Чтение онлайн

Только отчего-то с каждым днём я всё больше чувствовала себя предательницей, намеренной плюнуть в лицо тем, кто никогда не обижал меня. Хотя это мимолётное чувство было в корне неправильным. Земляне похитили меня, удерживали здесь, отказывались выпускать и давать какую-либо свободу, кроме весьма призрачной в виде прогулок или теперешних тренировок с личным надзирателем. Страшнее всего были время от времени проскакивавшие мысли, что они в самом деле мне нравились. Я повторяла себе: это адаптация. Просто способ не поехать крышей. Реально, но абсолютно и полностью неправильно.

Задвинув все эти лишние мысли в дальний угол сознания, я планировала побег. Порошок с термитной смесью упаковала в бумагу. Свернула в трубочки и пакетики. В центр каждого изделия вставила по куску фитиля, вытащенного из масляной лампы. Существовала определённая вероятность, что частички оксида железа окажутся слишком крупными или я неверно рассчитала дозировку окислителя. Лабораторных весов под рукой, разумеется, не было. Смесь может прогореть слишком быстро, не успев передать тепло металлу. Но даже их можно было использовать как минимум в качестве отвлекающего манёвра. Я молилась, только бы верно сработали всего две: для моей двери и для Аарона. Ему я передала пару пакетиков сквозь ту же вентиляцию на всякий случай.

Я ещё раз проверила узелок, смотанный из разорванных по швам широких шаровар. Там лежали редкие вещи, которые удалось утащить в их медицинской части, несколько хлебных булочек и яблок, запасная одежда, карта, в качестве подобия котелка — горшок, из которого пришлось в срочном порядке выселить маргаритки. Я ловко замотала волосы в остатки ткани шаровар, чтобы не привлекали внимание, и закрепила ткань вместе брошью от Беллами. Перекинула через плечо лямку узелка. На улице уже пару часов как стемнело, наносить визит пленнице никто не спешил. Так что я сделала глубокий вдох.

— Ты готов? — прозвучало даже зловеще.

— Всегда готов, — отозвался он, заглядывая в вентиляцию. — У тебя хоть есть план Б или ты предпочитаешь импровизацию?

— Был бы, если бы я лучше знала, что может пойти не так, — выдохнула я. — Главное, что есть маршрут. Остальное неважно. Ещё не передумал?

— Жду отмашки, — отрапортовал Аарон.

Дрожащими руками я вставила тонкие трубочки с термитной смесью в дверной засов и в промежуток между дверью и косяком. Поднесла огниво.

— Тогда поехали.

Искра вспыхнула, пожирая волокна фитиля, а затем яркое пламя сродни солнцу прорезало полумрак с тихим шипением. Затем тут же вспыхнуло второе. Я забилась в дальний угол комнаты, опасаясь последствий реакции, и не могла смотреть на результат без риска для зрения. Но всё потухло так же резко, как и вспыхнуло. В коридоре было тихо. Адреналин горячил кровь, а надежда скручивала все внутренности близостью свободы. Я прошагала до двери и неуверенно попыталась её толкнуть, не отрывая взгляда от почти симметричных отверстий в металле на месте замка. Дверь поддалась. Сердце ёкнуло, пока я тенью нырнула в коридор и с благоговейным трепетом смотрела на соседнюю дверь без необходимости отводить взгляд. Сработало. Сработало!

Я проделала тот же трюк с дверью комнаты Аарона. Спустя минуту я уже рассматривала его полностью, а не только глаза, что просматривались сквозь решётку вентиляции. Земляне прозвали его Хиляком, и я ожидала увидеть кого-то полностью соответствующего прозвищу. Но он проигрывал им немного в росте и чуть больше — в комплекции, но осанка была столь же гордая, что и у земных воинов, умирающих от чувства собственной важности. Ссадины, кровоподтёки, повисшая левая рука на робком подобии фиксационной повязки, пальцы в запёкшейся крови — очевидно, плен здорово измотал его. Но не сломил.

— Эффектно, ничего не скажешь, — шёпотом оценил мои старания он.

— Идём, — шепнула я в ответ синхронно с приближающимися к нам шагами обходчика.

Я прижалась спиной к каменной кладке в стенной нише, Аарон тут же последовал за мной. Лестница наверх была в паре шагов влево. Мы оба понимали: чем позже здесь заметят наше исчезновение, тем дальше мы успеем уйти. У землян не было ни видеонаблюдения, ни постоянной связи вроде мобильной в двадцать первом веке. Именно поэтому я выбрала для побега самый лёгкий и известный мне маршрут — тот, которым меня сюда привезли. Я точно знала, где искать ворота третьего и второго кольца, приметила при прогулках привязи лошадей, запомнила самые короткие пути и важные здания.

Обходчик уже подошёл совсем близко и вдруг засмотрелся на внезапные изменения в замках наших комнат. Я не успела запаниковать — Аарон подскочил сзади и двумя резкими ударами в шею лишил его сознания. Землянин повалился на пол без чувств. Мы не придумали лучшего, как синхронно втащить его тело в мою комнату — она была немного ближе. Аарон с трудом пользовался второй рукой — за эти недели она едва-едва срослась — но массивное тело мужчины поддалось благодаря нашим совместным усилиям. Сердце панически застучало только теперь. Нам предстояло ещё покинуть дом.

Мы пробирались на второй этаж максимально тихо, вздрагивая от каждого скрипа лестницы, а затем с облегчением привалились к стене комнаты прямо над комнатой Аарона. Я достаточно долго хотела сбежать отсюда, чтобы успеть заметить: в окнах второго этажа нет решёток, а по вечерам там крайне редко горел свет. В хозяйственных помещениях кипела жизнь только днём. Аарон был не способен карабкаться по кладке. Я предусмотрела это, связав ткань своих простыней прочными узлами, а на концах импровизированной верёвки сделала по петле на всякий случай.

— Может, всё-таки лучше твою взрывную смесь? — скривился горец, глядя на моё изобретение.

— Так делали в фильмах прошлого, — выдала железный аргумент я. — А в прошлом люди очень много умного делали.

— Ага, — скептично хмыкнул Аарон. — Например, разрушили всю человеческую цивилизацию.

Я проигнорировала его, осторожно выглядывая из окна. Вокруг дома колосились деревья, закрывающие фасад от улиц и соседних зданий. При взгляде вниз я поняла, что слегка недооценила высоту. Падать было не меньше трёх метров, а простыни, высунутой из окна, хватало в лучшем случае на полтора. Остальное следовало компенсировать своим ростом и прыгучестью. Петлю с конца моей верёвки мы продели под ножку массивного деревянного стола, заваленного самыми разными бумагами. Аарон должен был лезть первым, я — оставаться его страховать и перехватить верёвку, если вдруг что-то пойдёт не так.

Выглядел он неприлично спокойно, ныряя в оконный проём. Схватился за верёвку одной рукой, второй пытался держать равновесие, шагая вниз по стене. Камни достаточно сильно выпирали и были шершавые, только благодаря этому горец всё ещё прижимался стопами к кладке, а не соскользнул вниз. Чем больше я смотрела на капли пота, что текли по его покрасневшему от напряжения лицу, тем больше боялась.

А затем случился бум. Стол сдвинулся с места и с диким грохотом проехал по полу где-то полметра. Мгновение тишины. Аарон тут же спустился ниже, потерял опору под ногами, удерживаясь только одной рукой. Вторая, больная, как-то неправильно вывернулась, и, сжав зубы, он отпустил верёвку, с глухим стуком приземляясь на траву.