Стирая запреты
Шрифт:
— Так я тебе и поверила, — смеётся Еся. Она вообще не тщеславная, девочка не осознает своей притягательности и красоты.
— Ты уводишь разговор в сторону, — сам с трудом вспоминаю о своем требовании. Тут скоро генералы нагрянут, а я растерял весь свой яростный пыл. Стою, улыбаюсь, собираюсь украсть её к себе наверх и зацеловать до покрасневших опухших губ. — Еся, давай перевезем вещи ко мне, — чуть смягчаю тон, уговаривая её.
— Аслан, я не могу так… — сразу становится серьёзной. — Это как-то неправильно.
— Еся, несколько дней поживешь у меня, пока я не вернусь, — приходится идти на небольшую хитрость. Если она согласится, я не отпущу её. — Мне неспокойно оставлять тебя.
— Маме это не понравится, — её сопротивление падает.
— С мамой я поговорю, — рушу последние баррикады. Не оставляю причин для отказа.
— Что ты ей скажешь? — загораются любопытством ее глаза.
— Правду, — не уточняю какую.
С её мамой мне совсем не хочется разговаривать, не терплю влюбленных великовозрастных дур, которые теряют разум, стоит мужику сказать пару цветистых фраз. Но ради безопасности Есении и в ад спустился бы договариваться, а тут всего лишь женщина, которая мне неприятна.
Есения не в курсе, что мама вместо продажи квартиры решила взять кредит под залог жилья. Хотя она так часто меняет решение, что не удивлюсь, если завтра опять передумает и будет искать покупателей.
— Какую? — любопытствует лисичка. Вместо ответа наклоняюсь и целую её в губы.
Меня затягивает с первого касания. Никогда раньше не кайфовал от поцелуев. Приятно было, возбуждающе… не спорю, но вот чтобы голову сносило, мир вокруг переставал существовать, фокусируясь только в точке соприкосновения — такого никогда не случалось. Только с ней. Еся даже не догадывается, какую власть имеет надо мной. Мужчина все отдаст ради тех ощущений и эмоций, которые может подарить та самая…. твоя женщина. И чем больше она дает, тем тебе сильнее ее не хватает. Не хватает аромата её тела, сладости губ, шелковистости кожи, нежности взгляда…
Подхватив под бедра, усаживаю Есю на стол, скидывая с края папки с бумагами.
— Ох! — вскрикивает она, пытаясь их поймать.
— Оставь! — устраиваясь между ее ног, притягиваю вплотную к себе, даю почувствовать, как сильно её хочу.
Скидываю с головы шапочку, зарываюсь пальцами в волосы. Прохожусь языком по приоткрытым губам, ныряю в рот, вылизывая ее вкус и сладость…
В кармане трезвонит телефон, а я не могу оторваться от нежных мягких губ. Нельзя мне к ней прикасаться! Теряю голову, мечтаю полностью раствориться в ней. Хотел же перед отъездом устроить свидание.
— Телефон, — упираясь ладошками мне в грудь. — Это, наверное, Игорь Николаевич звонит, — в голосе Есении слышится беспокойство, которое отрезвляет меня.
— Да, это Игорь, — посмотрев на экран, прежде чем принять вызов. Разговор с Доком выходит коротким. — Уверен? — переспрашиваю его, прежде чем отбить звонок. — Повезло вашему пациенту, — спешу успокоить Есю, которая сидит в напряжении и ждет, что я перескажу ей слова Дока. — Отделался ушибом позвоночника, ходить сможет, но нужно время, чтобы восстановиться.
— Его уволят? — молчаливо просит за идиота. — Он ведь товарища спасти хотел, — не только в Есении самоотверженный поступок вызывает уважение, но будь я на месте того парня, вырубил бы друга до того, как тот полез на скалодром без страховки. Проблем было бы меньше. Иногда нужно принимать жесткие решения, чтобы не случилось беды.
— Решать будет его начальство, я лишь озвучу свою позицию, — ухожу от прямого ответа.
Если я начну настаивать, парня уволят. Полчаса назад я так и поступил бы, любая слабина в нашем деле может стоить жизни твоих товарищей, но Еся сумела потушить во мне пламя ярости, поэтому свое мнение я могу поменять, чтобы сделать ей приятно. Но что касается её безопасности, тут никаких уступок не будет.
