Степной, лесною, горноюДорогою просторною,Как наш советский край,На радость всенароднуюК нам с песнею походноюИдет зеленый Май.Гляжу, закинув голову,На солнышко веселое,Не опуская глаз:Такая ширь безбрежная,Кипучая, мятежнаяНа родине у нас!Колонны за колоннамиИдут, шумя знаменами,Как волны вешних вод.Над городами, хатамиМчат песни, став крылатыми,Ведь им неведом гнет.Полна снегами талыми,Бежит вода каналамиВ гранитных берегах,Впервые под столицеюВстречается с зарницеюМорских пространств размах.Дорогою просторною,Речной, степною, горною,Зеленый Май, спеши!Как много нами пройдено,Как возмужала родина,Как песни хороши!
‹22 апреля 1937 г.›
ЖИВЕТ РУСТАВЕЛИ
Ни бури, ни вихри, ни черные годыЕго не задели,В сказаньях-былинах и в думах народаЖивет Руставели.В кристальных ручьях вдохновенного словаИ в песенной трели,Звучащей из вечности снова и снова,Живет Руставели.В весенних зарницах певучего дара,Что мир облетели,И в образах ярких, светлее лазури,Живет Руставели.И в добрых порывах, чем души людскиеГорят и горели,В минуты покоя и в дни боевыеЖивет Руставели.Чудесные струны в старинные годыГрузинам звенели,Под солнцем советским на радость народамРасцвел Руставели.
‹1937›
УСТЬЕ
Я вновь живу от города вдали,Найдя приют в лесистом захолустье…И весело всегда стихи текли,Лишь вспоминал я уголок земли —Заросшее, покинутое Устье.Пускай пески желтеют там и тут,Не пальмы южные под этим небосводом, —Но мил душе гостеприимный люд,И холмики пологие встаютВ убранстве скромной и простой природы.О сосенки густые! О пески!Родной пейзаж на летнем солнцепеке!Здесь в жаркие, погожие денькиТы пьешь смолистый дух, что ветеркиНесут в своем невидимом потоке.Как в том краю чарующи леса!Сошлись к дорожкам и тропинкам сосны.Какой покой глубокий и краса!Вот вереска краснеет полоса,Гвоздики белой коврик медоносный.Стоишь, бывало, в затишке один,И целый мир лежит перед глазами.Теплынь струится от лесов, долин.Прогретый воздух свой прозрачный тынЗа Свислочью возводит над полями.Живет, дрожит, волнуется простор,И каждая букашка тащит что-то.Движенья сколько возле гнезд и нор!Чабрец пушистый расстелил ковер,Сзывая пчел, — тут есть для них работа.Под горкою лучистый поясок —То Балачанка светлою струеюЛаскает невысокий бережок.Как хорошо, прилегши на песок,Понежиться здесь утренней зарею.Раскрыв шатры, богатыри дубыСтоят за речкой лагерем могучим.В борьбе с дубами вихри все слабы, —Вершин ветвистых гордые чубыИ в час грозы не бьют поклонов тучам.За Балачанкою, где Блужский борВеселым шумом наполняет дали,Как будто охраняя косогор,Над ельником склоняет свой уборСосна-старуха, затаив печали.Натянутые струны тишиныЗвенят от песни, что на крыльях мчится;Гудит мотор в волнах голубизны;Купаясь в солнце, дни моей страныНе устают счастливой песней литься.Летит-гудит над Устьем самолет,А кое-где внизу — кривые хатки,Заборы старые… Но мой народТам светлые строенья возведет,Добьет былого жалкие остатки.Тут волю я даю своим мечтам;Знакомых мест я скоро не узнаю,Прочь выметут колхозы старый хлам.Я новые дома увижу самИ Устья ни на что не променяю!
