Чтение онлайн

– Эмиль, я вижу, что ты серьёзный парень, и пойми меня правильно, я как отец, очень переживаю за свою дочь. Наталья у нас единственный ребёнок, - он замолчал, подбирая слова.
– Парня у неё никогда не было, насколько я знаю. Она у нас девушка скромная и наивная как ребёнок, готовая верить всем и всему, - он опять замолчал, не решаясь задать прямой вопрос.
– Ты для неё взрослый, шесть лет разница...
– он запнулся, потом махнул рукой.
– Ладно, Эмиль, буду говорить начистоту. Какие у тебя намерения насчёт Натальи? У вас серьёзно или как?
– он пристально посмотрел на меня.

Мне не хотелось лукавить, но и всей правды я сказать тоже не мог.

– Николай Андреевич, у меня к вашей дочери, самые серьёзные намерения. Мне не хотелось бы, чтобы она страдала, я не хочу делать больно. Но есть ряд обстоятельств, по которым мы, возможно, не сможем быть вместе.

Он вскинул подбородок.

– Говори, что за обстоятельства?

Я продолжил.

– Наташе надо учиться, а я не всегда могу быть с ней рядом, по причине того, что часто уезжаю за границу, и эти командировки длятся от шести месяцев до года. Сами понимаете, симпозиумы, встречи, обмен опытом, а иногда помощь людям, живущим вдали от цивилизации по всему миру. Я не могу ничего вам обещать, но по своей воле, я никогда не сделаю Наташе больно. Я хочу в первую очередь, чтобы она была счастлива. Мы с ней ещё не говорили насчёт этого, но я думаю, она меня поймёт.

– Спасибо, Эмиль, что был со мною откровенен и сказал всё как есть, ничего не обещая. Я ценю прямолинейных людей. Вот только, как она воспримет всё это? Прости меня за мою нескромность, у вас с ней было что-то?
– он смутился от своих слов, чувствуя себя неловко.

– Я очень люблю вашу дочь, и никогда не позволю себе такое, зная, что обстоятельства могут нас в дальнейшем развести по жизни, - я говорил и смотрел ему в глаза.

– Спасибо. Я вижу, ты парень высоких моральных принципов, тебя хорошо воспитали родители. Поговори с ней об этом, надеюсь, она поймёт тебя.

На веранду вошла Ольга Евгеньевна.

– Так мужчины, хватит сидеть тут, ужин на столе, прошу в гостиную. Она приветливо мне улыбнулась и жестом пригласила пройти в дом. За ужином она спросила у мужа:

– Николай, что мы будем делать? Наташу с бабушкой надо забрать в город, они не могут больше здесь оставаться.

– Я никуда не поеду! Я здесь родилась, я здесь и умру!
– вступила в разговор Мария Михайловна.

– Мама, нам надо уезжать, а тебе нужен уход после болезни, мы не можем оставить тебя здесь, - пыталась убедить её мама Наташи.

– Я вполне здорова. Спасибо Эмилю, он поставил меня на ноги, и я никуда не поеду, - категорично заявила она.

– Николай, что ты молчишь? Скажи ей что-нибудь, - обратилась Ольга Евгеньевна к мужу.

– Пусть остаётся, если хочет. Не можем же мы силой увезти её отсюда, - ответил он.

– Ну, хорошо. А Наташа? Её то мы должны забрать, раз мы приехали. Ей всё равно скоро уезжать учиться, - она искоса посмотрела на меня.

Я заметил, как замерла Наташа, услышав, что её хотят забрать.

– Мама, мне ещё не скоро ехать учиться, я бы хотела остаться у бабушки до конца лета, - с надеждой произнесла она, и в её глазах появилось отчаяние.

– Как отец скажет, - Ольга Евгеньевна кивнула на мужа.

Николай Андреевич отложил вилку и нож в сторону.

– Наташа тоже остаётся.

– Как остаётся?!
– возмутилась она.

– Вот так, остаётся и всё, - он встал из-за стола и бросил короткий взгляд на меня.

Я понял, что он это сделал для нас с Наташей, чтобы у нас было время выяснить всё до конца. Он не мог забрать дочь сейчас, когда она так сильно влюбилась в парня, который возможно не сможет быть с ней рядом. Он дал нам шанс, решить нашу дальнейшую судьбу.

Наташа, услышав ответ отца, заулыбалась и, подскочив со стула, чмокнула его в щёку:

– Спасибо, па.

Отец обнял её и похлопал по спине, обращаясь к жене:

– Собирай вещи, завтра мы уезжаем.

На следующий день я отвёз их на вокзал. Наташа с мамой о чём-то в сторонке беседовали, а мы с Николаем Андреевичем отошли ближе к дорожному кафе, ожидая прибытия поезда.

– Эмиль, я знаю, что ты всё сделаешь правильно, ты взрослый и умный парень. И чтобы у вас с Наташей не вышло, я всегда буду тебя уважать. Но, а если честно, то я рад бы видеть тебя в качестве зятя, - он пожал мне руку.

– Спасибо за доверие, Николай Андреевич. Я очень люблю Наташу, но вы сами понимаете...
– я не нашёл подходящих слов объяснить ему.

– Я всё понимаю, ты мне говорил об этом, и ни в чём тебя не виню, только прошу тебя...
– он смутился.

– Говорите, Николай Андреевич, мы свои люди, - поддержал его я.

– Я хотел сказать... в общем, у меня к тебе просьба, - он тяжело вздохнул.

– Я слушаю, говорите, сделаю всё, что в моих силах.

– Эмиль, присмотри тут за Натальей, и... ну, в общем, не трогай её, пока у вас всё не прояснится в ваших отношениях, - он с облегчением выдохнул.

– О чём речь, Николай Андреевич! Я и не думал об этом. Наташа, прекрасная девушка, и она достойна лучшего. Если она и достанется кому, то только законному мужу. Может в этом плане я старомоден, но я считаю это правильным, - я тоже, как и он с облегчением выдохнул из лёгких воздух, всё-таки разговор на такие интимные темы с родителями, даются не просто.

– Я рад Эмиль, что мы понимаем, друг друга, это многого стоит. Рад знакомству с тобой, ну и конечно, мой дом, твой дом, приезжай к нам, всегда будем тебе рады, - он обнял меня и похлопал по спине.
– Поезд идёт, пора прощаться.

Прибыл поезд, и Николай Андреевич с супругой вошли в вагон. Наташа долго махала рукой родителям, пока поезд не скрылся за ближайшей скалой.

На обратном пути, она прижалась щекой к моей руке.

– Мы опять вместе, - со счастливой улыбкой сказала она.

Маленькая, милая девочка, наивная в своём возрасте, не понимала, что в жизни бывают не только белые полосы, но и чёрные, которые подчас трудно пережить. В её жизни ещё не было ни горя, ни отчаяния, ни страданий, она смотрела на мир с широко открытыми глазами. Я погладил её по руке.

– Да, пока. Но она не заметила, ни моего тяжёлого вздоха, ни грусти в моих глазах.

Наташа.

Эмиль приезжал к нам с бабушкой каждый день. Каждый раз, заслышав шум машины, я выбегала из дома, чтобы встретить его у калитки. Бабушка тоже, всегда с радостью встречала Эмиля, норовя каждый раз накормить его пирожками с капустой или с картошкой. Он не отказывался, боясь расстроить старушку, и с аппетитом уплетал свежеиспечённые пирожки.