Чтение онлайн

– Я вас уничтожу! – продолжал бесноваться кто-то наверху.

Яна испугалась, что сейчас в окно вылетит рояль или что-нибудь потяжелее. Кровь ударила ей в голову. Она схватила первый попавшийся камень подходящего размера и запустила в окно, естественно, вдребезги разбив его.

– Прекратите безобразничать! Мы вам ничего не сделали! Мы умеем постоять за себя! – прокричала она. Ответом ей была тишина.

– Черт! – озадачилась Яна. – Уж не пришибла ли я кого-нибудь? Илья, вставай! Пойдем в дом, посмотрим, кто тебя облил помоями, – и она потащила парня за руку, несмотря на сопротивление.

– Мне как-то все равно… Я бы с удовольствием ушел отсюда…

– А вдруг человеку нужна помощь? Вдруг я его убила?

– Тем более надо сматываться!

– Студент, приди в себя, мы же должны оказать помощь! – одернула его Яна.

– А зачем ты пуляла этим кирпичом? – обиженно поджал губы парень.

– Я спасала тебя! Кто знает, что еще упало бы тебе на голову? – пояснила Яна. – Кстати, минутой ранее я предупреждала тебя об опасности находиться рядом со мной, но ты проигнорировал мое предупреждение. Сам теперь и виноват.

– Я был неосмотрителен. – Илья потрогал голову и заковылял вслед за бодро шагающей Яной.

Она напоминала метательницу ядра, только что выполнившую удачный бросок и теперь желавшую оценить результат.

Они все-таки нашли открытую дверь и проскользнули в дом. В отличие от обновленного белого фасада помещение было старым и не отремонтированным. Честно говоря, евроремонт ему бы и не пошел, но излишняя захламленность тоже не красила. Хотя, может быть, они вошли в нежилую часть здания?

Яна громко чихнула от пыли и вышла из заставленной мебелью комнаты в коридор. Стены и потолок были обиты панелями из мореного дуба, что производило мрачное впечатление, и к тому же было очень темно. Небольшие круглые настенные плафоны кремового цвета не спасали положение. Рассеянный свет сразу поглощался темными стенами и потолком. Вдоль коридора тянулись закрытые двери. Пахло затхлостью и гнилью. Похоже, Илья думал о том же, что и Яна.

– Непонятно, как раньше строили. Не было ведь ни вытяжек, ни установок с микроклиматом, ни кондиционеров, так какого же черта они планировали такие длинные дома с узкими коридорами? Здесь же нет движения воздуха! Как барак! А внешний вид так впечатляет!

– Думаю, что комнаты много больше и просторнее, чем коридор, – ответила Яна, сворачивая за угол и упираясь в деревянную лестницу. – А потом, может, тут сто раз все перестраивалось и перепланировалось.

– В этом доме внутри всё деревянное, и перекрытия тоже, так что если вспыхнет пожарчик, то мало не покажется, – буркнул Илья.

– Стоит этот дом лет двести и еще простоит, а ты эти криминальные мысли из головы выброси… – ответила Яна, поднимаясь на второй этаж. – Ну, кого я тут прибила? Эй, отзовитесь!

Коридор второго этажа выглядел значительно привлекательнее лишь потому, что стены были выкрашены в ярко-розовый цвет, а двери в белый. Одна из дверей приоткрылась, и в коридор выглянул сморщенный старый дед: седые всклокоченные волосы, темная одежда, опущенные плечи и недоверчивый, злой взгляд из-под кустистых седых бровей. Он совсем не походил на милую, доброжелательную старушку, которую нарисовало ранее воображение Яны.

– А… ироды! Уже в дом забрались, – покачал он головой, правда, уже без особого пыла.

– Здравствуйте, – ответила Яна, узнав голос, который проклинал их из окна. – Чего же вы хулиганите? Человека вот помоями облили.

– Человека? – подслеповато прищурился старик, всмотрелся в Илью и вдруг попятился обратно в комнату, крестясь и сплевывая через левое плечо. – Сгинь! Сгинь! Сгинь, нечистая!

– Да мы не сделаем вам ничего плохого! – пошла за ним Яна. – Мы хотели только узнать, что я разбила, и компенсировать убыток…

– Уходите! Не подходите ко мне! Господи, спаси меня! Что я вам сделал? Не трогайте мою душу!

– Что с ним? – испугалась Яна. – Может, он, того? Э… дедуля, вам помочь? – Она толкнула дверь, за которой укрылся дедушка, и они с Ильей оказались в первой комнате этого странного дома.

Яна была совершенно права, предположив, что комнаты в этой старинной усадьбе светлые и просторные. Во-первых, в глаза бросалось обилие света, так как одну стену украшали четыре огромных окна с широкими подоконниками. Во-вторых, дополнительное ощущение света и пространства комнате придавали высокие потолки с лепниной. Мебель была светлая и современная. Старый паркет очень хорошо сохранился. Навесные легкие металлические стеллажи и мягкая массивная светлая мебель не портили впечатления. Сморщенный старичок забился в угол и трясся, словно в судорогах.

– Владимир Адольфович, не подходите ко мне! Я же ухаживал за вами, вытирал пыль, зачем вы явились?! Не забирайте мою душу! Владимир Адольфович, у нас же были хорошие отношения!

– Кого он все время называет Владимиром Адольфовичем? – удивленно осмотрелась Яна и с улыбкой, которая должна была обозначать крайнюю степень расположения, обратилась к старику: – Любезнейший, здесь нет никакого Владимира Адольфовича. Меня зовут Яна, Яна Цветкова, а это – Илья.

– Свят! Свят! Свят! – перекрестился старик. – Как живой! Пожалейте меня! Оставьте на грешной земле…

– Да мы ничего вам не сделаем, – заверила деда Яна, осматриваясь, чтобы определить, куда мог влететь ее камень и что он раскокал.

Ее поиски были вознаграждены.

На паркете были рассыпаны осколки оконного стекла, а в углу валялась разбитая ваза, ранее явно стоящая на широкой мраморной каминной полке. Камень, брошенный Яной, лежал рядышком.

– Прямое попадание, – вздохнула она. – Надеюсь, вазочка не очень дорогая была?

– Стояла отдельно на полке, то есть в гордом одиночестве, наверняка раритет, – Илья покосился на стонущего старика.

Выглядел Илья ужасно: растрепанные волосы в колючках, перепачканная землей и соком травы одежда, и все это было щедро полито помоями.

– Вы не волнуйтесь, мы все вам возместим и все уберем, – сказала Яна, повышая голос: так непроизвольно поступают многие, беседуя со слишком старыми людьми, заранее подозревая их в глухоте.

– Сгиньте, ироды! – сжался старик, сотрясаясь в нервных конвульсиях.

– А ведь, похоже, в доме больше никого нет, – обратилась Яна к Илье. – Что за люди? Оставлять психически больного, старого человека одного? Что же это за дела такие? За ним же присмотр нужен! Он сам опасен для окружающих…