Чтение онлайн

До сих пор музыка к "Царю Давиду" среди остальных произведений Онеггера, написанных и до нее и после, продолжает оставаться самым популярным и наиболее захватывающим массы сочинением. Это объясняется, конечно, в первую очередь искренностью, лирическим подъемом и яркой картинностью и театральным пафосом – свойствами, присущими данной партитуре Онеггера. Нисколько не отрекаясь от современных принципов сочинения музыки, владея гибкой и ловкой техникой, а также ценным даром – умением говорить просто и кратко, Онеггер нашел верный путь непосредственно эмоционального воздействия на слушателя.

Музыка к "Царю Давиду" не оратория в обычном понимании этой формы и, кроме того, отнюдь не церковная музыка. От культового претворения библейской легенды о Давиде замысел Онеггера стоит далеко. Это лирико-эпическая поэма, театрально претворенная: это цепь пластически ярких картин (марши, шествия, народные сцены, пляски), связанных и прослоенных эмоционально-лирическими моментами, красиво отображающими путь жизни народного героя.

Давид – пастух, в наивной песенке раскрывающий свое простодушно цельное мировоззрение, становится Давидом вождем, спасителем народа от чужеземного ига. Вождь становится царем' народный энтузиазм, символизировавшись в божественной воле, возносит Давида на вершину славы и могущества. Произведение Онеггера естественно распадается на три части. В первой – беспечная юность Давида, затем его победа над Голиафом, осознание своего призвания, борьба с Саулом; во второй – торжество воцарения и мощный подъем народного ликования (центр всего произведения, наиболее развитая и яркая по музыке массовая сцена); в третьей – предел величия, закат и смерть Давида.

Пронизывающие лирические монологи, с большим темпераментом, теплотой и искренностью написанные, раскрывают перед нами внутренний душевный мир народного героя и параллельно блестящим описаниям борьбы, побед и славы утверждают другую сторону его существования: чередования сомнений и веры, падений воли и гордой самоуверенности, отчаяния и страха и вновь светлой надежды и дерзких порывов раскрывают характер Давида – человека на всем протяжении его жизненного пути.

Соединение величественного и задушевно-интимного придает музыке "Царя Давида" непрестанное глубоко жизненное очарование, а ее искренность и эмоциональная выразительность привлекают к ней широкие симпатии. Оно является талантливым современным опытом воссоздания монументально эпического искусства, с помощью средств и принципов сочинения музыки наших дней, в основу которой положены общечеловеческие идеи и чувства, присущие народной библейской легенде. Иначе говоря, оно делает так называемую новую музыку всеобщим и всем понятным достоянием, включая ее достижения в цепь музыкально-творческого наследия былых эпох и утверждая верховные права за эмоциональным содержанием, как жизненным тонусом всякой музыки.

Вскоре, в 1923 году появляется симфоническая поэма Онеггера "Песнь радости". И в том же году Онеггер пишет самобытный и остро оригинальный "Пасифик 231" – симфоническое преломление впечатлений, вызванных энергией и конструктивной мощью машины, в данном случае – локомотива типа "Pacific 231" – поезда с большой скоростью. Композитор объяснял, что его целью было "перевести" в музыкальный план не видимость и не имитацию шумов, а передать "мерное дыхание машины в состоянии покоя, усилие при "отчаливании" – при переходе в движение, прогрессивное увеличение скорости и нарастание бега до лирического пафоса поезда, идущего со скоростью 120 км в час".

В дальнейшем композитор создал своеобразный симфонический триптих, куда кроме "Пасифик 231" вошли "Регби" (1928), где он восхищается возможностями человеческого тела, и "Симфоническое движение № 3" (1932), в котором никакой программы нет.

В 1925 году Онеггер завершает оперу-ораторию "Юдифь" и балет "Под водой", а еще через два года – оперу "Антигона", в которой автор воплотил свое представление о современной опере по готовому драматическому сюжету Жана Кокто. Вся драматургия состоит из чередования отдельных коротких эпизодов. Большое значение имеет также выразительная сила оркестра. Опера осталась, к сожалению, недооцененной.

Основное время Онеггер проводит в Париже, изредка выезжая в кратковременные поездки с авторскими концертами. В 1928 году он посещает СССР. К тому времени в нашей стране уже были исполнены и "Царь Давид", и "Летняя пастораль", и "Пасифик 231".

