Чтение онлайн

На Диану перебросили двадцатитысячный десант. Рабочие и специалисты строительно-монтажных организаций переселялись с семьями, и Морозов, тогда еще подполковник, получил задание наладить работу формируемых на Диане органов правопорядка. Начинать приходилось на пустом месте. Контингент рабочих рос быстрее, чем силовые структуры. Руководство страны в спешке переправляло в новый мир целые заводы и агропредприятия, приобретенные на Западе за валюту. Было трудно, но интересно. Морозов и все переселенцы чувствовали себя пионерами, осваивающими бесконечные просторы Америки. Для полноты счастья не хватало индейцев. Что поделать, на Диане разумная жизнь не зародилась. Оно и к лучшему, органам правопорядка и без команчей хватало проблем.

На Диане – в диком, неизведанном мире, вновь раскрылся потенциал русского народа и простых мужиков, не забывших, как в пятидесятиградусный мороз строить БАМ. Пусть просторы Помоны и Авроры и не ведали отрицательных температур, при которых плевок, не долетев до земли, превращается в лед, но людям хватало войны со штормами и тропическими ливнями, гигантскими стаями красных волков и нападениями пандогиен. Стада круторогих быков и слонопотамов просто тянуло на поля пшеницы и ржи. Но ничего: как бы то ни было – справились. Маяковский предвидел будущее – там вырос город-сад. Через полтора года местного времени от начала колонизации население Новограда перевалило тридцатитысячный рубеж, и около семи тысяч переселенцев обосновалось в сельской местности. Основной контингент крестьян и сельских жителей составляли выходцы из Белоруссии, еще полторы тысячи – индусы и китайцы. Михаил заслуженно гордился своим вкладом в освоении материка. Это он, привыкший к сумасшедшей круговерти фронтира, отладил работу служб безопасности до состояния швейцарских часов (милиция и прочие службы правопорядка получили однозначный приказ не церемониться и пресекать противоправные действия в зародыше). Только-только он удовлетворенно хлопнул ладонями, как его сорвали с насиженного места, осчастливили новыми звездами на погоны и кинули на прорыв в другой мир.

России требовались маги, много магов, и дать их, на данный момент, могла только Иланта. Пока только Иланта. Отношения с властными верхушками государств планеты худо-бедно, но складывались, все же сказывались российские корни в окружении императрицы драконов и короля Тантры, но достигнутый результат не удовлетворял российское руководство. Президент и премьер требовали новых подходов. Меняющаяся каждый час геомагнитная обстановка и сложная политическая ситуация на материнской планете требовали поторопиться. Времени катастрофически не хватало. Развертываемые в трех разных мирах промышленные базы и пункты приема беженцев съедали все наличные ресурсы, и даже разное течение времени никак не удавалось перевести в фору. В планах была эвакуация десятков миллионов человек, но пока планы никак не могли выйти за пределы бумаги, на которой были написаны.

Полковник не понимал: с какого ляда главные шишки в руководстве страны решили, что открытие порталов непременно приведет к войне? Создавалось двоякое впечатление, будто иномиряне сидят на своей стороне, точат ножи и ждут, когда наконец откроются эти долбаные врата в иные миры, и они в полной мере смогут насладиться резней аборигенов, то есть землян… Тяжело верится, что развитая цивилизация, шагнувшая далеко вперед от земных достижений, может устроить геноцид. Но командование требует не рассуждать, а выполнять приказы. Умные мысли относительно того, что высший разум придет с миром, оно посоветовало засунуть в место, где никогда не светит солнце. Последнее время философия «мира во всем мире» совсем не котировалась, тем более в нее не верили те, кто был допущен к информации об Игруме. Что-то, происходящее там, заставило шибко напрячься находящихся по другую сторону экрана.

– Товарищ полковник, Михаил Петрович, тут к вам орки… – Над столом новоназначенного начальника службы безопасности российской дипломатической миссии в Ортене возникло мерцающее изображение подчиненного.

