Чтение онлайн

Я подымаю рельсовый бунт.

Боитесь?

Трактиры заступятся стаями?

Боитесь?

На помощь придет Рив-гош {*}.

{* Левый берег (франц.).}

Не бойтесь!

80 Я уговорился с мостами.

Вплавь

реку

переплыть

не легко ж!

Мосты,

распалясь от движения злого,

подымутся враз с парижских боков.

Мосты забунтуют.

По первому зову -

90 прохожих ссыпят на камень быков.

Все вещи вздыбятся.

Вещам невмоготу.

Пройдет

пятнадцать лет

иль двадцать,

обдрябнет сталь,

и сами

вещи

тут

100 пойдут

Монмартрами на ночи продаваться.

Идемте, башня!

К нам!

Вы -

там,

у нас,

нужней!

Идемте к нам!

В блестеньи стали,

110 в дымах -

мы встретим вас.

Мы встретим вас нежней,

чем первые любимые любимых.

Идем в Москву!

У нас

в Москве

простор.

Вы

– каждой!
–

120 будете по улице иметь.

Мы

будем холить вас:

раз сто

за день

до солнц расчистим вашу сталь и медь.

Пусть

город ваш,

Париж франтих и дур,

Париж бульварных ротозеев,

130 кончается один, в сплошной складбищась Лувр,

в старье лесов Булонских и музеев.

Вперед!

Шагни четверкой мощных лап,

прибитых чертежами Эйфеля,

чтоб в нашем небе твой израдиило лоб,

чтоб наши звезды пред тобою сдрейфили!

Решайтесь, башня, -

нынче же вставайте все,

разворотив Париж с верхушки и до низу!

140 Идемте!

К нам!

К нам, в СССР!

Идемте к нам -

я

вам достану визу!

[1923]

Милый Давид!

При вашем имени

обязательно вспоминаю Зимний.

Еще хлестали пули-ливни -

нас

с самых низов

прибой-революция вбросила в Зимний

с кличкой странной - ИЗО.

Влетели, сея смех и крик,

10 вы,

Пунин,

я

и Ося Брик.

И древних яркостью дразня,

в бока дворца впилась "мазня".

Дивит покои царёвы и княжьи

наш

далеко не царственный вид.

Люстры -

20 и то шарахались даже,

глядя...

хотя бы на вас, Давид:

рукой

в подрамниковой раме

выводите Неву и синь,

другой рукой -

под ордерами

расчеркиваетесь на керосин.

Собранье!

30 Митинг!

Речью сотой,

призвав на помощь крошки-руки,

выхваливаете ком красоты

на невозможном волапюке.

Ладно,

а много ли толку тут?!

Обычно

воду в ступе толкут?!

Казалось,

40 что толку в Смольном?

Митинги, вот и всё.

А стали со Смольного вольными

тысячи городов и сёл.

Мы слыли говорунами