Чтение онлайн

– Просто я вырос из возраста юношеского максимализма.

– Как же. Скажи это своим подружкам, которым ты мозги делаешь.

– Вот сюда давай ты лезть не будешь.

– Но их у тебя три. Не боишься, что они узнают друг о друге?

– Даже если узнают, что они мне предъявят? – Саша довольно усмехнулся – ни с одной из них я не состою в отношениях. У нас только секс и редкие встречи. Попробуй так же сделать, уверен, что тебе понравится.

– Мне твои подружки не нужны. Своих заимею, если понадобиться .

– Как же – вновь Саша усмехнулся и отпил кофе с картонного стаканчика – я хотел давно спросить, ты на учебу собираешься возвращаться?

– Не знаю, я там год не появлялся, да и до этого не много раз там показывался.

– Тебе остался год учебы. Я бы на твоем месте закончил начатое и довёл бы дело до конца.

– Говоришь, как отец – заметил Платон и сильнее сжал руль в руках.

– Да, и он был прав в этом.

– Только он своё дело не довёл до конца… – Платон говорил это тихо и с обидой в голосе.

– Он довёл, если бы не погиб. Тут не его вина и не вина кого-то из нас, просто такое стечение обстоятельств.

– Хреновое стечение – все тем же тихим тоном прорычал Платон.

– Не отрицаю, но давай не будем о плохом, сегодня твой праздник. Как хочешь отпраздновать?

– Ни как, ты знаешь я не праздную уже три года дни рождения.

– Ты и водить не хотел три года, но сейчас сидишь за рулём. Может, стоит начать?

– Так я начал водить – Платон прикинутся не понимающим и усмехнулся.

– Ты знаешь, что я не о вождении. Терпеть не могу, когда ты строишь из себя дурака.

– Есть у кого учиться – усмехнулся Платон .

– Точно не у меня.

– Других братьев у меня вроде нет.

– А твои дружки? Я уверен это у тебя от них.

– Не правда – спокойно произнёс Платон – к тому же мы давно не общаемся.

– Так есть повод начать заново общаться – Саша говорил спокойно, но в его голосе слышалась искра надежды, которую брат крайне редко показывал.

– Не знаю, все это не для меня.

– А что для тебя? Как ты хочешь провести этот день? Я сделаю все, что захочешь.

– Прям все? – Платон покосился на брата и ухмыльнулся.

– Прям все, но в пределах разумного.

– Я хочу по ночам иногда выезжать кататься или гулять – уверено заявил Платон

– Вот это да! – глаза Саши широко открылись от удивления

– Что тебя так удивило?

– Ты три года сидел дома, не выходя месяцами из комнаты, а сейчас ты просишь меня о прогулках? – Саша усмехнулся – и ты ещё спрашиваешь, что меня удивило?

– Да, мне не понятна твоя реакция.

– Тогда, ты ещё больший дурак, чем я считал до этого – Саша засмеялся и снова откинулся на кресле.

– Ты не ответил на мой вопрос – Платон покосился на брата, взглядом буравя его и требуя ответ.

– Хорошо, я буду только рад твоим выходам в свет. Только будет одно условие.

– Условие? – Платон удивлённо посмотрел на брата – какое?

– Не лезь, куда не следует. Хорошо?

– С чего бы я лез куда-то?

– С того, что я слишком хорошо тебя знаю, даже лучше чем ты сам себя знаешь. Поэтом и прошу тебя включить свою голову и думать ей, а не другим местом.

– Как ты, например? – Платон впервые улыбнулся от своей шутки. Саша это увидел и тоже улыбнулся.

– Мелкий, не забывайся, я все ещё твой старший брат и всегда им буду.

– О таком забудешь – закатил глаза Платон, но все ещё на лице парня осталась легкая тень улыбки.

Домой они приехали под утро, когда солнце начинало своё восхождение на небосвод. Платон в восторге загнал машину в гараж и пошёл домой позавтракать вместе с братом. Они с Сашей перекусили остатками еды, что заказывал Платон днём и пошли отдыхать. Саша заснул мгновенно, а Платон по обыкновению лежал у себя в комнате и смотрел в потолок. Теперь у него была машина, и он мог хоть как-то отвлекаться от реальной жизни и беспокойных мыслей в голове. Гнать куда глаза глядят, это было все, чего хотел парень. Удивительно, но мысли о гонках, машинах, адреналине в крови и скорости, дали Платону положительный заряд и он впервые за последние трое суток крепко заснул.

