Чтение онлайн

Спустя минут тридцать вижу, что дама уже и сама готова меня пригласить к себе. Или ко мне, не важно. Главное, что она больше не видит смысла тянуть. А я просто не вижу смысла. Нет, кажется, быстрый секс в туалете или в машине меня бы устроил, но вот ее – вряд ли. Да и для меня это лишь фантазии и отговорки – не хочу везти ее к себе, изображать страсть, заботливо садить в такси или и вовсе предлагать остаться до утра. И все ради десяти минут торжества физиологии. Не хочу, не сегодня, не с ней…

Скомкано прощаюсь, ловя разочарованный взгляд Светланы, и иду через бар к ближайшему выходу. По пути шарю глазами по сидящим за столиками женщинам – может, хоть кто-то вызовет интерес? Но нет, закрываю за собой дверь, окончательно отрезая себя от возможного интима. Да что ж такое-то?!

Лена

Неделю я спокойно провела в собственном кабинете. Никто не вызывал, не беспокоил и даже не обращал внимания на мои опоздания. С Денисом Витальевичем мы общались исключительно с помощью писем на корпоративную почту. К пятнице стало казаться, что он намеренно избегает меня. Вот только причины я никак не могла понять. Встреча в понедельник прошла хорошо, он сам так сказал и поблагодарил за участие. Серьезных ошибок в работе я за собой не заметила, дисциплину сильно не нарушила, да и совместной работы у нас меньше не стало. Тогда в чем дело? Хотя какая, в сущности, разница? Не думала же, что теперь постоянно буду работать в кабинете исполнительного и разъезжать с ним по встречам? Зачем бы ему это? И когда я уже убедила себя, что все нормально и даже хорошо – ведь известно, чем меньше контактируешь с начальством, тем лучше – позвонила Юленька. Ряднов назначил срочное совещание через пять минут – все бросить и явиться тотчас. Так и поступила, тем более бросать в пятницу во второй половине дня и нечего было – все срочные дела закончила еще утром.

В приемной толпятся коллеги. Дверь в кабинет исполнительного распахнута настежь, но хозяина не видно, и никто не осмеливается войти. Наконец появляется секретарь и велит нам проходить и занимать места. В воздухе носится еле слышный шепот и всеобщее недоумение. Дениса Витальевича в компании знают еще не очень хорошо и не понимают, чего от него можно ожидать. Особенно на экстренном совещании. Едва все расселись, появился и Ряднов – собранный, бледный, губы поджаты. Я тоже не очень хорошо его знаю, но очевидно – он в бешенстве, хотя и сдерживается.

– Добрый день, коллеги, – скупо кивает, впрочем, даже не глядя ни на кого. – У меня возникло небольшое затруднение.

Денис Витальевич садится на свое место и теперь как-то излишне пристально рассматривает подчиненных. На мне он не задерживает взгляд надолго, но я не знаю, хороший ли это знак или плохой.

– Кто-то донес нашему генеральному подрядчику об изменениях, назревающих в компании. Решение еще не принято, но партнер почему-то посчитал возможным тут же прекратить наше сотрудничество.

Исполнительный не кричит, но мурашки ужаса бегут по моей спине. Хочется съежиться, обнять себя за плечи и не слушать. Потому что очевидно, дальше хороших новостей тоже не предвидится.

– Первое, я хочу знать, кто это сделал. Если вы сами не найдете и не сдадите мне этого человека, я дам поручение службе безопасности. И они проверят всех. И на все. По результатам проверки последуют штрафы, увольнения и даже, – Ряднов сделал паузу, обведя всех тяжелым взглядом. – Уголовные дела. При необходимости, разумеется.

Уткнулась глазами в стол и категорически не желала их поднимать. Я ни в чем не виновата, но я знала о планах Дениса Витальевича. Знала от него самого, поэтому наверняка в списке подозреваемых в первой тройке. Как же убедить его, что никому не говорила?!

– Второе. Все, кто общается с Артуром Саркисяном и его менеджерами, звоните и интересуйтесь, почему он принял такое противоречащее всем договорам решение. Говорите, что понятия не имеете, с чего бы он мог все это взять и что это ни в коей мере не соответствует действительности.

– А на самом деле соответствует? – подал голос Лев Леонидович.

Заранее стало его жалко. Директор у нас – замечательный человек, но, пожалуй, слишком мягкий. Ряднов проглотит его и не подавится.

– Ну почему же, Лев Леонидович? Пока договора не расторгнуты с нашей стороны, все должно работать, как и работало до этого. А вот сидеть без комплектующих неопределенный срок… Вы ведь понимаете, чем нам это грозит?

– Понимаю, Денис Витальевич. И сделаю все от меня зависящее, чтобы исправить эту ситуацию.

– Хорошо, – Ряднов заговорил спокойнее. – А мы с Родионовой тем временем поедем извиняться лично за это небольшое недоразумение.

Вздрогнула при упоминании собственного имени. Что? Я поеду извиняться? Но я ничего не сделала! Я вообще не имею к этому никакого отношения!

– Елена Владимировна, – подняла на него непонимающий взгляд. – Через пятнадцать минут на парковке.

Молча кивнула, встала и покинула кабинет босса. Взяла сумку, зашла в туалет, понятия не имею, что дальше. Но увольнять бы в кабинете оставил, наверное. Также молча сажусь в машину. Денис Витальевич смотрит долгим, пристальным взглядом. Не реагирую, не знаю, как.

– Елена… Владимировна, расслабьтесь. Я сам все сделаю, вы просто улыбайтесь и кивайте. Саркисян – известный ценитель женской красоты, так что ехать к нему в одиночестве – форменное самоубийство.

Странно, но эта маленькая характерная особенность руководителя компании-генерального подрядчика была известна даже мне.

– Тогда лучше бы взяли Марию или Ольгу. Они и так регулярно его очаровывают для наилучших условий.

– Да, вот только для кого эти условия наилучшие я пока не разобрался, поэтому пусть в офисе посидят-подумают.

– Вы же не думаете, что это я? – просто обязана спросить, иначе буду дергаться и нервничать.

– Разумеется, нет. Если бы думал, вы бы уже приказ в кадрах подписывали.

Значит, все-таки уволил бы. Наверняка и уволит виновного. Облегченно улыбнулась, не придется ничего доказывать.

– Потом поужинаем где-нибудь в центре, – проговорил тихо, глядя на дорогу. – Не волнуйся, домой отвезу.

– Мне в сад надо раньше сегодня. Я отпрашивалась у Льва Леонидовича, – прошептала непослушными губами.

Я ведь всю неделю ждала, что позовет. Не важно, куда. И вот когда это случилось, у Алиски в саду короткий день.

– Тогда сначала заберем Алису, а потом поужинаем. Она любит мороженое?

– Конечно, – не совсем поняла, что только что произошло. – Все дети любят мороженное.

– А ты? – Денис наконец-то повернулся и посмотрел на меня. – Любишь мороженное?

Вопрос прозвучал несколько не так, как спрашивают о еде. Да и на «ты» он перешел слишком внезапно.

– Люблю, – отвела глаза. – Но только после еды, на десерт.