— У меня сейчас будет встреча, которая не займет много времени. Как только Игорь вернется, мы поедем за твоими вещами, — не терпящим возражения голосом.
— Аслан, а мама?
— С мамой познакомимся. Не переживай, я все решу, — целую Есю в нос. В губы целовать опасно, могу увлечься и обо всем забыть.
— Она может не отпустить меня, — предупреждает Есения, спрыгивает со стола, принимается собирать разбросанные на полу папки. Она переживает о предстоящем разговоре, но не хочет этого показывать.
— Посмотрим. Но будь готова к тому, что сегодня ты будешь спать в моей постели.
Она поднимает на меня смущенный взгляд.
«Жаль, что одна. Исправим, как только вернусь», — добавляю про себя….
Глава 45
Есения
Как только к базе подъезжают служебные машины с руководством силовых структур, Аслану тут же докладывают.
— Игорь вернется, отправь ко мне, — целует в висок, задерживая на коже теплые губы.
— Хорошо, — голос не слушается, так случается, когда тону в ощущениях или эмоциях, а рядом с Асланом такое происходит постоянно.
Занимаясь текущими делами, постоянно посматриваю на часы. Встреча длится почти два часа. Игоря Николаевича я сразу отправила к Аслану, как только он вернулся из клиники, но доктор тоже пропал. Возвращаясь из столовой с чашечкой кофе, я слышала через открытое окно, как отдавали команды офицеры, строя во дворе командировочных. Стоя под открытыми солнечными лучами, они ждали руководство, которое не спешило к ним с проверкой. Вернулась к себе, потому что устала стоять. Все равно ничего интересного не происходило на плацу. Когда я в следующий раз отправилась за «кофе», двор был пуст, видимо, все отправились на полигон — демонстрировать профессиональные навыки. Кто не смог сдать зачет, наверняка будут уволены. Жалко ребят. У многих из них семьи, которые нужно содержать. С другой стороны, Аслан прав: если ты не соответствуешь занимаемой должности, не имеешь профессиональных навыков, тебе лучше сменить род деятельности. Никто ведь не хочет попасть на прием к доктору с купленным дипломом? Так же и спецназовцы, они ведь тоже отвечают за жизнь и безопасность гражданских лиц.…
Кинув взгляд на циферблат часов, постукиваю пальцами по столу. Если мы хотели перехватить маму во время обеденного перерыва, то выезжать нужно было прямо сейчас. Поставив мужу уколы, она тут же сядет в такси и вернется на работу. Лучше было бы поговорить дома, в спокойной обстановке…
Интересно, во сколько у Аслана рейс?
Расхаживая бесцельно по кабинету, прислушивалась к шуму в коридоре, единственное, что доносилось оттуда — лязганье швабры и шаги уборщицы.
Когда Аслан предложил мне переехать к нему, я растерялась. Наши отношения только начали зарождаться, а тут сразу жить вместе. Это ведь почти семья, а если мы разочаруем друг друга, я со своими чемоданами вернусь обратно к маме и отчиму? Но когда Аслан уточнил, что переезд только на время командировки, я сначала успокоилась и радостно приняла его предложение, потому что эти дни буду находиться вдали от Мирона, а потом задумалась и как-то расстроилась даже, что предложение временное. Арданову, видимо, тоже нужно время, чтобы понять, насколько у него всё серьёзно. Одно дело — срывающая разум страсть, с другой стороны — почти семейная жизнь.
— Задержали, извини, — выдергивая меня из глубокого погружения в мысли, произносит Аслан, появляясь в процедурке. — Только выпроводили гостей, — цедит сквозь зубы. — Быстро соберешься? — крутанув запястьем, смотрит на циферблат часов.
— Две минуты, и я буду готова, — бросаю на ходу и несусь в раздевалку. За две минуты не получилось управиться, но через пять минут я выхожу к парковке. Аслан за рулем, на лице и волосах блестят капли воды. Бросаю взгляд на шланг, который лежит в центре клумбы, вода бежит под корни небольшой пышной пихты.