Чтение онлайн

Свет среди тьмы.

Как такое могло быть? Металлическая птица с гулом продолжала кружить над городом.

Наверное, просто галлюцинация. Проекция страха. Опасения, что война сотрёт с лица земли всё. Даже пепел. Даже пустые страницы ненаписанной истории. Меня на них никогда не будет.

При следующем взгляде в небо сознание заволокло ещё более непроглядной чернотой. Больше я ничего не видел.

========== Глава 29. Кларк ==========

Я была рада узнать, что в списке достоинств Аарона Уоллеса оказалась привычка держать слово. Несмотря на мои опасения, новоявленный президент не торопился продолжать дело Данте. Не все приняли его выбор с энтузиазмом, особенно отцовские верные подпевалы, которые грезили о том, как им покорится целая космическая станция. Но когда он пригрозил им возможным повтором ситуации с газом — заткнулись. Поняли, что раз мы смогли переиграть их на их же территории, то чёрт знал, на что мы были способны на своей собственной. Самого Данте Аарон приказал заключить под стражу, пока не решит все вопросы с нами. Кейджа забрали в реанимацию и подключили к аппарату искусственной вентиляции лёгких. Он был в коме, прогнозы — не утешительные, но его брата это явно не расстраивало. Аарон даже не озаботился визитом в его палату. Сразу отправился на беседу с населением бункера, пока я объясняла ситуацию нашим. Потом, не дав даже краткой передышки, пригласил нас для знакомства с руководством. Мы едва не позабыли про «Ковчег» в ходе этой максимально неловкой встречи, где пришлось жать руки и вежливо улыбаться тем, кого несколько часов назад мы весьма уверенно угрожали убить.

Тем временем экспедиция со станции была готова к вылету. Я едва смогла перебороть взволнованную дрожь в руках, когда наконец-то искренне говорила, что с нетерпением жду встречи. До этого общение с Канцлером и Советниками было сродни хождению по минному полю. Я боялась сболтнуть лишнего и раскрыть перед старшим Уоллесом свою двойную игру. А теперь, кажется, бояться было больше нечего. Даже вирус перестал быть проблемой с тех пор, как Аарон распорядился подготовить вакцину для всех прибывших.

— Ты расскажешь им или лучше мне? — спросил горец, пока мы наблюдали за посадкой корабля на экране радиолокатора.

— А ты стёр часть записей, как мы договаривались?

— А ты ещё не решила злоупотребить моим благородством?

— Ты мне должен. Думаешь, в такой ситуации уместно слово «злоупотреблять»?

— Успокойся. Не нервничай. Я просто издеваюсь, — усмехнулся Уоллес. — Ты сдержала слово. Я сдержу своё в ответ.

— Я просто переживаю. За них, — я ткнула пальцем в точку на экране. — Они совсем рядом. Даже верю с трудом.

На другом экране, куда выводилась камера наружного наблюдения, появились неясные всполохи света. Затем показались сопла корабля. Корпус. Огромное творение гениев прошлого плавно опустилось на плато у входа в бункер. Аккуратно. Точно. Без тряски и адских перегрузок. Не то, что «Исход», который в своё время нас чуть не угробил. После нашего печального опыта инженеры, похоже, проверили каждый винтик.

Когда двигатели затихли, мы высыпали на плато нетерпеливым потоком. Стоило шлюзам открыться, я побежала вперёд, позабыв про все правила и приличия. Полагалось поздороваться с Канцлером, тут же представить Советников руководству «Маунт Уэзэр». Но едва я рассмотрела мамину светловолосую макушку в толпе выходящих из корабля, то наплевала на всё и просто повисла у неё на шее. Я столько раз думала, что этот момент никогда не настанет — слёзы навернулись на глаза сами собой.

— Девочка моя, — услышала я тихое и ещё сильнее расплакалась. — Мы так переживали. Я так рада, что ты жива.

— И я рада, что вы все в порядке. Очень. Безумно, — я немного отстранилась, но всё ещё с улыбкой смотрела в родное лицо.

— Как вы здесь? Всё в порядке?

— Не сказала бы. Всё… сложно. Советник Джаха… Он с вами?

От моего внезапного вопроса она даже слегка побледнела.

— Нет. Он лететь отказался. Как и все, чьи воспитанники погибли. Из Совета нас здесь всего десять. Остальные остались наверху. Почему ты спрашиваешь?

— Ты знала?

— Что?

— Ты знала, что в бункере есть выжившие, когда мы улетали на Землю? Что они ждут нас?

