Они живут под серой тучей.Я им чужда и не нужна.Они не вспомнят тех созвучий,Которым я научена.Я всё молчу и всё тоскую.Слова их бледны и темны.Я вспоминаю голубуюЛазурь родимой стороны.Как странно им на все вопросыВстречать молчанье и вопрос!Но им приятно гладить косыМоих распущенных волос.Их удивленье не обидно,Но в предвечерние часыМне иногда бывает стыдноМоей распущенной косы.
Октябрь 1902
«Мысли мои утопают в бессилии…»
Мысли мои утопают в бессилии.Душно, светло, безотрадно и весело.Ты, прозвеневшая в странном обилии,Душу мою торжеством занавесила.Нет Тебе имени. Неизреченная,Ты — моя тайна, до времени скрытая,Солнце мое, в торжество облеченное,Чаша блаженная и ядовитая!
Октябрь 1902
«Разгораются тайные знаки…»
Разгораются тайные знакиНа глухой, непробудной стене.Золотые и красные макиНадо мной тяготеют во сне.Укрываюсь в ночные пещерыИ не помню суровых чудес.На заре — голубые химерыСмотрят в зеркале ярких небес.Убегаю в прошедшие миги,Закрываю от страха глаза,На листах холодеющей книги —Золотая девичья коса.Надо мной небосвод уже низок,Черный сон тяготеет в груди.Мой конец предначертанный близок,И война, и пожар — впереди.
Октябрь 1902
«Разгораются тайные знаки…»
Мне страшно с Тобой встречаться.Страшнее Тебя не встречать.Я стал всему удивляться,На всем уловил печать.По улице ходят тени,Не пойму — живут, или спят.Прильнув к церковной ступени,Боюсь оглянуться назад.Кладут мне на плечи руки,Но я не помню имен.В ушах раздаются звукиНедавних больших похорон.А хмурое небо низко —Покрыло и самый храм.Я знаю: Ты здесь. Ты близко.Тебя здесь нет. Ты — там.
5 ноября 1902
«Дома растут, как желанья…»
Дома растут, как желанья,Но взгляни внезапно назад:Там, где было белое зданье,Увидишь ты черный смрад.Так все вещи меняют место,Неприметно уходят ввысь.Ты, Орфей, потерял невесту,—Кто шепнул тебе: «Оглянись…»?Я закрою голову белым,Закричу и кинусь в поток.И всплывет, качнется над теломБлаговонный, речной цветок.
5 ноября 1902
7— 8 НОЯБРЯ 1902 ГОДА
Осанна! Ты входишь в терем!Ты — Голос, Ты — Слава Царицы!Поем, вопием и верим,Но нас гнетут багряницы!Мы слепы от слез кровавых,Оглушенные криками тлений.………………….Но в небывалых словахПринесла нам вздохи курений!
«Я их хранил в приделе Иоанна…»
Я их хранил в приделе Иоанна,Недвижный страж, — хранил огонь лампад.И вот — Она, и к Ней — моя Осанна —Венец трудов — превыше всех наград.Я скрыл лицо, и проходили годы.Я пребывал в Служеньи много лет.И вот зажглись лучом вечерним своды,О на дала мне Царственный Ответ.Я здесь один хранил и теплил свечи.Один — пророк — дрожал в дыму кадил.И в Оный День — один участник Встречи —Я этих Встреч ни с кем не разделил.
8 ноября 1902
СФИНКС
Шевельнулась безмолвная сказка пустынь, Голова поднялась, высока.Задрожали слова оскорбленных богинь И готовы слететь с языка…Преломилась излучиной гневная бровь, Зарываются когти в песке…Я услышу забытое слово Любовь На забытом, живом языке…Но готовые врыться в сыпучий песок Выпрямляются лапы его…И опять предо мной — только тайный намек Нераскрытой мечты торжество.
8 ноября 1902 (Апрель 1918)
«Загляжусь ли я в ночь на метелицу…»
Загляжусь ли я в ночь на метелицу,Загорюсь — и погаснуть невмочь.Что в очах Твоих, красная девица,Нашептала мне синяя ночь.Нашепталась мне сказка косматая,Нагадал заколдованный лугПро тебя сновиденья крылатые,Про тебя, неугаданный друг.Я завьюсь снеговой паутиною,Поцелуи, что долгие сны.Чую сердце твое лебединое,Слышу жаркое сердце весны.Нагадала Большая Медведица,Да колдунья, морозная дочь,Что в очах твоих, красная девицаНа челе твоем, синяя ночь.
12 ноября 1902
«Стою у власти, душой одинок…»
Стою у власти, душой одинок,Владыка земной красоты.Ты, полный страсти ночной цветок,Полюбила мои черты.Склоняясь низко к моей груди,Ты печальна, мой вешний цвет.Здесь сердце близко, но там впередиРазгадки для жизни нет.И, многовластный, числю, как встарь,Ворожу и гадаю вновь,Как с жизнью страстной я, мудрый царь,Сочетаю Тебя, Любовь?
14 ноября 1902
«Ушел я в белую страну…»
Ушел я в белую страну,Минуя берег возмущенный.Теперь их голос отдаленныйНе потревожит тишину.Они настойчиво твердят,Что мне, как им, любезно братство,И христианское богатствоСамоуверенно сулят.Им нет числа. В своих гробахОни замкнулись неприступно.Я знаю: больше чем преступноБудить сомненье в их сердцах.Я кинул их на берегу.Они ужасней опьяненных.И в глубинах невозмущенныхМой белый светоч берегу.