Чтение онлайн

Денвер Кристофф вместо ответа тихо произнес новое заклинание, и в комнате зажглось несколько факелов. Языки пламени были голубого цвета и казались жидкими. Комната была размером с большую спальню. Ее стены, казалось, были сделаны из камня, хотя как будто находились в старом деревянном доме, выстроенном в викторианском стиле. Вдоль стен стояли книжные полки из полированной кости, на которых в два ряда лежали сложенные стопками тома в кожаных переплетах, казавшиеся более старыми, чем гниющее лицо Денвера. У стены стоял небольшой стол, тоже сделанный из костей, но не простых, а исключительно из человеческих черепов. Их были десятки, и их теменные кости образовывали на удивление гладкую поверхность.

– Фу, – сказала Элеонора, содрогаясь от отвращения.

– Так… гротескно, – пробормотала Корделия.

– Да нет, – сказал Король Бури. – Это все сделано из черепов моих старых товарищей по братству. Не могу без слез видеть ухмыляющиеся черепа Уинстона, Чарльза, Зейвьера… и, разумеется, Генри, с этим дорогим моему сердцу недостающим передним зубом. О господи! Но сейчас не время предаваться чувствам. Надо заняться делом!

Король Бури безо всяких предосторожностей свалил Брендана на стол. Тот застонал и заскрипел зубами.

– Осторожней! – сказала Корделия.

– Он уже мертв, девочка моя! Несколько лишних синяков не причинят ему вреда – у него туловище уже просвечивает, – рявкнул Король Бури, сверкая глазами.

Корделия, не желая сердить его, замолчала. Выходило, что этот старый безумец стал их единственной надеждой.

Король Бури схватил нижнюю челюсть одного из черепов, из которых был сделан стол, и потянул ее вниз. В нижней части стола открылся небольшой ящик, сделанный исключительно из челюстей.

– Возьмите, – сказал Король Бури, повернулся и вручил Корделии тонкую книжку размером с небольшой роман с обложкой из странной светло-коричневой кожи, казавшейся хрупкой и грубой. Текстура этой кожи вызвала в Корделии на удивление сильное беспокойство. Она не знала, с какого существа она снята, но подозревала, что с человека. Вручную вытисненное название: «Журнал Магии и Технологии Денвера Кристоффа» было закрашено темно-коричневым, и краска очень напоминала засохшую кровь.

– Все объяснения найдете в «Журнале», – сказал Король Бури. – Тут подробно рассказывается о моей магии, на этих страницах задокументировано каждое изобретение. «Журнал» поможет вам найти три Хранителя Мира и принести их к Дверям Путей. Это будет непросто. Но если добьетесь успеха, то весь вред, причиненный здесь и сегодня, будет отменен, как будто ничего не было. Понимаете?

Корделия кивнула. Она боялась, нервничала и хотела задать множество вопросов. Элеонора посмотрела на умирающее тело Брендана и тоже кивнула. Ей была противна сама мысль о том, чтобы верить Королю Бури, но в данный момент у них не было иного выбора.

– Делии нельзя даже прикасаться к «Журналу» или Хранителям Мира, – продолжал Король Бури. – Она будет таиться где-то, приготовив разные уловки, и может появляться не в своем облике. Так что с особой осторожностью выбирайте тех, кому доверяете. Делия не знает, где находятся Хранители Мира, но, вне всякого сомнения, может почувствовать их силу и воспользоваться ими для нанесения большого вреда. Если она первая завладеет любым из трех Хранителей Мира, все будет потеряно. Так что берегите их и «Журнал» как зеницу ока. И держитесь подальше от Делии.

– Поверьте, нам хотелось бы оказаться как можно дальше от этого ужасного создания, – сказала Элеонора.

Корделия кивнула. Брендан несколько раз хмыкнул, щелкнул зубами и тихо простонал.

– Выбирайте выражения, – сказал Король Бури, защищая Делию. – Она сделала много ужасных вещей, но все же она моя дочь, родная плоть и кровь.

– Старой Делии больше нет, – возразила Корделия. – Только-то и осталась, что Ведьма Ветра, скрюченное бездушное чудовище, которое убьет тебя и посмеется. Как ты мог забыть это?

– Вы не родители, – сказал Король Бури, и в уголках его глаз с обвисшими желтыми веками навернулись слезы. – Вы не можете понять. Делия не всегда была такой. Когда-то это была нежная душа, полная жизни и такая добрая. Она любила природу. По крайней мере, раз в месяц в кармане своего любимого желтого платья приносила домой голубя или дрозда со сломанным крылом или ногой. Она выхаживала бедных птиц. Сколько раз мать говорила ей не приносить птиц домой, но Делия не слушалась. Она всегда поступала по-своему, но была щедра и внимательна к окружающим. Она находила прекрасное в этом мире и восхищалась им. Находила прекрасное в живых существах.

– Велика важность! – закричала Корделия. – Это пустяки по сравнению с горем, которое она причинила стольким людям.

– Я знаю, она стала чудовищем, – сказал Король Бури. – Но я уверен: в ней по-прежнему живет то, что было изначально в ее душе. Я знаю, та девочка не совсем мертва. Но довольно об этом. Я разболтался, как сентиментальный старый дурак. Вам троим пора в последний раз вернуться в книжный мир.

Корделия переглянулась с Элеонорой. Не думали они, что придется возвращаться туда. В предыдущие два раза, оказавшись там, они едва уцелели. И даже то хорошее, что случалось в книжном мире, в реальной жизни приносило им только горе. Меньше всего на свете хотелось бы им туда вернуться. Впрочем, поцеловать Короля Бури в увядшую щеку им хотелось еще меньше.

Обе они понимали, что выбора сейчас нет. Поэтому сестры кивнули. Элеонора при мысли о необходимости вернуться в книжный мир едва не заплакала. Корделия стиснула зубы и сказала себе, что сделает все, все, что угодно, чтобы спаси Брендана, Жирного Джаггера и других.

Король Бури усмехнулся, глядя на них, и произнес заклинание.

Вдруг палата закружилась. Она кружилась так быстро, что Корделия больше не могла различить стол, сделанный из черепов, и книжные полки, лица Короля Бури и Элеоноры, тело Брендана, лежавшее на столе. Она не видела ничего, кроме расплывающихся полосок голубого пламени и бетонных стен.

Затем все погрузилось во тьму, и снова вокруг нее были книги, книги вращались вместе с ней, смыкаясь вокруг нее, как своего рода гроб. Они сталкивались с ее телом и прилипали к нему, как будто были покрыты клеем.

Возникая из темноты вокруг нее, появлялись новые книги. Они, казалось, превращались в ее кожу, становились частью ее самой.

Корделия вскрикнула от боли, но беззвучно. Звуков больше не существовало, были только книги, и боль, и вращение в темноте. Это было гораздо хуже, чем то, что случалось с нею во время первых двух путешествий в мир книг Денвера. Это было мучительно. Она даже не могла вскрикнуть, так как теперь у нее больше не было рта.