Композитор продолжает много работать. В начале 1930-х годов Онеггер создает мелодраму "Амфион" и оперу-ораторию для радио "12 ударов полуночи".

В 1935 году в Париже создается прогрессивная музыкально-общественная организация Народная музыкальная федерация, входящая в антифашистский Народный фронт, и Онеггер вступает в ее ряды.

В том же году автор пишет свое фундаментальное произведение – драматическую ораторию-мистерию "Жанна Д'Арк на костре". Эта музыка производит сильнейшее впечатление и несет огромный заряд патриотических чувств. Так, постановка оратории в Орлеане в 1939 году вызвала народные манифестации и в период нацистской оккупации укрепляла веру народа Франции в свободу.

Наряду с тремя квартетами для струнных инструментов, несколькими сонатами и концертами Онеггер создал 5 симфоний, которые принадлежат к числу наиболее ярких произведений этого жанра в современной музыке. Вторая симфония, предназначенная для струнных и созданная в начале войны, передает страшную атмосферу оккупации с необычайной выразительностью. Третья симфония – "Литургическая" – хотя и отражает ужасные впечатления от войны, дает надежду и веру; воплощает стремление к высоким идеалам. Неповторима и Пятая симфония, созданная на основе литургических текстов, хотя автор нигде их не цитирует. Это наиболее трагическое из произведений Онеггера. В конце жизненного пути вообще многие произведения Онеггера омрачались пессимистическими настроениями, связанными с ощущением бесперспективности своей деятельности, безысходностью.

"Музыка Мийо не объективна, а духовна. Она объединяет все и всех на основе человеческих чувств. Благодаря ей, все предметы, растения, животные, сами люди, взятые как индивидуумы, становятся свидетелями драмы Человека, драмы вечной и неизменной. Такова не только одна из его пластических поэм, известная под названием "Человек и его желание"; так могло бы называться все его творчество, рассказывающее о страдании человека перед лицом невозможности счастья, о его тоске по недостижимому совершенству и о его стремлении к духовному началу, в котором все находит свое решение и все делается простым", – написал Поль Коллер.

Дариюс Мийо родился 4 сентября 1892 года на юге Франции в Экс-ан-Провансе в семье торговца. Его родители были музыкантами-любителями: отец хорошо играл на рояле, а мать пела. В семь лет Дариюс начал учиться игре на скрипке, а семнадцати лет поступил в Парижскую консерваторию. Здесь он занимался у Бертелье (скрипка), К. Л еру, А. Жедальжа, Ш. М. Видора (теория композиции), П.Дюка (дирижирование), а также в "Схола кашорум" у В. д'Энди. В консерватории завязалась дружба с Ибером и Онеггером, Мийо увлекался тогда музыкой Берлиоза, Дебюсси, Мусоргского и ставившимися в то время балетами Стравинского. Эти пристрастия не прошли бесследно для его творчества.

Позднее Мийо скажет так: "Я могу утверждать, что не существует такого проявления современной музыкальной мысли, как бы свободна она ни была, которое не восходило бы к установившейся традиции и не открывало бы логического пути для будущего развития. Каждое произведение – только звено цепи, и новые находки мысли или техники письма служат лишь добавлением к прошлой музыкальной культуре, без чего любое изобретение было бы нежизнеспособным".

Дебютировал Дариюс в 1913 году в концерте "Независимого музыкального общества" своим Первым струнным квартетом (1912), бодрым, ритмически и мелодически изобретательным, посвященным памяти Поля Сезанна. Мийо сам исполнил партию первой скрипки.

На редкость трудоспособный, независимый в суждениях, дисциплинированный, а последнее отлично сочеталось со смелостью его творческих поисков, Мийо привлек внимание П. Клоделя. Этот человек выдающихся способностей: дипломат, поэт, драматург, замечательный переводчик, сыграл большую роль в формировании творческого облика Мийо. Началась их долгая дружба. Клодель, который с 1906 года занимал пост посла Франции в Бразилии, взял его с собой. В 1916-1918 годах Мийо проводит в Бразилии в качестве секретаря посла Франции. Позднее он часто привлекал Мийо для музыкального оформления своих театральных замыслов.