– Какие орки, Ваня, ты чего несешь?

Полковник Морозов оторвался от созерцания заоконных красот, крутнулся в кресле и воззрился на Ивана Кобылко.

Танюша – секретарь начальника службы безопасности, назначенного вместо проштрафившегося коллеги, проморгавшего будущего перспективного мага, с утра чувствовала себя неважно. У старшего лейтенанта, чисто по-женски, изуверски разболелся живот, и Морозов дал сотруднице отгул до обеда. К назначенному времени старший лейтенант Степанко обязана была посетить мага жизни и решить проблемы. Дабы не погрязнуть в ежедневном вале бумаг, волевым решением на ответственный пост в приемной был назначен Иван. В дополнение ко всем присущим ему достоинствам, молодой человек обладал каллиграфическим почерком и чутьем на бумаги. Не заглядывая в текст, он шестым чувством определял важность цидули. К тому же Кобылко не было равных как аналитику, недаром парнишка возглавил отдел. Единственный гражданский специалист в зверинце спецслужб. Ничего, недолго ему осталось щеголять в джинсах и футболке, уже подписан приказ… Кхе-кхе… Молодой, да ранний. Временно лишившись расторопной подручной, Михаил Петрович решил использовать неожиданную грань таланта могутного подчиненного. Ивану вменялось фильтровать текущую документацию и служить живым щитом на пути возможных просителей и посетителей. Всем был хорош временный секретарь, но заставить его приготовить чашечку кофе… Установленный в углу приемной урчащий агрегат слушался только Татьяну, с ее легкой руки чудо-автомат готовил настоящие произведения искусства, а вот остальные только переводили ценные ингредиенты. Дальше легкой отравы никто не ушел. Полковника давно жгло желание выбросить шайтан-машинку, но никак не доходили руки. Посему утренний кофе отменялся до обеда. Да, на этом фронте Таня была воистину незаменима.

– Жрица, шаман и боевая «звезда», – коротко, по-боевому, доложил Иван. – «Звезда» блокирована на внешнем периметре. Охрана задействовала магов.

– Охренеть… – Морозов непроизвольно почесал кончик носа. – Не знал, что король допускает свободное шастанье боевых пятерок. Непростые птицы к нам залетели, а? Как считаешь? Простые клыкастые таскать за собой боевиков не будут. Так-та-а-ак… Интересно, за каким хе… э-э-э… их принесло к нам? Интересно…

– Жрица и шаман? – через десяток секунд размышлений заинтересованно спросил полковник, перестав выстукивать пальцами на крышке стола неизвестный мотив.

– Ведут себя мирно. Не рыпаются. Шаман требует встречи с главой миссии или начальником эсбэ.

– Губа не дура. – Морозов бросил взгляд на монитор. Минутная стрелка часов, изображавших кремлевские куранты, вздрогнула и переместилась ровно на половину девятого. – Кто рано встает, тому бог подает?

– Товарищ полковник… – Иван приложил руку к гарнитуре, вставленной в правое ухо. – Ошибочка вышла, Михаил Петрович; дико извиняюсь, но шаман опознан как Белов Вадим Михайлович, слуш…

– Я в курсе, читал досье. Отдай приказ, чтобы пропустили, – принял решение Морозов. Чуть подумав, он добавил: – Вызови куратора группы и мага-разумника. Охрану к кабинету с парой боевиков и… Хотя разумник отменяется, позже. – Нажав на клавишу, полковник развеял иллюзию. – Белов и орки. Кино и немцы. Сыскалась пропажа, хотя-а… хрен бы она сыскалась, не реши сама найтись. Причина? Должна быть достаточно серьезная причина, чтобы засветиться и выйти из подполья. Неспроста Белов вылез в люди, ох, неспроста! Тупой дурак не будет набиваться на аудиенцию и лезть в крокодилью пасть, своей вины парень не чувствует, – вслух рассуждал полковник. – Занимательный расклад. Орки и Белов. Степь обиделась на неправильную дележку пирога?