‹1937›
УСТЬИНСКИЙ ХОЛМ
Заветный холмик в Устье отыскав,Люблю в свободные мгновеньяЯ в соснах наслаждаться тенью,Вести беседу, слушать пенье,Впивая мед лесов и запах трав.Пусть не богат, не славен холмик мой,Пусть он простой, не знаменитый,Но чабрецом зато покрыт он,Там пчелки вьются деловито,По капле мед сбирая золотой.Ковер гвоздики близ холма расцвел,Легко махровые снежинкиЛегли на тонкие тычинки,Колебля слабые былинки,Украсивши песчаный этот дол.Чудесный вид мне с холмика открыт,Голубизна сквозит далече,Семья дубов широкоплечихСтоит, как воины на вече,Что солнышко приподняли на щит.А там луга вдоль Свислочи легли,Лозняк с ольхой сплелись ветвями,Над островками, пустырямиДень веет синими шелками,Что вытканы дыханием земли.Вот аисты, чьи крылья тяжелы,Сюртук надев свой черноперый,Оглядывают косогоры,Как землемеры-ревизорыИль важные заморские послы.Алмазами росы сверкает луг,След за охотником ложится:Стрелок высматривает птицу.Какой улыбкой взор искрится,Когда бекаса он подстрелит вдруг!Все видно мне, все звуки мне слышны:Шум трактора за Балачанкой,И мельница, что крыта дранкой,И песнь девчат из Березанки,И небо — сплошь окно голубизны.Я с холмика в засушливые дниГляжу в окно, как чередоюКлубятся тучи предо мною,Я покорен их красотою, —В них гром грохочет, молнятся огни.…Теперь живу от Устья я вдали,Сижу средь книг, чернил, бумаги.А в мыслях — лес, река, овраги,Клев рыбы в час вечерней влаги,Дары колхозной радостной земли.Из этих дум венок я вью простой.В нем вся теплынь и голос лета,Что солнцем ласковым согрето,В нем мирные мечты поэта…И всё — тебе, о Устье, холмик мой!
‹18 октября 1938 г.›
БЛИЗКО ВЕСНА
Не сошел еще в низинахСнеговой покров,Веет холодом в долинах,Луг застыл, суров.Но яснее свод небесный,Больше в нем тепла.И надеждою чудеснойРоща расцвела.С шапок белый пух стряхнулиСосны, тополя,Под деревьями проснулась,Ожила земля.Солнце взгорья пригревает,Сушит капли слез,И ручьи журчат, сбегая,Меж корнями лоз.По округе зазвенелиГолоса весны,И полны пьянящим хмелемРадостные сны.Веселей навстречу светуСмотрят окна хат,Эй, колхозник, дело к лету,Шевелися, брат!Над землею, как жалейка,Солнцу в лад и в тон,Сыплет пташка-чародейкаПервых песен звон.
‹1938›
НА НОВОЙ ЗЕМЛЕ
Легла дорога столбовая,Она зовет меня вперед;Иду, и мысль растет живая,И чувство новое растет.Куда ни гляну — ширь и воля,Уходит в небо дальний лес.Межи давно не видно в поле,Бурьян — и тот с земли исчез.Цветут луга в одеждах новых,Шумит листвой зеленый сад,И ветер в запахах сосновых —И он шумит на новый лад.Глядишь, дома встают, белеяТо с той, то с этой стороны,И тешат новизной своею,И сердце радуют, стройны.Вон там, раскинутый над долом,Клубами к небу всходит дым,И весть несет колхозным селамГудок напевом молодым.Ползут по склону, через кочки,Волы стальные вверх и вниз,Ведет их девушка в платочкеИль комсомолец-тракторист.А тут, где лишь вчера болотоПлитой лежало гробовой, —Колосья поднялись без счета,Качая гордой головой.И над осушенной трясинойПластами торф лежит, как щит,И высятся над всей равнинойГромады черных пирамид.Идут колхозные подводы,Товар везут грузовики,И всё моложе год от годаСедые даже старики.Леса полны весенним зовом,На край свой любо мне взглянуть.К земле, в ее наряде новом,Хотел бы сердцем я прильнуть.