Вновь перед глазами была одна и та же картина. Дом, он молодой стоит на пороге и прощается с родителями.

– Не разнеси дом, пока нас не будет пару дней – строго говорил отец

– Обязательно кушай – нежно говорила мама – и не води толпы подружек! Я ещё не готова в сорок семь стать бабушкой!

– Мам! – Платон скривился – ну хватит уже.

– Хватит не хватит, а я слишком часто видела передачи, про беременности в шестнадцать.

– А мне почти восемнадцать, так что я уже не попадаю в эту категорию.

– Все же давай поаккуратнее, не загуби свою жизнь – мама говорила с нежностью и заботой. Она подошла и крепко обняла взрослого сына, который был на порядок крупнее и выше неё.

– Мам, все хватит меня тискать, как пятилетнего – недовольно бурчал Платон.

А потом перед глазами вспышка и воспоминания с видеорегистратора, которое показывала полиция им с братом. Машина едет спокойно по трассе со средней скоростью потока. Родители между собой шутят и говорят о всякой ерунде, в салоне автомобиля играет что-то из хитов восьмидесятых, вдруг крик мамы «ОСТОРОЖНЕЕ» и в лобовое стекло врезается огромная фура, сметая машину под себя. Затем другая картина, Платон и Саша стоят в коридоре морга со следователем. Следователь средних лет, ему около тридцати пяти лет, но выглядит он старше своих лет. Он говорит Саше, что мальчика можно оставить, хватит и одного родственника, чтоб опознать тела, но Платон отвечает за себя, что он пойдёт и посмотрит страху в глаза. Когда они надели специальные медицинские костюмы, маски, и защитное обмундирование, работник морга провёл их по тёмному коридору в операционную. Зайдя за пластиковую занавеску, Платон и Саша остановились резко в дверях, не в силах пройти дальше. Кабинет патологоанатома вызывал жуткий страх и ужас, похуже, чем в любом фильме ужасов, которые оба парня так любили смотреть. Облезлые стены, плитка частями отошла, а окна отсутствовали, из-за чего комната казалась ещё более неуютной и страшной. Холодный свет люминесцентных ламп давал ещё более неприятное ощущение смерти и безжизненности в помещении. Страшные приборы пыток лежали на столах на белых простынях, а сам патологоанатомом стоял и спокойно курил в стороне.

– Мы на осмотр двух тел, проступивших вам вчера с трассы. Мужчина и женщина сорока семи и пятидесяти лет.

– А точно, вот они – мужчина в фартуке продолжал спокойно курить и указал на стол, где простыней были накрыты два тела.

Платон схватил брата за рукав, а тот в ответ тоже взял брата за руку. Хоть они были взрослыми мужчинами, но эмоции в такие моменты сложно было держать под контролем, кем бы ты не был. Когда следователь аккуратно убрал простынь с лиц обоих тел, Платон заставил себя повернуться в его сторону и посмотреть на тела. Этот момент парень запомнил на всю свою жизнь. Холодные, бледные и пустые глаза матери смотрели куда-то на вверх, ее румяное лицо было сильно осунувшимся и как будто высохшим. Крупные черты лица отца, вмиг растворились, оставив после себя кожу и кости. Платон взревел и выбежал из комнаты, а Саша, закрыв глаза, медленно и практически шепотом произнёс:

– Это они. Юлия и Дмитрий Соколовские – и с этими словами он вышел вслед за братом.

Платон открыл резко глаза, и вновь вся его голова была насквозь мокрая от пота, а горло обжигала жгучая жажда. Парень сидел на кровати и не мог восстановить дыхание после накрывших его воспоминаний. Пульс был учащён, поэтому дышать было крайне тяжело. Посидев пять минут спокойно и, восстановив дыхание, Платон встал с кровати и пошёл на кухню, за бутылкой холодной воды. Осушив всю бутылку одним глотком, он посмотрел на экран телефона, где были десятки сообщений от знакомых и друзей с поздравлениями. Парень с удивлением посмотрел на сообщения и не мог понять, откуда столько внимания к его персоне. Не смотря на удивление, Платон решил ответить на сообщения некоторым друзьям. Настроения никакого не было, поэтому он не стал что-то придумывать, а сел как всегда перед телевизором с пультом от приставки. Когда он играл в очередной шутер, ему в спину прилетела подушка.