Чтение онлайн

Но однажды вечером мы с Кэнди поссорились. Она посчитала, что выпила слишком много, и попросила меня сесть за руль. Я не возражал. Но она хотела сидеть впереди. Джесси был против – ведь он хотел услышать историю. Я упрашивал посидеть сзади – историю-то я все равно расскажу. Но он отказывался идти на заднее сиденье. И из-за этого у нас с Кэнди возникла жуткая ссора. Вскоре последовал развод.

Внезапно я оказался один, в моем новом доме в Лос-Гатос. Дети проводили неделю у меня дома, потом неделю у Кэнди. У меня не было никаких дел, в CL9 ничего не происходило, так что всю свою энергию я мог направить на детей.

И примерно в это время я сменил направление своей филантропической деятельности: вместо музеев и балета я взялся за школы в Лос-Гатос. Это был 1989 год, и тогда было много шума по поводу компьютеров в школах. И если в одних школах компьютеров было достаточно, то другие не могли себе их позволить. Я начал дарить школам компьютеры, оборудовать компьютерные классы с десятками машин.

Я договорился и с местной начальной школой, куда ходил Джесси. Это была школа Лексингтон в горах Санта-Круз. Обстановка там была необычной. В отличие от привычных школьных зданий, плоских и растянутых, она выглядела совсем простой и деревенской, а вокруг была природа: горы, деревья и Лексингтонское водохранилище. И школа была очень маленькой и аккуратной, у каждого класса была только одна своя комната.

Я познакомился там с кучей народа, особенно с мамами школьников, которые обычно и занимаются всей организационной работой. Я не мог заставить себя войти в школьный родительский совет, у меня не хватало на это времени. Но я подумал, что могу быть полезен детям и школе во всем, что касается компьютеров.

Примерно в то же время я стал учить Джесси работе на компьютере. Тогда он был в четвертом классе. Он заходил в свою комнату, где стоял его собственный компьютер с клавиатурой, и печатал целый день. Сперва он печатал неумело, двумя пальцами, но очень быстро выяснил, как копировать и вставлять текст с одной страницы на другую, чтобы не вводить его заново.

К концу четвертого класса его компьютерные навыки сильно усовершенствовались. В течение года он отвечал на мои вопросы – я делал вид, будто мне трудно найти что-то в системе, и Джесси подсказывал мне, в какое меню зайти. Я показал ему, как работать с электронными таблицами и как проводить расчеты, чтобы он мог выполнять на компьютере свои школьные задания по математике. Он мог все ввести в систему и увидеть ответ в таблице. Но, конечно, я объяснил Джесси, что сначала все нужно рассчитать в тетради, от руки. Он должен был сперва сделать задание письменно, чтобы я убедился, что он знает решение, а потом уже готовить красивые распечатки.

И уверяю вас, в классе больше не было детей, которые приносили бы распечатки в качестве домашних заданий.

Джесси это нравилось до безумия. Он всегда придерживался правила, что прежде чем садиться за компьютер, нужно сначала сделать домашнюю работу. Но он обожал все задания, которые можно было сделать на компьютере. Например, доклады.

В том году у одноклассницы Джесси, Елены, начались проблемы с учебой. Я знал ее еще крохой. Ее мама позвонила мне и рассказала, что она стала получать плохие оценки, у нее ничего не получается, сплошные трудности. Я очень беспокоился за Елену и решил, что буду заниматься с ней у нее дома. Я обсуждал с ней идеи для докладов. Мы пробовали добавить юмора, чтобы ей было веселее заниматься. И я показывал ей, как задания можно сделать на компьютере.

Это и стало ее мотивацией – возможность делать домашнюю работу на компьютере. Это казалось волшебством, и она действительно увлеклась этим. Ее оценки стали лучше, и родители благодарили меня. Она обожала все задания, которые можно сделать на компьютере. Она стала веселой, и в школе дела у нее пошли хорошо. А когда Елена выросла, она стала потрясающим лектором и актрисой.

Тогда я задумался. Если с Еленой это так здорово сработало – она чуть не вылетела из школы, а теперь училась на пятерки и четверки, – то, может быть, сработает и с другими детьми? Почему бы не попробовать? Я немного боялся. Смогу ли я обучать целую группу детей? Что для этого потребуется? Я очень хотел преподавать им обычные предметы – математику, чтение, письмо, историю, – но как? У меня ведь нет диплома учителя.

Тогда я решил: вот оно. Я стану учителем. Я буду вести компьютерный класс. Я выбрал шестерых детей из пятого класса, где учился Джесси, и взял их в компьютерный класс. Мы начали урок с того, что развинтили компьютеры и изучили их составляющие, а потом я рассказал о двоичной системе счисления – как числа представлены в компьютере в виде единиц и нулей. Мы не очень углублялись в эту тему, я лишь хотел, чтобы они поняли, как работают компьютеры. Пятикласснику это понять довольно просто, не нужна никакая высшая математика. И нам все удалось.

Но главной задачей было научить их красиво оформлять домашнюю работу. Тогда компьютеры находились на таком уровне развития, что этой задаче мы уделяли лишь около трети всего времени, отведенного на курс. Компьютеры были ненадежными, в них чаще встречались программные и аппаратные ошибки. В любой момент мог перестать работать жесткий диск. Или мог испортиться аккумулятор. Глючная программа могла испортить файлы. Поддерживать компьютер в рабочем состоянии было делом непростым, так что на это уходила еще треть времени.

Мы изучали, как устанавливать новые программы и компоненты, обнаруживать аппаратные проблемы, находить и исправлять самые разные ошибки в программном обеспечении. Наконец, много времени мы тратили на работу в Сети. Каждый год я покупал всем ученикам учетные записи на интернет-портале AOL.

Было очень важно научить их общаться с людьми издалека, причем так, как они никогда не общались. Активнее всего мои ученики занимались двумя делами: скачивали игры, бесплатные программы и другое развлекательное ПО, а также заходили в чаты. Я разрешал им делать в чатах все, что придет им на ум. Оказалось, что это очень забавно – притворяться другим человеком, будто ты старше, чем на самом деле. Девочки утверждали, что им по девятнадцать лет, хотя у них порой уходило по две минуты, чтобы напечатать одно предложение. А вот мальчики всегда честно называли свой возраст.

Порой одна из девочек возбужденно кричала всему классу, что договорилась о свидании с девятнадцатилетним парнем! Ага, точно. Только я заметил, что этот «девятнадцатилетний» тоже печатает предложение по две минуты. Когда начинались занятия, никто в моем классе не умел нормально печатать, но они учились.

А уж что я узнал и изучил за те десять лет, пока преподавал, – это просто не поддается описанию. Кажется, это было самое важное время в моей жизни.

Возможно, вы хотите спросить: почему же я не написал мемуары раньше? Меня многие спрашивали об этом. Причин много. Я был занят, очень занят. Пару раз я даже пытался начать работу над книгой, но мои планы все время рушились. У меня просто не хватало времени.

Сейчас все иначе. На этом жизненном этапе, а сейчас мне пятьдесят пять, – думаю, пришло время все расставить по местам. Ведь обо мне столько всего говорят, и все это неправда. Из-за этого я возненавидел книги об Apple и ее истории. Например, говорят, будто меня выгнали из колледжа (неправда), из Университета Колорадо (неправда), что мы со Стивом вместе учились в школе (на самом деле мы учились в разных классах, разница в возрасте – несколько лет) и что мы с ним разрабатывали наши первые компьютеры вместе (на самом деле я занимался этим один).