Сто оттенков ночи
Шрифт:
— Да ему кроме сна ничего и не светит, — усмехнулся сочувствующе Шеф.
— Держись, Ворон, — не унимался Алмаз. — У тебя в аптечке снотворного с собой случайно нет? Хотя, вряд ли это поможет!
— Спортзал и бассейн в твоем распоряжении, — смеясь, предложил Макс.
— Не поможет, — серьезно произнес Рома и поднялся из-за стола. — Я к жене. Ворон, не завидуй.
— Я тоже уже пойду, — встал я вслед за Алмазом.
— Не думаете же вы, что я останусь тут один?
В спальне уже не горел свет. На большой двуспальной кровати лежала Ева. Ее хрупкий силуэт едва можно было разглядеть под толстым одеялом.
Стараясь ее не разбудить, сходил в душ. Меня ждет адова ночь! Как и предрекал Алмаз — холодный душ не помог. Стоило вернуться в спальню и мой мозг начал плавиться. Подняв тихонько одеяло, лег рядом с Мелкой. Запретил себе тянуть к ней руки, но легче их было ампутировать!
Неожиданно ее горячая ладонь опустилась мне на грудь.
Выругавшись себе под нос, спросил ее:
— Ты что не спишь?
— Тебя ждала, — подвинулась она ко мне ближе. — Я замерзла.
— Мелкая, ты издеваешься?! — я понял, что она полностью обнажена. Забыл все свои обещания, рука тут же оказалась на ее талии и сползла к ягодицам, Убедился, что на ней нет трусов.
— Нет, я хочу тебя, — искренне заявила она. Я прикрыл глаза, пытался дышать ровно, но Еве показалось моих мучений мало, ее ладонь стала опускаться к животу.
— Не двигайся, — перехватил ее руку. — Ева, я не каменный.
— А мне кажется как раз наоборот, — потерлась она о член. Машинально я двинул бедрами ей навстречу.
— Мелкая, твой бок! — напоминал я себе, а не ей.
— Я могу быть сверху, Ворон. Мы аккуратно? М-м-м?
Я уступил! Да я проиграл по всем фронтам, как только понял, что она лежит голая в постели!
— Старайся хотя бы не усердствовать. Как только замечу, что тебе больно остановлюсь, — предупредил ее, перевернул аккуратно на спину и накрыл ее рот своими губами.
Мой мозг уже давно стек в трусы. Долгую прелюдию после месяца воздержания я бы не выдержал.
Лаская руками ее грудь, стал опускаться к ее промежности. Широко разведя ноги, поцеловал ее там. Упиваясь ее вкусом, ласкал клитор и растягивал вход во влагалище.
— Мелкая, как только поправишься… — не договорил угрозу до конца, но она и сама должна понимать, что я не дам ей ночами спать. Да и днем не выпущу из постели.
Пока ласкал ее промежность, оттрахал матрац! До безумия желал оказаться в ней. Так я не хотел ни одну женщину: когда мозг нахрен отключается, ты растворяешься в тех ощущениях и чувствах, что дарит тебе она! Ты словно выходишь на новый уровень. Каждое прикосновение острее и эмоциональнее, чем предыдущее.
— Мелкая, ты обязательно окажешься сверху, но не сегодня. Не будем рисковать твоим швом, — выдавил из себя. — Старайся не двигаться, — произнес я, проглотив несколько букв, голос подвел. Головка члена упиралась в горячее нутро, я до сумасшествия хотел оказаться в ней! — Поднявшись, я встал на колени, расположился между широко раздвинутых ног Евы. Опустил ей ладонь на плоский живот, чтобы она не дернулась, когда я стал в нее входить.
— А-а-а, — выдохнула она со стоном, когда я оказался внутри.
Я дал себе установку не кончить в нее и принялся двигаться. Удерживая ее бедра, ритмично толкался.
— Мелкая, я сорвусь нахрен! Слишком хорошо в тебе! — прорычал я.
— Я не против, — выдохнула она хриплым голосом.
Опустив одну руку ей на промежность, принялся ласкать пальцами клитор, нежно растирать по нему влагу. Чтобы она не двигалась резко навстречу, пришлось отпустить бедра и снова прижать ее живот к постели.
Так сладко! Так горячо!
Мелкая подняла ноги и обхватила меня ими. Так я стал проникать в нее глубже. Мой член попал в райский плен. Я потерял контроль! Мелкая закусила губу и громко застонала. Свела вместе бедра, выгнулась над постелью.
«Я точно рехнусь! Это нереальный кайф!»
Сделав несколько мощных глубоких толчков, я успел выйти и излиться ей на живот. Пока мышцы мелкой сокращались от пережитого оргазма, я придерживал ее, чтобы рана на боку не открылась. Видать не весь мозг скатился в трусы!
Подняв Еву на руки, отнес в душ и помог помыться. Она, конечно, упиралась.
— Я сама.
— Мелкая, считай, меня помешанным на твоем теле. Я не могу тебя не касаться. А если серьезно, не хочу, чтобы между нами были преграды. Ты же согласилась, что теперь моя? Вот и не сопротивляйся, тем более из когтей Коршуна не вырваться. Смирись.
Отнес ее в постель, укрыл, а сам лег поверх одеяла положив ей на талию руку.
— Тебе не холодно? — спросила она.
«Холодно? Да я весь горю!»
— Мелкая, мне одного раза недостаточно, чтобы насытиться тобой.
«Особенно после месячного целибата!»
— Я бы повторила, — смело заявила эта искусительница.
— Спи, Ева! — приказал ей. Каким бы соблазнительным не было предложение, я понимал, что это будет перебор.
Я уже засыпал, когда мой телефон заиграл в тишине спальне. Неужели срочно придется лететь в больницу? Отыскав мобильный, удивился, что так поздно звонит Смолов.
— Слушая, Борис Евгеньевич.
— Игнат, я тебя не разбудил? — голос его показался мне встревоженным.
— Ничего страшного, что-то случилось?
— Извини старика. Мы Альбине уже больше суток дозвониться не можем, она не у тебя? — от его вопроса неприятно скрутило внутренности.
— Нет, она не у меня.
— Мы с Аленой думали, может вы уехали на выходные куда-нибудь. А тут сообщение пришло от дочери в час ночи «папа я тебя люблю», звоню, она трубку не берет.
«Вот же идиотка!»
— Борис Евгеньевич, ложитесь отдыхать. Я знаю, где она. С вашей дочерью все в порядке. Утром она вам позвонит, а может даже заедет в гости. Не переживайте.
— Спасибо, Игнат. Все хорошо?
— Да. Спокойной ночи.
— Добрых снов.
Закончив разговор я сжал трубку в руке. Хотелось ее стукнуть об пол. Вместо того, чтобы провести весь день с Мелкой, я должен срываться в город и искать эту гребанную истеричку, которая неровен час напишет отцу о том, что знает о его болезни!
Посмотрел на постель. Еву звонок не разбудил, она крепко спала. Подошел, поцеловал ее в висок.
Выругавшись себе под нос, стал одеваться.
*** ***