‹1938›
ДЖАМБУЛУ
В полях Украины, в предгорьях Памира,В казахских счастливых аулахГремит многострунная звонкая лира,Симфония песен Джамбула.Чудесные песни его — словно зори,Что утром сверкают в лазури,Что радугой блещут в небесном просторе,Сплетаясь из солнца и бури.И дышит в них свежесть и юная сила,В них мудрость живет Казахстана,Порывы потоков, орлиные крыльяВ пленительных думах Бояна.Плывут его песни от края до края,Полны вдохновенного гула.Я деду Джамбулу привет посылаю,Люблю я акына Джамбула!Приветствую славную партию нашу,Что руки народов сомкнулаДля дружбы великой, для дружбы всегдашней,Что нам подарила Джамбула.
‹1938›
ТАРАСУ ШЕВЧЕНКО
Я в твоих глазах,Двух глубоких, как небо, криницах,Вижу долгий шлях,Богатырский взмахВвысь, где светит заря-заряница.Путь прошел ты свой,Как борец с непреклонною силой.Не угаснул твойВ тьме огонь живой, —Прахом пал твой мучитель постылый.И растет одинЗлой бурьян на могиле тирана,И дымит полыньНа дурной вспомин,И, как пугало, пустошь кургана.А ты жив, кобзарь,И живут твои песни на свете.И тебе как дарВольных песен жарТвои внуки приносят и дети.И приносят ихВсе народы советского края,Что в тяжелый мигИз криниц твоихПили, в тьме бездорожья блуждая.Ширь цветущих странСолнцем радостным ныне сияет,И кобзарь Боян,Словно великан,По земле своей с песней шагает.Я в твоих глазах,Двух глубоких, как море, криницах,Вижу светлый шляхИ орлиный взмахВдаль, где зори горят, заряницы.
‹14 января 1939 г.›
СВОЕМУ НАРОДУ
На простор, на раздолье полейВыйди радостной, дружной семьею, —Сотни новых и ясных путейЖизнь расстелет теперь пред тобою.Новой доли восходит заря,Будешь жить ты без панской опеки:Отошла, отцвела их пора,И панам не вернуться вовеки.Погляди, как просторно вокруг,Как притихли дворцы и костелы!Все твое! Это поле и луг,Строй в дворцах для детей своих школы.Так иди с нами вместе вперед,Распростившись с бедою-тревогой.Нас к счастливым вершинам ведетНаша партия верной дорогой.На простор, на раздолье полейВыйди радостной, дружной семьею, —Сотни новых и ясных путейЖизнь расстелет теперь пред тобою.
‹21 сентября 1939 г.›
* * *
Гудит земля, дрожат леса,Им гулко вторят дали,А в небе льются голосаКрылатой, звонкой стали.Гремит, шумит, как ураган,Земли свободной сила.Спустилась ночь на вражий станИ плотно дверь закрыла.Ударил гром, и нет панов,И нет границ постылых:Прогнивший строй былых вековНе встанет из могилы.Огнем Кремля пылает стягНад пробужденным краем,Горит он в утренних лучах,Ветрами колыхаем.Идут полки, спешат бойцыСоветской славной рати,Свободу, мир, как их гонцы,Приносят каждой хате.Народ глядит бойцам воследНа стяги боевые:Таких бойцов не видел свет, —Спасибо вам, родные!
