиреневых штор возле дальней стены.

Подойдя к ним и распахнув их посильнее, я резко выдохнула. Оказалось, что за шторами скрывается еще один белоснежный балкон, о котором я не знала! И едва я оказалась возле тонких полупрозрачных дверей, сделанных в форме гармошки, как они распахнулись сами собой, явив мне зрелище невероятной красоты.

Над мраморными поручнями полукруглого балкона на лазурно-голубом небе, раскрашенном в персиковые оттенки, разливался закат. Слева в стороне расположились музыканты и играли на инструментах, напоминающих скрипки, справа стоял стол с голубоватой скатертью и темно-синими тарелками, украшенными золотыми узорами.

А в центре, занимая почти всю площадь пола, раскрыв огромные, сверкающие в заходящем солнце крылья, стоял белоснежный грифон и глядел на меня темно-синими глазами с ярко-золотыми искрами внутри…

Я замерла, забывая обо всем на свете. Взгляд хаотично блуждал по полукруглым перьям с красновато-желтым металлическим блеском, по перьям, которые то и дело медленно меняли свою форму, превращаясь в острые, будто лезвия, наконечники крыльев. Я исследовала взглядом мощные лапы, оканчивающиеся черными когтями, клюв, напоминающий темную медь, и снова возвращалась к дивным глазам, которые неотрывно следили за мной. В них словно растворилась безлунная ночь, полная волшебных звезд.

– Подойди, потрогай, тебе же хочется, – вдруг вполне по-человечески сказал грифон, заставив меня вздрогнуть.

– С чего ты взял, что мне хочется? – спросила я, незаметно складывая руки за спиной и щипая себя, чтобы отогнать наваждение.

Мне и впрямь хотелось его потрогать. Вспомнить, насколько его перья мягкие. Первый раз, когда я летела в лапах этого колдовского существа, думать о его красоте было немного некогда. Но и тогда белоснежное величие волшебной формы султана воздушного королевства не могло не поразить меня, не проникнуть и не запасть глубоко в душу.

Грифон был красив легкой благородной красотой, от которой веяло силой, но не давило властью. Его аура, если можно так сказать, не заставляла тебя подсознательно сгибать спину, чтобы подчиняться. Она заставляла сердце биться чаще от какого-то щемящего внутреннего восторга.

– Не хочешь? – переспросил грифон, чуть склонив голову набок. Большую пернатую голову, которую я уже мысленно гладила.

Я пожала плечами и через силу отвернулась, взглянув на закат. До рези в глазах…

Не заметила, как уже сделала несколько шагов вперед. А когда заметила, затаила дыхание. Но Эфиррей фер Шеррад в своем могучем божественном облике ничем не выдал своего триумфа. Не сказал: “Гляди, я же был прав, я знаю, что ты хочешь…”

Он молчал, и взгляд его не делался хитрее. Наоборот, он чуть склонил голову вниз, словно в надежде, что я все же подойду. Что я дотронусь.

Это подкупало. Инстинкт где-то на подкорке царапал, что, возможно, весьма вероятно, Эфир лишь играет… Но этот инстинкт пока не мог пробраться в рациональную часть моего мозга.

Я хотела верить, что все правда. Что, может быть, хотя бы здесь меня не обманывают. Что в этом просто нет никакого смысла.

А потому уже через пару мгновений я обнаружила себя гладящей огромную пернатую голову, которая склонилась еще ниже, а большие миндалевидные глаза цвета синего авантюрина закрылись, словно грифону было… приятно.