Сто лет тому вперед
Шрифт:
– Все в порядке.
– И у тебя тоже. Чем-то Руткевич напугана.
Мила поспешила на свое место, ни на кого не глядя и не слыша, как ребята, окружив Алису, шумно вспоминали вчерашний день. Боря Мессерер подарил ей новый портрет: Алиса в шахматной короне. Портрет был непохож, но все очень смеялись.
– Где Фима? – спросила Алиса, оглядываясь.
Уже прозвенел звонок, вот-вот должна была войти Алла Сергеевна, а Фимы не было.
– С ума сойти! – испугалась Юлька. – А вдруг они до него добрались? Мила, ты не видела Фиму Королева?
– Нет, – сказала Мила, листая учебник.
Но ее глаза ничего не видели – она ждала, что вот-вот откроется дверь и войдут доктор Иванова и директор больницы, из которой сбежала опасная Алиса.
– Алиса, – спросил Коля Садовский через весь класс, – у тебя есть знакомый толстяк?
– А что? Ты где его видел?
Мила Руткевич услышала и замерла: неужели этот Садовский подслушал?
– Ты где его видел? – повторила Алиса.
– Я его отшил, – сказал Коля, – запутал, как Иван Сусанин поляков в лесу.
Дверь в класс медленно распахнулась.
«Они! – подумала Мила. – Сейчас начнется».
Но это всего-навсего Фима Королев.
– Смертельный номер! – закричал он, бросаясь к учительскому столу. – Впервые на экране!
– Фима, ты с ума сошел! – крикнула Катя Михайлова. – Сейчас Алла придет.
– Не придет, – сказал Фима. – Она в коридоре на первом этаже с каким-то толстяком разговаривает. В нашем распоряжении пять минут. Прошу внимания!
Фима открыл портфель и вытащил обалделого котенка.
– Внимание! – продолжал Фима. – Вы видите перед собой суперкошку по имени Алиса. Она умеет считать до ста!
И тут вошла Алла Сергеевна.
Учительница остановилась у доски, не замечая Фиму, который ловил котенка, убежавшего под стол.
– Это шестой класс "Б"? – спросила Алла Сергеевна, словно это не она почти каждый день приходила сюда.
Но ничего удивительного в этом вопросе не было.
Как только Мила Руткевич провела пиратов в школу, они поспешили к учительской и встали за углом, наблюдая за учителями. Когда Алла оттуда вышла, держа в руке журнал, на котором было написано "6-й класс "Б", Весельчак У сразу же стал у нее на пути:
– Одну минутку, уважаемая учительница. Я вам должен сказать два слова исключительной важности.
А Крысс, превратившись в Аллу, поспешил на третий этаж. И чтобы не попасть впросак, первым делом спросил:
– Это шестой класс "Б"?
Настоящая Алла никогда бы не задала такого вопроса. Она сказала бы: «Королев, немедленно прекрати это безобразие!» И поэтому класс был просто поражен таким странным вопросом. Алиса сразу поняла, что дело неладно, пригнулась, спрятала лицо. А Коля Садовский, умевший шутить не вовремя, громко сказал:
– Нет, это второй класс "А".
Вдруг, ко всеобщему удивлению, Алла Сергеевна сказала:
– Не может быть! Ты опять лжешь, мальчик!
Чтобы Алла так сказала о Садовском? Это немыслимо!
Алла оглядывала класс, прямо-таки впивалась глазами в ребят. Увидела Милу Руткевич и спросила ее:
– Где Алиса?
– Вон там, под партой, – сказала Мила послушно.
– Ага! – воскликнула Алла Сергеевна. – Значит, и он здесь!
Алла подбежала к тому столу, под которым скрылась Алиса, но при этом продолжала зыркать глазами по лицам.
– Где Коля? – спросила она у Милы.
Мила в ужасе зажмурилась. Нет, этого не может быть! Алла говорила не своим голосом, а голосом доктора Ивановой.
– Ага! – закричала Алла. – Вот ты где!
Но в этот момент за дверью раздался ужасный шум.
Дверь широко распахнулась, и все увидели, как в класс рвется другая Алла Сергеевна, а ее тянет обратно в коридор очень толстый человек в съехавшей на ухо шляпе и длинном черном плаще. А того человека обхватил физкультурник Эдуард Петрович. Все это было похоже на иллюстрацию к сказке о репке.
– Отпустите меня! – отбивалась Алла Сергеевна. – Это хулиганство!
– Я вам должен еще сказать! – кричал толстяк. – Вы меня забыли! Я ваш пропавший в детстве братишка! Вы меня качали на руках!
Эдуард Петрович, покраснев от натуги, приподнял толстяка с пола – ведь недаром он раньше занимался вольной борьбой.
Громадным усилием Эдуард оттянул назад одну из рук толстяка и провел редкий по красоте борцовский прием. Толстяк отпустил Аллу Сергеевну, взлетел в воздух и шмякнулся носом об пол.
– Ура! – закричали двадцать шесть зрителей из шестого "Б". – Ура Эдуарду Петровичу! Чистая победа!
Тут раздался громкий стук, оттого что две Аллы Сергеевны столкнулись перед доской, обе потеряли очки и уронили классные журналы.
– Этого я не выдержу! – воскликнула настоящая Алла и упала без чувств.
Поддельная Алла перепрыгнула через нее, пролетела четыре метра головой вперед и врезалась в живот Эдуарду Петровичу. Физкультурник не ожидал нового нападения. Он потерял равновесие и сел на пол.
С невероятной для женщины силой лже-Алла подхватила лежавшего без движения толстяка за ноги и потянула его в коридор.
Через секунду их и след простыл. Лишь слышно было, как стучит по лестничным ступенькам лысая голова толстяка.
Только черная шляпа пирата да рукав, оторванный от его плаща, остались лежать посреди класса, напоминая о битве. Алла Сергеевна лежала в обмороке на полу, а Эдуард Петрович сидел, прислонившись к стене, и ничего не мог сообразить.
Ребята опомнились первыми. Одни кинулись к Алле приводить ее в чувство, другие помогали встать Эдуарду Петровичу. Только Алиса в этом не принимала участия. Она подняла с полу шляпу и рукав плаща Весельчака У, быстро подбежала к окну и выкинула эти улики на улицу.
Прошло минут пять, прежде чем все утихомирилось. Аллу отпоили водой, Эдуард Петрович встал и, покачивая головой, как ученый слон, ушел в физкультурный зал, а ребята уселись по местам.
– Садитесь, дети, садитесь, – повторяла Алла слабым голосом. – Какая-то невероятная история, и я еще ничего в ней не понимаю.
– Может, вам лучше отдохнуть? – спросил Боря Мессерер. – А мы так посидим.
Он из всех ситуаций хотел извлечь пользу. А польза заключалась в том, чтобы поменьше учиться и побольше рисовать свои картинки.