‹3 октября 1939 г.›
НАД СВИСЛОЧЬЮ
Стряхнули одежды леса,Смолкают и птиц голоса,И травы повяли;Глядят сиротливо луга,Как пни, потемнели стога —Намокли, опали.Туман и тоска над землей,И ветви холодной росойКропят, как слезами.И я вспоминаю в тот мигО лете, пропевшем свой стихЛиствой и цветами.К тем далям лечу я душойНа зори, на пир золотой —К дубам над рекою.Виденья и музыки звон,Как тихий чарующий сон,Плывут надо мною.Солнце встает из-за Блужского бораИ стелет по взгоркам парчу золотую,Багрянцем украсило ель вековую,Что встала, как мать, и семью молодуюХранит, величаво шумя над простором.Шелка облаков уже прячут куда-то —Должно, чтоб на солнце они не слиняли;Как бусами, росы траву разубрали;Разлившись в покое торжественном, далиВнимают ликующим песням крылатым.Как вольно, как молодо летнею ранью,Когда просыпается тихая нива, —Колосья на солнце глядят, как на диво,Над заводью ходит туман белогривый,И луг наполняется звоном, сверканьем!Иду не спеша я на Свислочь с удою,С червями, с краюшкой, распахнутый, босый,И ноги мне моют прохладные росы;Всем сердцем я слушаю день стоголосый,Дубов шум зеленый над быстрой водою.Тут счету им нет! И все, как магнаты,Г орды, неприступны, глядят сановито,Как будто собралася царская свита, —Один вон в плаще, жемчугами обшитом,Другие же в тогах, отменно богатых.А там старичина уж век доживает,Стоит почернелый, и нет на нем кроны,Забытый, как нищий, для всех посторонний;Летят к нему только монашки-вороны,Вдова-аистиха подчас навещает!Унылая старость! И вдруг я невольноС тоской вспоминаю: всему есть кончина!Как долго протянется век старичины?А мне далеко ли до той годовщины,Когда я покину все это приволье?Но грусть мимолетна, и вновь я шагаюПо листьям и мхам, по зеленому чуду,С удою сажусь на песчаную груду,Назло и на зависть рыбацкому люду, —Рыбак рыбака ведь всегда проклинает!А Свислочь играет, шумит, не смолкая,Меж трав изумрудных, в горячем цветенье,И вдруг то темнеет от облачной тени,То снова сияет в довольстве и лени,Деревья, осоку и птиц отражая.Напротив — Кручок, заповедное царствоНад озером старым, запущенным ныне,Там буйствуют травы, ивняк и осины,Там льется с зарею поток соловьиный,Там дичи несметной свое государство.Мне все тут знакомо: моя Балачанка —Вон там, за холмом, она в Свислочь впадает,Кустов прибережных гряда молодая,И Блужское поле, и пустошь глухая,И та вон тропинка, и та вон полянка.На берег из Устья доносятся звуки:Часы проверяет петух голосистый,Смеются мальцы безмятежно и чисто,По травам коса пролетает со свистом,И где-то слышны топора перестуки.Сегодня село, как корабль, отплываетК другим берегам — счастливым и вольным,Несут мое Устье могучие волны,Лишь клен сиротиной глядит, удивленный,И что здесь стряслось — старичина не знает.«Ну что же, бывайте, — скажу им с душою, —Живите и стройтесь по дружбе, не споря,Советской семьей на колхозном просторе,Навеки забудьте унынье и горе,Да будет вам счастье большое-большое!»Сквозь кудри кустарника сыплются стрелы,И солнце выходит, всей славой блистая,Туман в тростниках расползается, тает;Вдруг солнце на мой поплавок приседает,И радужный луч разгорается смело.А я неотрывно слежу за лесою,Звенит комарье и впивается в уши.Я жду, когда рыба, червя обнаружив,На поплавке моем солнце потушит, —И к дому вернусь я с богатой сумою.Но если не клюнет совсем — не горюю.Я радуюсь солнцу, алмазному лугу,Безбрежному небу и ветру, как другу,Что ходит, как солнце, по вечному кругуИ тучу, коль надо, несет дождевую.Я радуюсь лету, колхозному люду,Веселью и чарам родимого края,Цветам, мотылькам, что порхают, играя, —Всему, чем отмечена жизнь молодая.Так пусть эта юность нетленною будет!