— Нет, — прошептала она. И тут же в её тоне послышалось какое-то паническое отчаяние: — Нет! Конечно, нет, иначе я бы обязательно тебя предупредила. Обязательно. Я узнала слишком поздно. Уже после. Кларк, что тебе рассказали Уоллесы?

Я мысленно вздохнула с облегчением. Не хотела даже начинать думать, что можно так талантливо изображать изумление и врать.

— Слушай внимательно. Аарон будет отрицать, что в заговоре Джахи ещё кто-то участвовал. Все записи с твоим участием уничтожены. Если Телониус будет пытаться сдать тебя — говори, что врёт. Ты ничего не знала. Поняла? Ничего.

— Кларк? — к нам подошёл Кейн. — Простите, что прерываю ваш трогательный момент, но не могла бы ты объяснить, почему нас встречает другой президент Уоллес? Что у вас тут случилось?

— Это очень долгий разговор, Канцлер, — вздохнула я. — Это касается Совета. Напрямую. Хотите пригласить Советников или сначала поговорите с президентом наедине?

— Насколько всё серьёзно?

— В Совете есть предатель. Есть доказательства. Записи его переговоров с бункером.

Изумлённый, Кейн покачал головой. Озадаченно взглянул на маму, застывшую, будто каменное изваяние, и потом снова перевёл взгляд на меня.

— В таком случае, я бы предпочёл личную встречу. Сначала хочу убедиться в правдивости доказательств лично. На словах в такое сложно поверить даже в теории.

— Нам тоже было сложно, господин Канцлер. Вы даже не представляете, насколько.

Следующие несколько часов я напряжённо ёрзала в удобном кресле. В кабинете Уоллеса было душно и всё ещё излишне роскошно. Эта нарочитая помпезность поначалу смущала даже Канцлера, но когда он вник в масштаб проблемы, то перестал обращать внимание на то, что Аарон пока не успел заняться перестановкой. Лишь ненадолго нашу беседу прервала Джульетта, вошедшая, чтобы отдать Кейну инъекцию с вакциной. Она по просьбе президента занималась этим и другими вопросами, связанными с размещением гостей с «Ковчега». Аарон же, как и обещал, никак не упомянул мою маму в связи с Джахой. Удалил записи с ней. Позволил Канцлеру услышать только переговоры Джахи со своим отцом. Кейн глядел на импрессионистскую экспозицию невидящим взглядом — и я его понимала. И понимала, что теперь многое зависит от его решений. Не от моих. Почему-то больше это не успокаивало.

— Что вы думаете обо всём этом? — осторожно спросила я, нарушая повисшую долгую паузу.

— Думаю, что должен немедленно отдать приказ об аресте Телониуса. И поблагодарить вас, президент Уоллес, за то, что предпочли мир войне. Ваш союз с Кларк — это прочный фундамент для нашего грядущего сотрудничества. С остальным решать что-то ещё рано. В любом случае, я бы хотел поговорить с Лесным Кланом, о котором вы так много рассказывали. Понять, что они из себя представляют.

— Рекомендую вам отдохнуть хотя бы несколько часов. Все наши удобства к вашим услугам, — вежливо улыбнулся Аарон. — От вакцины может быть кратковременная слабость или головокружение. Не говоря уже про приземление. Кларк рассказывала мне, что адаптация может быть тяжёлой. В остальном — я готов оказать полное содействие в любых вопросах.

— Вертолёт одолжишь? — уточнила я.

— Чего?

— По лесам бродит «Второй Рассвет», и мне бы не хотелось столкнуться с ними. И тем более подвергать риску Советников или Канцлера. Раз уж из-за тебя мне пришлось отослать землян — компенсируй.

— Какая хитрая, — вздохнул он. — Хорошо. Готов предоставить вам вертолёт для поездки к Лесному Клану в качестве дружеского жеста. Но под твою ответственность, Кларк, если с ним что-то случится — три шкуры сдеру.

— Идёт, — довольно улыбнулась я. — А как насчёт ракет?

Канцлер едва не поперхнулся от моей наглости. Уоллес покачал головой:

— Боюсь даже представить, начерта они тебе.

— Ты же хотел помириться с землянами. Я придумала способ. У них там как раз войско дикарей на подходе, помнишь? И ваш союз всё ещё под большим вопросом. Порции медикаментов недостаточно, чтобы прекратить многолетнюю вражду. А такая помощь будет крайне серьёзным аргументом. Я же не прошу весь арсенал. Штук десять хватит на всю вражескую пехоту, сколько бы её ни было. Представляешь, как все потом будут тебя бояться?