Стихотворения (1912-1917)
Шрифт:
хорошая пословица:
30 "Довольно дураков".
Пусть писатели начинают.
Подожду.
Посмотрю,
какою дрянью заначиняют
чемоданы душ.
Вспомнит толпа о половом вопросе.
Дальше больше оскудеет ум ее.
Пойдут на лекцию Поссе:
"Финики и безумие".
40 Иззахолустничается.
Станет - Чита.
Футуризмом покажется театр Мосоловой.
Дома запрется -
по складам
будет читать
"Задушевное слово".
Мысль иссушится в мелкий порошок.
И когда
останется смерть одна лишь ей,
50 тогда...
Я знаю хорошо -
вот что будет дальше.
Ко мне,
уже разукрашенному в проседь,
придет она,
повиснет на шею плакучей ивою:
"Владимир Владимирович,
милый" -
попросит -
60 я сяду
и напишу что-нибудь
замечательно красивое.
[1916]
Будет луна.
Есть уже
немножко.
А вот и полная повисла в воздухе.
Это бог, должно быть,
дивной
серебряной ложкой
роется в звезд ух_е_.
[1916]
Вбежал.
Запыхался победы гонец:
"Довольно.
К веселью!
К любви!
Грустящих к черту!
Уныньям конец!"
Какой сногсшибательней вид?
Цилиндр на затылок.
10 Штаны - пила.
Пальмерстон застегнут наглухо.
Глаза -
двум солнцам велю пылать
из глаз
неотразимо наглых.
Афиш подлиннее.
На выси эстрад.
О, сколько блестящего вздора вам!
Есть ли такой, кто орать не рад:
20 "Маяковский!
Браво!
Маяковский!
Здо-ро-воо!"
Мадам, на минуту!
Что ж, что стара?
Сегодня всем целоваться.
За мной!
Смотрите,
сие - ресторан,
30 Зал зацвел от оваций.
Лакеи, вин!
Чтобы все сорта.
Что рюмка?
Бочки гора.
Пока не увижу дно,
изо рта
не вырвать блестящий кран...
Домой - писать.
Пока в крови
40 вино
и мысль тонка.
Да так,
чтоб каждая палочка в "и"
просилась:
"Пусти в канкан!"
Теперь - на Невский.
Где-то
в ногах
толпа -трусящий заяц,
50 и только
по дамам прокатывается:
"Ах,
какой прекрасный мерзавец!"
[1916]
"Брюсов выпустил окончание поэмы
Пушкина "Египетские ночи". Альма-
нах "Стремнины".
Разбоя след затерян прочно
во тьме египетских ночей.
Проверив рукопись
построчно,
гроши отсыпал казначей.
Бояться вам рожна какого?
Что
против - Пушкину иметь?
Его кулак
10 навек закован
в спокойную к обиде медь!
[1916]