– Михаил Петрович… – Через три минуты над столом высветилась голова Ивана, косившего взглядом вправо.

– Пусть заходят, – ответил Морозов, нажимая клавишу.

«Ох ты ж!..» – подумал полковник, разглядывая гостей. Теперь понятно, почему Ваня так косился на Белова и пожилую жрицу и почему парня по первости приняли за орка-шамана.

Оба посетителя были одеты в традиционные церемониальные костюмы белых орков. Белов, которого полковник помнил по фотографиям и видеосъемке, ничем не напоминал землянина. Скорее он был воином, смотревшим на людей и оценивающим их по критерию: убью – не убью, или убью, но не сразу, или… В общем – это был орк, привыкший к тяглу войны. За три месяца беглец еще больше вытянулся, раздался в плечах, потеряв последнюю детскую припухлость губ, хорошо заметную на фотографиях, где парня подловили о чем-то задумавшимся. Светлая рубаха без каких-либо украшений плотно обхватывала широкую грудь юноши и совершенно не скрывала развитый мышечный каркас, которого невозможно добиться без долгих упорных тренировок. На талии верхняя одежда перехватывалась широким цветным поясом с чередовавшимся орнаментом, изображавшим различных животных. Насколько знал Михаил Петрович, такие пояса разрешалось носить только шаманам. Вздумай кто другой перепоясаться подобной тряпицей – и его голова быстро украсит собой острый кол. Таки цеховая солидарность, самозванцев орки наказывали сурово.

Еще интересней была спутница бывшего студиозуса. Глядя на белое платье, украшенное вышивкой, а также опушкой из меха горностая по подолу и хвостами по отвороту, полковник не брался гадать, откуда в Ортен принесло прожженную в интригах жрицу. Многоопытный, в делах сожравший не одну собаку, бывший опер, следак, начальник УВД почувствовал дрожь в коленях. Глядя в умные, с затаенной хитринкой, темно-карие глаза женщины, он ощущал себя школьником, которого вызвали в кабинет директора и готовились возить мордой по столу за разбитое мячом окно. Создавалось впечатление, что это не к нему пришли, а его вызвали… Сильная баба! Отдавая должное посетительнице, Михаил Петрович вышел из-за стола и самолично препроводил ее до мягкого гостевого кресла. Белов понимающе усмехнулся. Не спрашивая разрешения, он уселся в кресло напротив полковника. Взяв себя в руки и откинув лишние мысли, Михаил Петрович занял рабочее место и обратился к беглецу:

– Здравствуйте, Вадим Михайлович!

– Здравствуйте, товарищ полковник!

– Давайте без лишнего официоза, – скупо улыбнулся Морозов, – называйте меня по имени-отчеству. Да, прошу прощения, я не представился. Морозов Михаил Петрович. Вадим Михайлович, не представите ли вы, – после небольшой паузы, полковник акцентировал: – ЛЕДИ, пришедшую с вами?

– С удовольствием, – Белов вернул улыбку, – разрешите представить Тайгору-да, третью жрицу Ордена Тайли-матери. Прошу любить и жаловать.

Ого! Полковник, памятуя местный этикет, который вдалбливали всем сотрудникам, привстал, изобразив полупоклон высшей оркской жрице. Прав он был – рыбка приплыла не простая, а золотая. Срочно требовалось, пока не обломали, загадать три желания. Спецслужбы краем уха слышали про таинственный Орден, основанный оркским жреческим сословием, но сталкиваться с ним землянам еще не приходилось, да и местные шпики не могли похвастать успехами на данном поприще, а может, могли, да не хотели, а тут – такая лафа… Надо вспомнить, с какой ноги он сегодня встал с постели, нельзя упускать удачу.