Есть некий час, в ночи, всемирного молчанья,И в оный час явлений и чудесЖивая колесница мирозданьяОткрыто катится в святилище небес.Тогда густеет ночь, как хаос на водах,Беспамятство, как Атлас, давит сушу;Лишь Музы девственную душуВ пророческих тревожат Боги снах!
<1829>
Олегов щит
1
«Аллах! пролей на нас твой свет!Краса и сила правоверных!Гроза гяуров лицемерных!Пророк твой – Магомет!..»
2
«О наша крепость и оплот!Великий Бог! веди нас ныне,Как некогда ты вел в пустынеСвой избранный народ!..»Глухая полночь! Все молчит!Вдруг… из-за туч луна блеснула —И над воротами СтамбулаОлегов озарила щит.
1828?, <1829>
Императору Николаю I
<С немецкого>
О Николай, народов победитель,Ты имя оправдал свое! Ты победил!Ты, Господом воздвигнутый воитель,Неистовство врагов его смирил…Настал конец жестоких испытаний,Настал конец неизреченных мук.Ликуйте, христиане!Ваш Бог, Бог милости и браней,Исторг кровавый скиптр из нечестивых рук.Тебе, тебе, послу его велений —Кому сам Бог вручил свой страшный меч, —Известь народ его из смертной тениИ вековую цепь навек рассечь.Над избранной, о царь, твоей главоюКак солнце просияла благодать!Бледнея пред тобою,Луна покрылась тьмою —Владычеству Корана не восстать…Твой гневный глас послыша в отдаленье,Содроглися Османовы врата:Твоей руки одно лишь мановенье —И в прах падут к подножию Креста.Сверши свой труд, сверши людей спасенье.Реки: «Да будет свет» – и будет свет!Довольно крови, слез пролитых,Довольно жен, детей избитых,Довольно над Христом ругался Магомет!..Твоя душа мирской не жаждет славы,Не на земное устремлен твой взор.Но Тот, о царь, кем держатся державы,Врагам твоим изрек их приговор…Он Сам от них лицо свое отводит,Их злую власть давно подмыла кровь,Над их главою ангел смерти бродит,Стамбул исходит —Константинополь воскресает вновь…
Октябрь 1829
Последний катаклизм
Когда пробьет последний час природы,Состав частей разрушится земных:Все зримое опять покроют воды,И Божий лик изобразится в них!
<Не позднее 1829>
Бессонница
Часов однообразный бой,Томительная ночи повесть!Язык для всех равно чужойИ внятный каждому, как совесть!Кто без тоски внимал из нас,Среди всемирного молчанья,Глухие времени стенанья,Пророчески-прощальный глас?Нам мнится: мир осиротелыйНеотразимый Рок настиг —И мы, в борьбе, природой целойПокинуты на нас самих;И наша жизнь стоит пред нами,Как призрак, на краю земли,И с нашим веком и друзьямиБледнеет в сумрачной дали;И новое, младое племяМеж тем на солнце расцвело,А нас, друзья, и наше времяДавно забвеньем занесло!Лишь изредка, обряд печальныйСвершая в полуночный час,Металла голос погребальныйПорой оплакивает нас!
<1829>
Байрон
(Отрывок)
<из Цедлица>
1
Войди со мной – пуста сия обитель,Сего жилища одичали боги,Давно остыл алтарь их – и без сменыНа страже здесь молчанье. На порогеНе встретит нас с приветствием служитель,На голос наш откликнутся лишь стены.Зачем, о сын КаменыЛюбимейший, – ты, наделенный даромНеугасимо-пламенного слова,Зачем бежал ты собственного крова,Зачем ты изменил отцовским ларам?Ах, и куда, безвременно почивший,Умчал тебя сей вихрь, тебя носивший!..
2
Так некогда здесь был жилец могучий,Здесь песнями дышал он – и дыханьеНе ветерка в черемухе душистойКазалося игривое журчанье, —Нет, песнь его грозней гремящей тучи,Как божий гнев, то мрачный, то огнистый,Неслась по тверди мглистой, —Вдруг над зеленой нивой или садомНевыцветшим заклепы расторгалаИ мрак, и лед, и пламень извергала,Огнем палила, бороздила градом, —Местами лишь, где туча разрывалась,Лазурь небес прелестно улыбалась!
3
Духов, гласят, неистовое пеньеВнимающих безумьем поражало, —Так и его, как неземная сила,Все пропасти душевные взрывало,На самом дне будило преступленье,Дыханье замирало, сердце ныло,И нечто грудь теснило,Как бы кругом воздушный слой, редея,Земную кровь сосал из нашей жилы,И нам, в борьбе, недоставало силыСтряхнуть с себя господство чародея,Пока он сам, как бы для посмеянья,Своим жезлом не рушил обаянья!
4
И мудрено ль, что память о высокомНевольной грустью душу осенила!..Не лебедем ты создан был судьбою,Купающим в волне румяной крыла,Когда закат пылает над потокомИ он плывет, любуясь сам собою,Между двойной зарею, —Ты был орел – и со скалы родимой,Где свил гнездо – и в нем, как в колыбели,Тебя качали бури и метели,Во глубь небес нырял, неутомимый,Над морем и землей парил высоко,Но трупов лишь твое искало око!..
5
Злосчастный дух! Как в зареве пожараТвое кроваво-тусклое зерцало,Блестящее в роскошном, свежем цвете,И мир и жизнь так дико отражало!..С печатью на челе святого дараИ скиптром власти в неземном советеЛюбил ты в мутном светеЗемную жизнь виденьями тревожить!..В тебе самом, как бы в иносказанье,Для нас воскресло грозное преданье, —Но распознать наш взор тебя не может —Титан ли ты, чье сердце снедью врана,Иль сам ты вран, терзающий титана!..
6
Своих отцов покинул он обитель,Где тени их скитаются безмолвны,Где милые осталися залоги, —И как весь день метет крылами волныМорская птица, скал пустынных житель, —Так и ему по жизненной дорогеПройти судили боги,Нигде не встретив мирной, светлой кущи! —И тщетно он, в борьбе с людьми, с собою,Рвался схватить земное счастье с бою.Над ним был Рок, враждебный, всемогущий!Всходил за ним на снежные вершины,Спускался в дол, переплывал пучины!..
7
То мчится бард, беглец родного края,На встречу солнца, по стихии бурной,Где Лиссабон, на жарком небе рдея,Златым венцом объял залив лазурный, —Там, где земля горит, благоухая,И где плоды, на пыльных ветвях зрея,Душистей и свежее, —Тебя потом он огласил приветом,Страна любви, геройства, приключений,Где и поднесь их сладкопевный генийКак бы волшебным обвевает светомУзорчатой Альгамбры колоннадыИль рощи благовонные Гренады!