Чтение онлайн

Ричи протянул ту самую бумажку, на которой что-то ранее писал и положил мне в карман.

– Меня уволят, – кричала я, проливая горькие слезы на плитку уборной. – Что мне теперь делать?

Я не пыталась надавить на жалость в ту минуту, я просто была в панике, ведь мне нужна была работа, с которой мне доставались хоть какие-то средства. В ту страшную минуту, когда мне приходилось стоять рядом с парнем, что мне очень понравился, я чувствовала стыд и горе, а в голове творилась путаница, думая одновременно о будущей моей работе и выхода из данной ситуации. Мне было страшно выходить из уборной и это было очень видно по моему виду.

– Давай выйдем, я скажу, что все хорошо, – увидев мою потерянность, предложил свой план Ричард.

Он казался мне в тот момент настоящим ангелом, который вообще не разозлился на мою неаккуратность, так ещё и предлагает план выхода из ситуации.

Выходя из уборной, я начала краснеть, ведь от ожесточенной публики, что смотрела прямиком на меня, мне становилось не по себе и появлялось чувство, от которого хотелось раствориться в ту же секунду.

К нам подошёл Кельвин – отец Ричарда, и он ничего не стал говорить, ведь уже давно высказался моему директору. Кельвин просто подходя к нам все ближе, смотрел на меня косыми глазами и думая, как же мне сделать только хуже от ожесточенного чувства в его голове. Когда он подошел слишком близко, Ричард стал передо мной, закрывая меня от его же отца, тем самым сделал такой жест, словно Кельвин мог меня бы ударить или что-то по хуже.

Кельвин, увидев, что Ричард заступился, неприметно и медленно покачал головой и сказал:

– Уходим.

Кельвин схватил своего сына за руку и силой потянул его к выходу. Удивленная публика от происходящего просто затаила дыхание и отвалилась от приема пищи. А когда два богатый джентльмена покинули ресторан, ко мне подошел директор и озвучил роковую фразу:

– Это твой последний день в этом ресторане.

Я уже подозревала, что будут такие последствия. Это было очевидно, что меня уволят, но чтобы так жестоко и прямолинейно.

Перед своим директором я ещё сдержала слезы, но потом пошла в подсобку и громко зарыдала, поддаваясь всем своим эмоциям. Ведь я не хотела этого делать, я хотела как лучше.

– Извини, к тебе можно? – зашла в подсобку Кира.

– Лучше уходи, – сказала я, но Кира не стала меня слушать и подошла утешить меня. – Ты найдешь работу лучше!

– Кира, у нас в районе нет ни одной нормальной вакансии для студентов. А официантом я хотела работать еще с детства.

– Работа для таких прекрасных людей как ты всегда есть и будет, – продолжала говорить Кира, понемногу поднимая мое настроение.

Я спустя время взяла себя в руки, вытерла слезы и закончила сегодняшнюю смену.

Все остальные заказы давались легче, но каждый раз, подходя к людям за столиком, мне становилось страшно, в особенности, когда я несла им их заказ. Данная ситуация меня конкретно потрепала.

К концу рабочего дня я вроде-бы успокоилась и не показывала свои эмоции, но как только пришло время прощаться, мне стало очень больно отпускать свою работу… Ведь у меня было столько много привычек, связанных с этим рестораном.

– Снимай всю рабочую форму и оставляй в подсобке, – сказал резким и неподобающим голосом директор ресторана.

Я честно говоря очень ранимая. Меня легко обидеть, поэтому в ту минуту, понимая, что я прощаюсь с этим заведением, мне хотелось только плакать. Но в ту минуту меня окутало и чувство ненависти к своему директору, поэтому я резко убежала в подсобку, с психами и слезами на глазах переоделась и разбросала одежду, выданную от ресторана.

Потом я направилась в уборную, чтобы умыться и снять всю косметику, которая также потекла от моих слез. На последок я подошла к Кире и крепко обняла ее.

– Прости, но я ухожу, – сказала я.

– Ты найдешь место лучше, главное искать, – сказала она мне на прощание.

Выйдя из ресторана и даже не попрощавшись с гнусным директором, я направилась домой, оплакивать уже окончательно всю случившуюся ситуацию.

Я вновь не могла держать себя в руках, мне нужна была поддержка. Мне, как человеку, который никому не желает зла и хочет дарить только одни радостные эмоции, было очень обидно осознавать, что меня так жестоко уволили.

И только сейчас в эту минуту я вспоминаю, что тот красивый парень, на которого я вылила чай, дал мне бумажку и засунул в карман. Мне сразу же стало интересно содержимое бумажки, поэтому я тут же начала искать ее в карманах своего джута и в штанах.

– Где же эта бумажка? – в недоумении искала я тот самый клочок салфетки то, что могло что-то изменить…

Тогда, еще оставаясь на нервах, мне было не комфортно искать эту бумажку, но потом я вспомнила, что Ричард положил ее в карман рабочей одежды.

– Черт, – крикнула я на всю улицу, – я уже не пойду туда.

Мне не хотелось вновь возвращаться туда, поэтому я продолжила ждать свой автобус и одновременно вспоминая произошедшее.

Постояв еще несколько минут, я все же переубедила себя и решилась найти эту бумажку.

Ресторан уже как пол часа закрыт и было очень мало шансов на то, чтобы поговорить с директором. К счастью свет там еще горел, и я помчалась к дверям. Но они оказались закрыты и мне пришлось кричать и стучать в дверь:

– Извините, можете пожалуйста открыть, – кричала я не пойми кому, дабы мне открыли двери.

– Это Эми Артли? – донёсся какой-то знакомый голос из-под двери.

– Да, я там забыла свою вещь в кармане рабочей одежды, – начала оправдываться я.

– Случайно не в тех вещах, которые были разбросаны по всей подсобке?

После этих слов мне стало стыдно. Я прислонила голову к деревянной двери заведения и тяжело вздохнула.